Нина Зверева – Легкий текст. Как писать тексты, которые интересно читать и приятно слушать (страница 33)
Еще один художественный прием – повторение главной мысли или главного слова (и мы уже говорили о нем). Особенно хорошо повторять это слово с разными выражениями.
И наконец, интонация – здесь вам поможет актерское мастерство. Интонацией можно ставить точку или запятую, вопросительный или восклицательный знак. Можно просить, хвалить, низвергать…
Банальная фраза «Ты придешь в понедельник на работу» может прозвучать и как мольба, и как констатация факта, и как приказ.
Тренируйте свою интонацию: выпишете себе 10‒20 самых нейтральных фраз и произносите их с максимальным разнообразием: требовательно, нежно, умоляюще, насмешливо, задумчиво… и так далее.
И не забывайте про паузы. Это поразительно, но уже на второй-третьей секунде публика всегда понимает, пауза уверенности у спикера или пауза растерянности. Старайтесь, чтобы ваши паузы всегда «звучали» уверенно.
Тренируйтесь ставить голосом знаки препинания.
К примеру, вы можете сказать:
– Этот квартал у нас прошел средне, – и ваши подчиненные кивнут, не придав фразе особого значения.
А можете сказать:
– Прошел квартал. Какой итог? Хороший? Плохой? Средний? – после каждого вашего вопроса подчиненные будут задумываться. И в результате к концу вашего высказывания они уже «придут» готовыми к обсуждению – ваши вопросы настроят вас на ответную активность.
И в целом художественная, образная речь чрезвычайно важна – даже если вы выступаете перед советом директоров. Какими бы ни были люди, они реагируют сердцем даже на деловую презентацию. Вы будете обречены на успех, если включите в свое выступление образность и эмоции.
Глава 12
Бонус для политиков и чиновников: как вести соцсети?
Русский письменный
Блок Светланы Иконниковой
– А почему вы завели аккаунт во «ВКонтакте»?
– Ну как… Положено, вот и завел. Да я не сам веду, у меня там девочка какие-то фотографии выкладывает. Я не слежу за этим.
Наш диалог с депутатом законодательного собрания одного из регионов России был совершенно типичным. Действительно, политикам местного и федерального масштаба рекомендуют вести соцсети. Действительно, многие из них относятся к этому примерно так же, как в доковидное время обычные люди относились к рекомендации мыть руки перед едой, – формально.
Между тем социальные сети – отличный инструмент, с помощью которого можно сделать свою карьеру. Впрочем, закопать свою карьеру с помощью соцсетей тоже можно запросто. Поэтому, раз уж время требует присутствия чиновника или политика в социальных сетях, лучше научиться тому, как в них жить.
Пожалуй, главная ошибка, которую совершают чиновники, – они приходят в соцсети в костюме и галстуке. Я не говорю о фотографиях (на них как раз чиновник вполне может быть в своей «рабочей униформе»), речь о стиле текста.
Как социальные сети воспринимают большинство их обитателей? Как площадку для свободного общения. Да, в одних соцсетях больше продают курсы-марафоны, да, в других – больше критикуют власть, но в большинстве своем люди приходят в социальные сети свободно пообщаться.
Какой у нас язык общения? Разговорный русский разной степени литературности. Но ни в коем случае не канцелярский.
Увы, тексты большинства чиновников в соцсетях выглядят как отчеты перед вышестоящими органами.
«С коллегами из мэрии обсудили формирование и выполнение наказов избирателей. Это одно из важнейших направлений в работе парламентариев».
«Средства не должны рассматриваться в рамках планирования работ по благоустройству».
«Городской совет прошел большой путь, у него есть бесспорные достижения и победы. Наши предшественники внесли огромный вклад в становление органа местного самоуправления»…
Я цитирую далеко не худшие страницы политиков и чиновников. Но язык их говорит читателям вовсе не о средствах, коллегах и достижениях. Язык таких публикаций вопит: «Дорогие подписчики! Я вообще не понимаю, о чем вы тут, в соцсетях, говорите. Не понимаю и не пытаюсь понять. Мне неинтересно вести с вами диалог. Меня заставили чего-то там писать – я пишу. Но кажется мне, вы все тут бездельники, раз проводите в соцсетях столько времени. Я – не с вами. До свидания!»
Какое отношение будет к политику после такого? Далеко не самое положительное. В этой главе я буду приводить примеры аккаунтов реальных политиков. Оговорюсь сразу: я не могу оценить профессиональный уровень большинства из них (просто потому, что никогда не жила в их регионах и не знаю условий, в которых они работают). Более того, я даже не знаю, самостоятельно политики ведут соцсети или отдали свой аккаунт на откуп копирайтерам. Эта оценка – исключительно «социально-сетевого результата»: того, что видит рядовой пользователь.
Я давно наблюдаю за соцсетями Давида Мелик-Гусейнова, заместителя губернатора, министра здравоохранения Нижегородской области. Он заступил на эту должность незадолго до появления ковида – и можете себе представить, сколько волн негатива его накрывало.
Он пишет посты едва ли не каждый день. Не уходит от острых тем. Напротив, обладая писательским талантом, порой сам инициирует обсуждение такой темы.
Рост заболеваемости продолжается. Такого резкого подъема не было в прошлом. Это следствие низкого уровня иммунизации населения. Привились 40 %, а остальные по разным причинам – нет. Вирус мутирует, приспосабливаясь к новым условиям. Это делает его еще более агрессивным. При массовой иммунизации у вируса было бы меньше времени для адаптации.
И ведь говорили, предупреждали. Но уговоры и объяснения не помогли.
И хорошая новость. Мы еще живы. В СИЗах и памперсах. С седыми волосами и зависимостью от успокоительных. Без мысли про награды и деньги. С мечтой об отпуске без телефона или хотя бы о выходном дне. Ну на крайний случай, чтоб будильник обозначал себя не в 6:30, а в 8:00. Живы и готовы жить дальше и бороться. Снова заходим в «красную зону».
Привожу пост в сокращении, но поверьте, он стоит того, чтобы прочитать его целиком. Равно как и посмотреть страницу Давида Мелик-Гусейнова в Telegram.
Сначала удивиться: «А что, чиновник может писать посты вот так, человеческим языком?»
Потом ужаснуться: «Я точно не буду так делать, там же столько нападок в комментариях».
Потом озадачиться: «Но ведь у человека, который занимает такой расстрельный по ковидным меркам пост, негативных комментариев должно быть гораздо больше!»
А потом сделать вывод: да, писать посты человеческим языком – значит обречь свой Instagram на обилие комментариев. Да, большинство из них будут негативными. Но при этом (парадокс ли?) и уровень узнаваемости политика (или чиновника) будет выше. И на вопрос: «А как вам чиновник Y?», скорее всего, подписчики ответят: «Ну он хотя бы реально работает!»
Как отвечать на негативные комментарии, поговорим в следующем разделе, пока же вернемся к текстам.
– Нет, я так не могу, – сказал один из политиков, когда я привела ему в пример Instagram Давида Мелик-Гусейнова. – У человека явно талант, у меня его нет, зачем мучиться?
Но тексты политика вовсе не обязаны быть длинными и литературными.
Они должны быть:
● информативными;
● понятными;
● честными.
Пользователи соцсетей не ждут от политика или чиновника ни кустистых метафор, ни пришвинских описаний природы. За этим они пойдут совсем к другим источникам.
Железноводск – курортный город в Ставропольском крае. Его население – около 25 тысяч человек. До недавнего времени мэром Железноводска работал Евгений Моисеев. На его Instagram было подписано 18 тысяч человек. Можно сказать, все взрослое население Железноводска.
Но, скорее всего, Евгения читают далеко за пределами города. И читают именно потому, что его посты информативные, понятные и честные.
Вот один из них:
В загсе Железноводска больше не регистрируют. Пока
В связи с масштабным ремонтом и благоустройством территории привычная работа загса временно приостановлена.
Теперь загс Железноводска проводит выездные торжественные регистрации в Курортном парке, в Пушкинской галерее.
Ремонт продлится до сентября и позволит создать условия для подъезда свадебных кортежей, а также создать благоустроенную пешеходную зону.
Уверен, временный «переезд» загса в Пушкинскую галерею спустя много лет станет для молодоженов приятным воспоминанием об уникальном бракосочетании в красочных залах Пушкинской галереи, памятника архитектуры 1902 года постройки.
Может ли литературный редактор придраться к этому тексту? Безусловно. Нужно ли это делать? Нет. Текст выполняет все свои функции: он спокойно и понятно объясняет, в чем суть новости (загс закрывают на ремонт) и как в связи с этим будет строиться работа.
Обратите внимание: мэр города не просто написал, что загс закроют (в этом случае пост вызвал бы негативную реакцию). Он сразу же выдал две хорошие новости. Во-первых, объяснил, как изменится загс после открытия, а во-вторых, дал понять, что на время ремонтов у молодоженов будут даже лучшие условия бракосочетания, чем были.
Да, ни один, даже самый безобидный вроде бы пост не может быть гарантией того, что под ним не появятся гневные или язвительные комментарии. Но, как правило, детальное изучение все-таки помогает найти причину – почему все пошло наперекосяк?