Нина Романова – Родная (страница 4)

Спустя полгода после смерти Ицуки, Аямэ продала дом в Токио, и дом в Осаке, чтобы выплатить судебные иски, выдвинутые поставщиками сырья и некоторыми покупателями, которые не получили товар вовремя. Компания ее мужа окончательно обанкротилась, а ее семье грозил позор нищеты.

После смерти отца, Рюносукэ стал главой семьи в семнадцать лет. Он только– только окончил школу и теперь, все заботы об обеспечении семьи ложились на него, как на старшего сына.

Они переехали в очень маленькую и убогую квартирку, удобства были общими, на несколько квартир приходилась только одна ванная комната, и они с соседями делились на группы, чтобы набрать воды и искупаться.

Эти норы на окраине Токио принадлежали одному владельцу – ояката, и в них поселялись в основном крестьяне, приехавшие в Токио за лучшей жизнью.

Но еще больше нищеты Рюносукэ ненавидел то, что его матери приходилось вставать почти в четыре утра и ехать несколько часов на работу. Окончив курсы машинисток, она устроилась в газету. И теперь ее утонченные пальчики держали не тонкие кисти для живописи и каллиграфии, а стучали по двенадцать – четырнадцать часов по клавишам печатной машины.

Она носила очень скромные платья, поверх которых надевала белую накидку, но, как и прежде, даже в этом наряде, мать выглядела безупречно. Каждый день она красиво укладывала волосы в сложную прическу, подводила глаза, наносила любимую яркую помаду на губы, и, улыбнувшись, ему и брату скрывалась в дверном проеме убого многоквартирного дома.

Рюносукэ попытался устроиться работать, но везде ему давали отворот – поворот, потому что у него не было специального образования. К кому обраться за протекцией он не знал, ведь старших родственников ни со стороны отца, ни со стороны матери не было в живых.

В один из дней, получив очередной отказ со стороны работодателя, Рюносукэ шел по узкой, грязной улице в свою нору и его громко окликнули:

– Эй!

Рюносукэ обернулся и увидел позади себя невысокого господина, одетого в хорошее европейское пальто и кожаные ботинки. У Рюносукэ мгновенно пронеслась мысль: «Что этот тип делает в их трущобах?»

Однако додумать он не успел, незнакомец, подойдя ближе, сразу перешел к делу:

– Заработать хочешь?

Рюносукэ кивнул.

И незнакомец, представившийся господином Ито, продолжил:

– В ваших квартирках, я знаю, все стены увешаны цветными укиё.

Не совсем еще понимая, к чему незнакомец клонит, Рюносукэ еще раз кивнул, вспоминая, как много таких картинок он видел в комнатках соседей. Эти цветные картинки, раскрашенные при помощи трафаретов, изображали прекрасных женщин и исторические сцены. Раньше он презирал укиё, как нелепые рисуночки, годящиеся только для развлечения простого народа. Он считал их дешевкой, не имевшей ценности. Но господин Ито, почему– то проявлял еле скрываемый интерес к этим картинкам.

Уже через минуту Рюносукэ понял, почему господин Ито, предлагал ему стать кем– то вроде мелкого скупщика среди соседей. Господин Ито предложил ему также первоначальный капитал для скупки, который потом Рюносукэ может вернуть, расплачиваясь заработанными процентами.

Рюносукэ спросил:

– А почему вы именно мне предлагаете заняться этим?

Господин Ито усмехнулся:

– Потому что все обитатели этих «шикарных квартир» – он махнул в сторону их утлого жилья, – Глупы и жадны, и, получив от меня первые деньги, они обязательно их спустят в этот же день. А ты – не такой. Я навел о тебе кое–какие справки, и понял, что такому образованному парню, как ты и всей твоей семье нечего, делать в подобном месте, не правда ли?

Рюносукэ внимательно присмотрелся к новому знакомому, тот не отвел взгляда, и глаза его ярко блестели в наступающих сумерках.

Выждав несколько мгновений, господин Ито уточнил:

– Я не ошибся, предлагая именно тебе стать моим партнером?

Рюносукэ пожал протянутую ему руку, а господин Ито весело произнес:

– Итак, завтра, я жду тебя на этом же месте с пачкой укиё.

Так Рюносукэ и стал мелким звеном в торговле антиквариатом. Господин Ито, оказался прав, он быстро отбил первоначальный ссудный капитал, и уже мог откладывать заработанные деньги и себе на учебу, и на дальнейшее обучение Такаши, и на содержание их хлипкого жилья.

Рюносукэ скупал укиё не только у соседей, но и разыскивал повсюду старинные произведения искусства, к которым у европейцев неожиданно проснулся интерес, и они выкладывали огромные суммы, скупая японские эстампы.

Европейцы признали произведениями искусств и «инро» – коробочки для лекарств, и нэцкэ. Прелестные маленькие фигурки со сквозным отверстием, помогавшие прикреплять к кимоно приборы для курения, теперь стали сувенирами для иностранцев.

Господин Ито ловко держал нос по ветру, занимаясь поиском и продажей таких сувениров, и постепенно Рюносукэ накопил достаточно денег для того, чтобы поступить в колледж, по окончанию которого, он смог бы работать на заводе, медленно и верно поднимаясь по карьерной лестнице.

Целый год Рюносукэ занимался мелкой коммерцией, а матери говорил, что подрабатывает на временных работах. Она слишком уставала, возвращаясь, домой почти к ночи, часто не в силах съесть ужин, который готовил для неё и брата Рюносукэ.

В один из редких выходных мама достала мечь «Катана», принадлежавший, когда– то ее брату Кейдзи, это была единственная ценная реликвия, которая всё еще оставалась в их семье, и сказала ему:

– Рюносукэ, я бы никогда не сделала это. Но сейчас, мне важнее, чтобы мы не голодали. – Она бережно провела по блестящему лезвию, и на ее глаза набежали слезы, – Этот меч, единственная память о моем пропавшем брате. И теперь, я прощаюсь с ним, сын.

Рюносукэ взял мечь из ее уставших рук и, пообещав, что найдет покупателя на «Катана» Кэйдзи, пошел спать. А наутро, он нашел место, недалеко от трущоб и, замотав мечь сначала в кусок шелковой ткани, отрез которой остался как насмешка от их прошлой жизни и пылился в углу старого шкафа, а потом и в грубую, старую мешковину, закопал его.

Рюносукэ пообещал вслух:

– Меч моих предков, я обязательно вернусь за тобой. Обещаю.

После Рюносукэ побрел по направлению к ненавистному дому, чтобы успеть приготовить обед для младшего брата.

Такаши знал, чем он теперь занимается, но брат не осуждал его, а напротив предложил и свою кандидатуру, чтобы помогать в розыске ценных вещей. Но он сказал брату, в одном из их вечерних разговоров, что образование и знания – это самая важная вещь в жизни. И без этого далеко в обществе не продвинешься. И что Такаши должен прилежно учиться и окончить школу, чтобы потом поступить в Токийский университет, как отец мечтал! И что они оба там будут учиться!

Рюносукэ видел, как Такаши подавил вздох, но спорить не стал. Ему уже исполнилось шестнадцать и оставалось всего полтора года до окончания школы. Такаши после того разговора несмотря на то, что теперь условия их жизни мало напоминали человеческие, стал учиться и заниматься еще усерднее, чем прежде.

Спустя год, господин Ито внезапно исчез из жизни Рюносукэ. Но Рюносукэ уже успел к этому моменту поступить в технический колледж, после которого ему открывалась перспектива работать на заводе.

Конечно, мечту юности о поступлении на юридический факультет Токийского университета пришлось забыть. Но Рюносукэ теперь точно знал, что они выберутся из той ямы, в которой оказались после смерти отца.

Глава седьмая «Господин Ямамото»

Рюносукэ учился в коллеже уже полгода, у него ещё оставались сбережения, которые он отложил, работая мелким скупщиком антиквариата, но деньги расходовались быстрее, чем он ожидал. Рюносукэ уговорил мать переехать в более приличную квартиру на заводской окраине, но все же, за жилье приходилось платить больше, чем он рассчитывал вначале.

Рюносукэ иногда удивлялся сам себе, когда перед сном подсчитывал баланс расходов и доходов, и теперь главной его заботой стало – не истратить тот начальный капитал, что он отложил на образование Такаши, но экономить с каждым днем становилось все труднее. Ведь он теперь сам учился в техническом колледже, а зарплаты мамы едва хватало на продукты. И что у них всё еще есть деньги, Рюносукэ объяснял матери тем, что ему удалось очень выгодно продать мечь Кейдзи.

Рюносукэ теперь, как и отец покупал утренние газеты, из которых узнавал самые важные новости. А ситуация в мире стремительно менялась! Япония отторгнула от Китая северо – восточную провинцию Маньчжурию, и Рюносукэ стал часто задумываться, как разворачивающиеся в мире события могут повлиять на жизнь его семьи.

Однажды, готовя после учебы на их маленькой кухне рис и овощи, Рюносукэ не заметил, как вернулась с работы мама. Она как обычно погладила его по спине и ласково произнесла:

– Сынок…

Рюносукэ обернулся и заметил, что обычно уставшие глаза матери, светились не обычным, давно забытым блеском. Мама села напротив него за стол и произнесла:

– Сынок, мне так повезло, что у меня такие замечательные сыновья, как ты и Такаши. Последние два года после смерти отца, я как будто спала, я не уделяла вам время. А ты…, Рюносукэ оставался моей главной поддержкой и опорой. И я знаю как тебе трудно, сынок. Но теперь, в нашей жизни все измениться к лучшему!

Рюносукэ смотрел в загоревшиеся глаза матери, не перебивая ее. А она продолжала: