Нина Починка – Сердцера (страница 8)

Почему-то при мысли об этом в груди поднялась непонятная злость, смахивающая на зависть.

– Зато теперь всем известно, чем для колдунов это всё закончилось – Росинка состроила брезгливую гримасу. – Доживают остатки дней в бегах. Ну правда, Чана, ну вот нравилось им жить в безнравственности, ну и жили бы себе, как нравится. Только подальше отсюда, например, среди стихий, раз уж колдунам была так близка их культура. Зачем они свои убеждения нам навязывали? Это же ведь несправедливо, что до короля Грабидора ни разу в истории человечества ни один человек не взошёл на престол. Это ведь страна людей! Для людей прародителями созданная!

– Уж не знаю, был ли людям вред от династии Смолы на троне, у каждого своё понятие про добро, про справедливость. Считай нынче о прошлых королях грешно и говорить, и думать, якобы можно несчастье в дом накликать. А я ещё застала период, когда в школах историю войны с Хаосом изучали. Сдаётся мне, совсем негоже о таком забывать. Живу уже сорок с лишним лет на белом свете и диву даюсь, как времена меняются, притом, что на многие вещи с годами начинаешь смотреть по-другому, не придавая тому значения. Так и другие, просто живут уже больше по привычке и не осознают, что с ними происходит. Одно могу сказать точно: ни убийство короля с королевой, ни восшествие на трон Грабидора, а потом его сына Утриноса жизнь простого люда к лучшему не изменили. Сейчас принято многие беды на войну списывать. Но заметь, не люди, а стихии в единении с колдунами противостояли Хаосу. Они тоже погибали и теряли близких в той войне. Очень жаль, что этого мы не хотим помнить.

– Как будто остальные стихии лучше Хаоса. Всё одного поля ягода, – буркнула Росинка.

– К счастью, созданий, подобных Хаосу мир породил покуда в единственном экземпляре. Даже его дети не унаследовали столь разрушительные силы. Был ли Хаос замыслом прародителей или их невольной ошибкой, не нам с тобой решать такие задачи. Но страшные последствия войны коснулись всех. После разрушения храма Земли, стихии в Сердцере стали бесплодны. Они больше не рожают детей, ни добрых, ни злых. Такова их цена за спасение мира. Нам с тобой, солнышко, повезло родиться в мирные времена. А вот твои бабушки и дедушки на своём веку повидали бед похлеще. И приходится признать, что могущество стихий перед нами неоспоримо. Если б они только пожелали, то вмиг стёрли бы нашу расу с лица земли. Вот ты и представь, какого это повстречаться с несдержанной разнузданной стихией, если она действительно наш враг, как любит заявлять кароль.

– И представлять не надо, – Росинка закатила глаза, с содроганием вспоминая ухмыляющееся лицо, объятое пламенем.

– Да, – Чана понимающе покивала. – Огненный Плясун всё ещё на свободе и продолжает наводить страх.

– Почему каратели не могут до сих пор с ним справиться? Он ведь слабее Хаоса, и он один! Нашли ведь способ, как магии колдунов противостоять.

– Вот так вот. Против колдунов средство нашлось, а против стихии мы снова оказались беспомощны.

– Я видела, как Эхо пытался остановить Плясуна каким-то оружием, но оно не подействовало, только раззадорило сильнее.

– Эх, надеюсь, парень оклемается, а то не хотелось бы потом объясняться с его начальством, или того хуже с карателями.

– Он же выживет обязательно? – глаза Росинки испуганно округлились. – А почему нам не поверят? И что тогда будет?

– Ничего не будет. Не бери в голову. Вот врача дождёмся, тот быстренько мальчишку в чувства приведёт. Не переживай. Иди лучше поспи, а тут я сама похлопочу.

Но вопреки совету, мозг словно зациклился на прозвучавшей фразе. И всякие мысли полезли в голову, и всё ближе подбирались навязчивые страхи, цепляясь липкими щупальцами, расползались по всему телу, и побороть их не получалось. Росинка бестолково металась по комнатам, уговаривая себя набраться терпения и ждать. Но в итоге сдалась.

– Я сбегаю в трактир, поищу командира ищеек. Пусть знают, что с Эхо случилось несчастье, и что мы тут ни при чём, – сообщила она Чане, уже стоя на пороге и застёгивая пальто.

– Ты что, Росиночка, стой! – испугалась женщина. – На дворе ночь, по округе рыщут каратели с ищейками – наживём ещё больше неприятностей.

– Я осторожно, – пообещала та и быстро нырнула за дверь.

Улицы были непривычно пусты. Даже ближе к центру неслышно брани подвыпивших ночных гуляк или гитарного бренчания, или веселого смеха компаний местной молодёжи. Городская жизнь в этот поздний час будто замерла. Большинство благоразумно попрятались по домам, пережидая, пока шумиха утихнет.

Трактир Два шута находился как раз между главным рынком и площадью Свершений. Росинка потянула на себя тяжёлую дверь из тёмного дуба и вошла внутрь.

В большом зале горел камин, а между толстых резных столбов, поддерживающих закопчённый потолок, были расставлены столы. Клубился табачный дым, застилая и без того неяркий свет, пахло жареным мясом.

На Росинку сразу устремились любопытные взгляды немногих посетителей. Не тратя времени даром, девушка подошла к барной стойке и обратилась к трактирщику:

– Доброй ночи, господин Жировит. Не могли бы вы мне помочь? Я ищу господина эм… Логоса… – она вдруг поняла, что не знает нужной фамилии. – Командира ищеек. Мне сказали, что он остановился здесь.

Трактирщик посмотрел на неё, недовольно сведя брови.

– Шла бы ты домой, девочка. Командир Подвойный отдыхает после тяжёлого дня. Нечего человека попусту тревожить, оно и нам спокойнее.

– Я не попусту. Я по важному делу.

– Все так говорят. Весь день посетитель за посетителем… Всё, приём окончен. Дайте и нам, простым работягам дух перевести.

– Но я не могу уйти просто так. Пожалуйста, – девушка начинала терять самообладание. – Скажите господину Подвойному, что это касается одного из его подчинённых – ищейки по имени Эхо. Логос ведь за них в ответе. А вы будете в ответе за чинимые препятствия при донесении своевременной информации.

Глядя исподлобья, трактирщик гневно сопел, но кивнул мальчику-помощнику, отправляя с поручением, потом сухо обронил уже для Росинки:

– Надеюсь, мы обойдёмся без неприятностей?

Командир ищеек через посыльного передал, что ожидает Росинку в своём номере.

Чувство неуверенности, сомнения и страхи многократно обострились, пока она поднималась по скрипучим ступенькам на второй этаж. С минуту девушка тихо и недвижно стояла возле двери, ведущей в комнату командира, и наконец робко постучала.

– Войдите, – раздался изнутри мужской голос.

Он сидел за письменным столом и держал в руках толстый журнал. В простой, почти домашней одежде, выбритый и ухоженный, только на носу неизменный атрибут каждого ищейки – очки с цветными стёклами, в его случае – жёлтыми.

– Доброй ночи. Простите, что так поздно, – Росинка перешагнула порог и несмело остановилась.

– Присядь, – он кивнул на стул с другой стороны стола. – Если у тебя жалоба на кого-то из моих подчинённых, нужно составить письменное заявление на моё имя. Вот бумага. Проведём проверку, виновного накажем. Садись, не бойся, я подскажу, как составить заявление правильно. Так что сделал Эхо? Изнасиловал тебя?

– Нет! Совсем не то! – Росинка энергично замотала головой. Потом судорожно вздохнула и сосредоточенно сдвинула брови. – На него Огненный Плясун напал. Мы послали за врачом, но я решала, что ещё необходимо сообщить вам.

На несколько мгновений в комнате повисла тишина.

– Огненный Плясун? Ты уверена?

– Ну… это точно был не человек. Стихия. Огненная.

– Может, кто-то из саламандров незаконно пересёк границу?

– Я не знаю. Я никогда их не видела. Но Эхо тоже назвал его Плясуном. И… Там был чистый огонь, несдержанный, безумный…

– Где Эхо сейчас?

– У меня дома. Он без сознания, но жив. С ним всё будет в порядке, – Росинка желала горячо заверить в этом не только командира, но и саму себя.

– Пойдём, – мужчина резко поднялся. – Покажешь, где ты живёшь. Хотя… Дай мне пять минут, чтобы собраться.

– Что именно произошло? – спросил командир Подвойный, когда они вместе вышли на улицу.

– Не знаю… Вам, наверно, лучше спросить у Эхо, когда он очнётся.

– Сейчас я спрашиваю тебя, – он повернул к ней лицо, и Росинка съёжилась, ощущая мощное давление, хотя голос у мужчины был негромкий и сдержанный. Наверно дело в очках, от одного на них взгляда внутри всё холодеет. Конечно, она подчинилась.

– Мы разговаривали. Там в долине. А потом появился он, Плясун, – рассказ её звучал путано. – Я не знала, что саламандры летают… Всё вокруг горело. А Эхо придавило, и я всё тянула и тянула… Кажется, у него сломаны рёбра…

– Это существо не совсем саламандр. Как вы выбрались?

– Всё как в тумане… – Росинка запнулась, потом испуганно залепетала, опуская глаза на камни мощёной дороги: – Не помню… Эхо стрелял в Плясуна, наверно благодаря этому.

Командир с вопросами отстал, но выводами вслух не поделился, из-за чего девушку всю дорогу качало от надежды к отчаянию.

К тому времени, когда они добрались до дома, врач уже осмотрел Эхо и заверил, что травмы у пострадавшего серьёзные, но не смертельные. Ищейка даже уже начинал потихоньку приходить в себя, хотя вид у него по-прежнему оставался плачевный.

Он медленно открыл глаза. Его взгляд недоумевающе пробежался по комнате и лицам присутствующих. Бледные губы шевельнулись.