Нина Починка – Сердцера (страница 10)

– Как не помнить. Неужто до сих пор не сняли?

– Это же человеческое искусство, а не тёмное колдовство.

– Тут, пожалуй, ты права. Если уничтожить всё созданное при королях-колдунах, тогда что же останется?

– В общем, мне приснилось, будто я стою за изгородью напротив ворот этой школы, и оттуда выходят ученики. Понимаешь? И там была одна девочка. Очень красивая. Она шла прямо ко мне и улыбалась. А когда подошла, сказала, что-то вроде: – Завтра нас повезут на экскурсию в сад стихий.

– Девочка-колдунья?

– Не совсем. Она сама была стихией.

– Саламандрой или Сильфидой?

Росинка ненадолго задумалась, затем пожала плечами.

– Ну так бывает во сне, ты просто знаешь что-то, и всё. Вот и я знала, что она стихия, а какая, мне было неважно. Как думаешь, Чана, что это может значить?

– Думаю, твой сон не нужно трактовать буквально. Школа магии восстановленная и снова открытая… маги-ученики и ребёнок стихии – это всё имеет символическое значение. Тебе привиделась искажённая реальность, что после вчерашних событий и немудрено.

Дожёвывая бутерброд и запивая его чаем, Росинка задумчиво смотрела в окно.

– Чана, тебе сегодня ещё понадобится моя помощь?

– Вообще-то, я хотела попросить тебя сходить к госпоже Лучине, выкупить светло-серый отрез полотна, что она для меня приберегла. Но если у тебя свои планы, то можно и в другой раз…

– Нет, всё в порядке. Я как раз думала о том, чтобы увидеться с Соль. Вот она ахнет, когда услышит о Плясуне, – сказала Росинка вслух, а мысленно добавиладобавила: “И об Эхо”.

Она подхватила приготовленные корзинки и вышла на улицу. В записной книжке у неё было три адреса, по которым девушка добросовестно разнесла готовые изделия. Последняя доставка оказалась в другом районе, поэтому, закончив с делами и направляясь в магазин госпожи Лучины более короткой дорогой, Росинке потребовалось пересечь главную площадь города.

Уже в переулке, прилегающем к площади, стало ясно, тут что-то происходит. Вокруг было так людно, как будто в Копытце пожаловал балаган бродячих артистов. Протискиваясь сквозь толпу, она медленно двигалась вперёд.

В глубине охрана теснила народ, освобождая пространство перед деревянными подмостками, на которые взошли представители городской элиты и командующие отрядами. С краю от сцены воздвигли свежий эшафот с просторной клеткой, покуда пустующей. Росинка с содроганием поняла, что готовилась новая казнь.

Девушка прислушалась к словам выступающего сейчас градоначальника. Господин Мусарали заметно нервничал, что неудивительно, нечасто Копытце посещали такие высокопоставленные гости. Запинаясь, он призывал горожан к дисциплине, горячо славил истинного короля, без меры льстил стоящим за его спиной старшим советникам и прочим столичным чиновникам. Выразив в десятый раз своё почтение, Мусарали, наконец, передал слово третьему советнику, представленному зрителям под именем Веселин.

Вперёд выступил невысокий худощавый мужчина. По должности он не был военным, но зачем-то нарядился в военную высокочинную одежду. Голос его был сильный, напористый и доносился до каждого слушателя, даже самого дальнего.

– Приветствую вас, свободные граждане свободного королевства! – произнёс он куда более уверенным тоном, чем прежний оратор. – Знаете, сегодня я проснулся с восходом солнца, и, глядя в окно, подумал: какое всё-таки счастье родиться и жить на одной земле с таким талантливым, трудолюбивым, сплочённым народом. И каждый день я готов благодарить прародителей за возможность быть одним из вас, быть человеком, быть частью Их великого замысла. Как гостеприимно встречала наших пращуров праматерь Земля, так и мы теперь встречаем своих соплеменников, превратив гостеприимство в славную традицию…

Толпа становилась всё многочисленнее, плотнее и громче. Задние ряды напирали на передние, желая быть ближе к помосту. Через плечи и головы людей Росинка глядела на королевских чиновников, со всех сторон окружённых вооружённой охраной. В центре – советники, обязательно с бородками в длинных тёмно-синих и тёмно-зелёных балахонах. Их прищуренные глаза внимательно следили за толпой на площади. Слева от советников собрался командующий состав карателей. Настоящие воины – сильные, спортивные, в лёгких чёрных доспехах, под просторными плащами. Все рослые и красивые как на подбор, но взгляды их пустые, будто мёртвые, застыли, угрюмо глядя куда-то в пространство перед собой. А с другой стороны – ищейки, среди которых Росинка узнала Логоса. Он почему-то казался ей единственным живым, настоящим в этом сборище насквозь фальшивых или бездушных личностей.

Третий советник тем временем продолжал вещать о культурных и технических достижениях человечества. Росинка ещё вначале потеряла интерес к его болтовне. Она шарила глазами по людям на помосте, по отрядам, выстроившимся внизу, невольно выискивая знакомые черты. Но конечно же, Эхо здесь не было, просто не могло быть.

По знаку Веселина, один из карателей вывел на помост собаку размером с крупного медведя. Шею пса крепко сдавливал металлический поводок, а серебряные кольца цепи, блестели на контрасте с тёмной шерстью зелёного оттенка.

– Друзья, вы только посмотрите на это чудо! – голос советника восторженно зазвенел. – Наши учёные сотворили невозможное – вывели новую породу: свирепых, бесстрашных, безжалостных хищников. Но вы не бойтесь. Этот пёс беспрекословно подчиняется командам своего хозяина и не нападёт без повода. А кто даст повод, уж не обессудьте, – Веселин визгливо захихикал. – Но вы спросите, что же даёт нам новое оружие? Отвечу: неоспоримые преимущества перед врагом. Теперь мы можем отправлять свои отряды, например, в самую глубь Заозёрных земель. И северные волки уже не будут для наших воинов сдерживающей силой, как прежде. Наш бардин в одиночку способен справиться с десятком волков. Да, именно так наш истинный король назвал новую породу. Бардины будут отныне сопровождать карателей в их славных походах. И множить нашу честь и славу.

– А со стихиями эти бардины справятся?..

– Может их лучше на запад отправить?..

– Давно пора показать бессмертным, что такое смерть!

Из толпы послышались довольно щекотливые вопросы и восклицания.

– Не всё сразу, – Веселин поднял руки в успокаивающем жесте. – Разве стремимся мы развязывать кровавые войны? Разве не ценим жизни наших граждан? Нет, мы не отправим наших воинов погибать на чужбине. Но мы и не сдадимся. Пятьдесят лет назад наши родители уже разрушили один храм, тем самым обнаружив уязвимые места стихий. Связь бессмертных с энергиями мира настолько крепка, что буквально влияет на их жизнь. И источники этих связей находятся в древних храмах. Не сразу, но постепенно мы уничтожим их все, один за другим. Мы сотрём эту пакость с лица земли, и тем самым восстановим справедливость. Прародители ушли тысячелетия назад. Им больше не нужны храмы. Но они нужны стихиям, чтобы с помощью колдовства управлять всеми процессами земли, чтобы снова заморочить людям головы своей подлой ложью, подчинить своим прихотям.

Толпа разразилась аплодисментами и бурными криками. Веселин лучезарно улыбался с высоты и терпеливо ожидал, когда шум стихнет, чтобы продолжить:

– Что же, друзья, я слышу ваши голоса. Они всё громче, всё пронзительнее. В нашем единодушии главная сила, которую не сломить никаким колдовством. Мы отыщем каждого примкнувшего к запрещённым искусствам, каждого предателя, каждого шпиона! И покараем! Вместе мы очистим нашу землю, а потом и весь мир. А сейчас предлагаю посмотреть, как именно мы будем поступать с изменниками.

Росинка никогда раньше не присутствовала на казни. Чана привила привычку уходить, ещё до оглашения приговора. Но сегодня всё было иначе. Не было долгого размусоливания деталей обвинения и приведение доказательств, пусть лишь для галочки, ведь порядок есть порядок… Видно, у советника правила были свои.

Чтобы протиснуться сквозь толпу, приходилось активно работать локтями и ловить в ответ недовольные окрики и брань. Нужно спешить. Будь он хоть трижды преступник, но видеть чужую смерть не возникало ни малейшего желания. Ни смотреть в лицо, ни слышать имени, чтобы его образ не тревожил потом, являясь во снах… Но, хаос побери, как же здесь тесно!

Толпа притихла, выдохнув, будто один человек. Началось. А ведь она почти выбралась, самая толкучка осталась позади. И всё же, как тут удержаться? Росинка повелась на всеобщее оцепенение, остановилась и повернула голову к эшафоту.

Каратели заводили в клетку осуждённую. Схватили, похоже, не церемонясь, даже верхнюю одежду взять не дали. Подол серой юбки превратился в лохмотья, а у кофты был полностью оторван один рукав. Оголённая кожа темна – то ли это грязь, то ли кровь, может, всё сразу. С того расстояния, где находилась Росинка таких деталей не разглядеть. Да и зачем? И так понятно, что там следы пыток.

Длинные волосы женщины растрепались, слиплись и сосульками падали на лицо. Но Росинке и не требовалось видеть лицо, чтобы узнать госпожу Лучину.

Сколько кульков с мармеладом, переданных ею, было принесено домой, и не сосчитать. С самого детства на каждый праздник без исключений она дарила Росинке подарки. Даже когда девочка ссорилась с Соль, подарок всё равно был. А ещё госпожа Лучина всегда без вопросов выручала, когда у них с Чаной возникали финансовые трудности. Она была их покровителем, их заступником, их утешением. А теперь происходит это!