Нина Новак – Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (страница 36)

Этот… котодракон, согласно информации от миссис Лойд, позавтракал в одиночестве и теперь явился понаблюдать за тем, как мы будем воевать со столовыми приборами.

Клер Руш торжественно улыбается. Осанка идеальная. Волосы уложены согласно последнему писку моду, а застегнутое на все пуговки скромное платье настолько тонкое, что толку от этих пуговичек по большому счету ноль.

На секунду встречаюсь с супругом взглядом и отвожу глаза. Сердце непроизвольно начинает биться сильнее и гнев раскаленной лавой растекается по венам.

Не надо так эмоционально на него реагировать, Вера. Остановись.

Драконицы немного присмирели и склонили головы, когда владыка уселся во главе их стола.

С чего бы им стесняться? Хотя Барней считается глубокой провинцией. Неужели иноземные гостьи не знают имперского этикета?

Меня же натаскивала миссис Лойд и я ощущаю себя относительно уверенно.

Впрочем, слишком выставлять себя на показ сегодня я не собираюсь. Лучше немного притушить подозрительность Рушей и притвориться простушкой. Баллов-то не ставят.

— Расслабьтесь, — наклоняюсь и заговорщически шепчу соседкам по столу. — Берите любую вилку и наплюйте на дурацкий драконий этикет.

Знаю, что император, а также Клер и ее мамаша смотрят на меня. Я перед ними как на ладони. Поэтому по простому беру самую удобную вилку и погружаю ее во фруктовый салат.

Эдриан вздрагивает, а Клер глумливо усмехается.

— Я была права, что посадила мисс Идаль с девушками ее сословия, — лицемерно тянет леди Руш. — Комфорт участниц отбора — для нас святое.

Я не реагирую, ведь через пару дней нас ждет новый конкурс и мне выгодно, чтобы сегодня враги потеряли бдительность.

А конкурс, кстати, забавный. Мы поедем на молочную ферму, которой владеет одно многодетное семейство. Думаю, Руши задумали показать Мари Идаль в “родной стихии”. И если бы на моем месте была прежняя Мари, задумка бы удалась.

Салат вкусный и я не отказываю себе в удовольствии хорошо поесть. К черту драконьи приличия, хоть они мне и знакомы.

Одновременно наблюдаю за драконицами — новыми фаворитками отбора. Они быстро ориентируются в ситуации и не падают в грязь лицом.

— В Барнее столовые церемониалы намного сложнее, — ядовито цедит брюнетка, сменившая хрустальную диадему на розовую ленту, обхватывающую лоб. — Мы сохранили традиции предков, первых драконов.

Эдриан хмыкает, внимательно прислушиваясь к разговору, но я все равно ощущаю на себе горячие взгляды, которые муж успевает посылать мне.

— Они, наверное, очень громоздкие и устаревшие? — кидает шпильку Клер.

— Вас бы, леди Клер, из-за драконьего стола выгнали, причем с позором, — вздыхает драконица.

Леди Руш, видимо, скоро окончательно позеленеет, превратившись в жабу. Но ответить ей нечего и она лишь кривит тонкие губы. Не удивлюсь, если у старой грымзы в рукаве спрятан козырь, какая-то подлость, с помощью которой они надеются переломить ход отбора.

Я кидаю взгляд на соперницу из Барнея, а она неожиданно дружелюбно улыбается мне.

— Мисс Идаль, а вы пользуетесь столовыми приборами именно так, как было принято при дворе Рейси.

37.

Я с ужасом наблюдаю, как меняется лицо императора, вмиг становясь хищным. Зеленые глаза сверкают, когда он смотрит на меня.

Но я не намерена раскрываться перед мужем. Не сейчас.

— Народная память консервативна, — безмятежно улыбаюсь.

Кажется, темноволосая драконица понимает, что сказала лишнее, и отводит взгляд, но раскаяния на ее лице я не вижу. Подозреваю, Барнейские “невесты” недолюбливают Дургар и оказались тут не по своей воле.

Эдриан надменно и брезгливо морщится, и меня осеняет осознанием, что он Рейси ненавидит. Вон как сглотнул, поправил воротник мундира и снова прошил свою лишнюю жену потемневшим взглядом.

Значит, поэтому он не ищет истинную, предпочитая мучительно бороться с глубинной природой дракона...

— Любопытно, что в народе сохранили память о прошлой династии. Я бы хорошенько проверила этих Идалей, ваше величество, — громко заявляет леди Руш, хватаясь за возможность хоть как-то очернить меня.

А мои мысли летят вперед и через минуту я уже размышляю о том, почему Рейси не искали пропавшую девочку.

Становится страшно и по коже ползет холодок. Неужели все сговорились — боги, драконы, люди — и предали Мари, потому что ей не посчастливилось родиться истинной Эдриана?

Я внимательно наблюдаю за ходом завтрака, а позже присматриваюсь к разным группировкам “невест”, когда они гуляют в парке.

Создается ощущение, что среди подруг Клер раскол. Внешний круг, почуяв, что фаворитка слабеет и теряет влияние, распушил перья и сбился в плотную стайку. Увереннее себя ощущают и невесты из бедных, для которых все происходящее — сказка.

Только вот драконицы, кажется, вовсе не стремятся заполучить ценного жениха. Думаю, они прекрасно понимают, что приз может оказаться начинен проблемами.

Вечером я устраиваюсь у камина и изучаю папку с конкурсами. Поездка на молочную ферму, хм.

Отправиться придется на лошадях, при этом в специальном костюме для верховой езды.

Сразу представляются наряды английской аристократии, но у меня в гардеробе нет ничего даже приблизительно похожего.

Как быть?

— Я принесу вам костюм, — успокаивает меня миссис Лойд. — В молодости я, бывало, сопровождала императрицу. Тогда я была худенькой, как вы.

— Буду очень вам благодарна, — улыбаюсь, одновременно пытаясь понять, какие опасности мне грозят на молочной ферме.

Император собирается сопровождать нас, а, значит, будет не протолкнуться среди охраны и сотрудников тайной канцелярии.

Может быть, установить делающий снимки артефакт на седло лошади?

В груди прыгает неясная тревога. Я не сомневаюсь, что Клер и ее мамаша задумали подлость. Как-то странно они притихли и в последний раз, когда я встретила Клер в парке, она мне сладко улыбнулась.

— Мари Идаль, — протянула с ласковой усмешкой.

Я остановилась и смерила ее холодным взглядом.

— Ты обманула нас, притворившись безграмотной фермершей, — Клер сузила глаза и смахнула с воротника моего пальто снежинку. — А потом из-за тебя весь отбор пошел наперекосяк. Мы с мамой так трудились, чтобы придумать интересные конкурсы, создать напряжение и подстегнуть дух соперничества. Но ты… и еще тот журналистишка. Я бы даже подумала, что это ты кропаешь статейки. Но, увы, женщинам, подобное не дано. Признайся, Персиваль твой любовник? Ты передаешь ему информацию?

— Что за чушь, — я отшатнулась от сумасшедшей, таким упрямым огнем горели ее глаза.

— Я не отдам Эдриана. Никому не отдам. Любая, кто решит встать между нами, пожалеет. А тебя… я скоро разоблачу. Приготовься, Идаль. Эдриан узнает, что ты не только используешь зелья, чтобы улучшить внешность, но и саботируешь отбор. Вас с Персивалем поймают.

Победоносно оскалившись, Клер повернулась ко мне спиной и уверенной походкой направилась к стайке подружек.

Видимо, нас ждал эпичный бой “невест”, но стать звездой этого сражения мне вовсе не улыбалось.

На кухне, как обычно, встречают радушно — пирожки с джемом, крепкий чай, сметана молниеносно появляются на столе, а затем мне еще и рассказывают новейшие сплетни. Слуги во дворце много знают и иногда делятся сведениями. Я снова убеждаюсь, что среди участниц отбора идет брожение и Клер задумали окончательно потопить.

Жаль, что ее мамаша старая хитрая лиса и наверняка примет контрмеры.

Вытираю руки салфеткой и замечаю внука миссис Лойд. Если я правильно помню, мальчика зовут Джастин.

— Джастин Лойд! — приветливо зову я и получаю в ответ радостную мальчишескую улыбку.

Юного Лойда не пускают во дворец, но в конюшни он вхож и имеет приятелей среди конюхов. Джастин обещает проследить, какую лошадь выберут для Мари Идаль. Ведь я не самая лучшая в мире наездница, горячего скакуна точно не потяну.

Вечером приходит записка от Деймона — он приглашает меня прокатиться до особняка Саршаров. Так нынче именует себя бывший императорский род, кинувший в прошлом вызов божествам этого мира.

— Ларшисы всегда преданно служили Рейси, — произносит Деймон, когда я сажусь в вызванный им кэб.

— И вместе с ними пострадали. Но меня беспокоит генерал Рэмхард Грэхем, — делюсь я с Деймоном.

Иногда я встречаю этого невозмутимого дракона в парке. Он всегда вежлив и кланяется мне, вызывая зелень на лицах Клер и ее подружек. Но если Рэм узнает про мой план, про “круги ада” и прочие веселости, он не поймет.

А я и так проговорилась в его присутствии, спросив о Рейси. Что если генерал сложит все странности и сделает вывод?

— Он предан владыке намного больше, чем Леон Шарсо, который гуляет сам по себе, — соглашается Деймон.

В дороге мы обсуждаем возможные козни Рушей и Деймон обещает мне проверить лошадь.

— Я закреплю артефакт на своем седле, а потом передам его тебе, — произносит он, а мы въезжаем в дальний, но довольно аристократический район Торна.