Нина Кислицына – Непокорная (страница 16)

— Ничего. Просто ты сейчас… в моей футболке. Это сносит мне

крышу сильнее, чем всё вчерашнее.

Дейли фыркнула и подошла к окну, обхватив себя руками. Город

внизу просыпался: первые машины, редкие прохожие с зонтами —

хотя дождь уже кончился, — мокрые крыши, блестящие на солнце.

Она смотрела вниз и чувствовала, как он подходит сзади, как кладёт

руки ей на плечи, как прижимается губами к затылку.

— Не сбежала, — сказал он ей в волосы.

— Ещё не решила.

— Врёшь.

Он обнял её со спины, притянул к себе, и она откинулась на него, закрыв глаза. Так они стояли у окна, молча, и город за стеклом жил

своей жизнью, а они — своей, отдельной, только что родившейся и

оттого особенно хрупкой.

— Кофе остынет, — сказала она наконец.

— Пусть.

— Мартин.

— Что?

28

— Я серьёзно. Я хочу кофе. И завтрак. И желательно без твоих рук у

меня на животе, иначе мы опять окажемся в постели, а я не готова к

тому, что это станет нашей единственной привычкой.

Он рассмеялся, развернул её к себе лицом, всё ещё держа за талию.

— А что плохого в такой привычке?

— Всё. Ты так и не рассказал мне, кто ты на самом деле. А я не сплю

с теми, кого не знаю.

— Поздно, — сказал он тихо. — Ты уже спишь.

— Спишь — это не то же, что переспала. Я о регулярности.

Он покачал головой, отпустил её и вернулся к плите. Дейли села за

барную стойку, поджав ноги, и наблюдала, как он разливает кофе по

двум чашкам, как двигаются мышцы под кожей его спины.

Вчерашняя жадность никуда не делась — она просто спряталась

глубже, притаилась, и Дейли знала, что долго не продержится.

— Ладно, — сказал он, ставя перед ней чашку. — Спрашивай. Всё, что хочешь. Я отвечу.

— Просто так? Без «а ты»?

— Просто так.

Она обхватила чашку ладонями, глядя на тёмную, пахнущую

кардамоном жидкость, и подумала, что вопросов у неё слишком

много, а времени — слишком мало. Вернее, наоборот: времени

теперь, кажется, было много. И от этого становилось страшно, потому что она не привыкла, чтобы у неё с кем-то было много

времени.

— Почему ты тогда остановился у моего дома? — спросила она.

— Увидел тебя на крыльце. Ты что-то печатала и улыбалась своему

тексту. Я не смог проехать.

— И решил, что я твоя?

— Нет. Решил, что хочу узнать, кто ты.

— А потом навёл справки.

— Это уродливо, я знаю. Но у меня не было другого способа. Ты бы

не стала со мной разговаривать просто так.

Дейли отпила кофе, не сводя с него глаз.

— Ты прав, — сказала она. — Не стала бы.

— Вот видишь.

Она опустила взгляд. Вчерашняя ночь, поцелуй под дождём, его

руки, его голос — всё это вдруг показалось ей невероятным, как

будто случилось не с ней, а с героиней той книги, которую она никак

29

не могла дописать. Она боялась, что, если моргнёт, всё исчезнет, и

она снова окажется одна в своём доме с зелёной дверью, у окна, прислушиваясь к шагам.

— Мартин, — сказала она тихо. — А что дальше?

Он облокотился на стойку напротив неё, взял её свободную руку и

переплёл пальцы со своими.

— Дальше — завтрак, — сказал он. — А потом ты вернёшься к своей

книге, а я — к своим дурацким бумагам. А вечером я приеду и увезу

тебя снова. И так до тех пор, пока ты не поймёшь, что никуда от

меня не денешься.

— Звучит как приговор.