Нина Кенвуд – В моей голове (страница 7)

Я отпираю дверь, осторожно приоткрываю и выглядываю наружу. На меня смотрят шесть человек. Шесть парней. Оуэн. Алекс. И еще четверых я не знаю.

– Натали! – говорит Оуэн.

Похоже, он очень доволен собой, что запомнил, как меня зовут.

Алекс протискивается вперед.

– У тебя все нормально?

Я никогда в жизни не видела Алекса таким встревоженным.

– Да, все нормально. И я не сидела здесь полчаса. Минут десять, от силы. Мне нужно было уединиться. В тишине. Чтобы поговорить по телефону. Извините. – Я сама понимаю, как глупо это звучит, и чувствую, что краснею.

Все шестеро продолжают смотреть на меня. Нужно освободить ванную, но это значит, что мне придется вернуться на вечеринку. Я застываю на месте, не желая покидать свой островок безопасности.

Оуэн делает шаг вперед, толкает дверь и заходит в ванную.

– Отвернись, – говорит он.

– Зачем?

– Мне уже невтерпеж.

Он встает перед унитазом и расстегивает молнию на ширинке. Я приличная девушка и единственный ребенок в семье, мне никогда не приходилось делить ванную с братьями, и поэтому я ни за что не могу оставаться в одной комнате с парнем, справляющим малую нужду. Кроме того, это не то действие, которое молодой человек совершает на глазах у девчонки, с которой собирается целоваться, так что мои фантазии о вероятном бурном романе с Оуэном Синклером стремительно отдаляются от реальности. Или Оуэн Синклер настолько уверен в собственной неотразимости, что может позволить себе мочиться в присутствии девушки, которую намерен поцеловать, не опасаясь, что девушке будет противно?

Я выскальзываю в коридор, прохожу пять шагов и опять замираю в растерянности. Куда мне идти? На этот раз меня выручает знакомое лицо – Алекс загружает пиво в холодильник на кухне. Я топчусь рядом, позабыв, что мне следует опасаться его. Он больше не тот человек, которому нельзя доверять. Теперь он мой спасательный круг, мой страховочный трос. Пресловутая соломинка, за которую можно схватиться.

– Что ты делала в ванной? – спрашивает у меня Алекс.

– Я же сказала. Говорила по телефону.

– Ты точно не пряталась?

– Точно.

–Хорошо. А то мне показалось, будто ты все-таки пряталась.

– Я не пряталась.

–Ладно.– Он уже закрыл холодильник и теперь машет кому-то в гостиной.

Оуэн выходит из ванной и проводит рукой по волосам, так что сразу становится ясно: он в курсе, какие роскошные у него волосы. Странно смотреть на кого-то и знать, что этот кто-то, скорее всего, очень тщеславен и только что помочился практически у тебя на глазах, – и все равно чувствовать к нему влечение.

– Ты как? Веселишься? – спрашивает он меня.

Я отвечаю:

– Ага.

–Круто,– говорит Оуэн и смотрит поверх моего плеча, явно выискивая кого-то получше.

Мое сердце колотится как сумасшедшее. И что теперь? Мы продолжим беседу? Оуэн выходит из кухни в гостиную.

Я иду следом за ним, но как бы сама по себе. Вижу в дальнем углу свободное кресло-мешок. Сажусь. Улыбаюсь, пытаясь поймать чей-нибудь взгляд. Жду возможности завязать разговор. Но вряд ли мне светит такая перспектива, в том числе и потому, что мое кресло втиснуто в самый дальний угол и его наполовину загораживает стеллаж, так что меня не особенно-то и видно.

Я достаю телефон и делаю вид, будто пишу сообщение. Набираю в поисковике:

🔍 Как общаться с людьми на вечеринках|

Читаю советы. Рукопожатие при знакомстве не должно быть слишком вялым или же слишком крепким (я мало что знаю о вечеринках, но нынешнее мероприятие явно не относится к той категории, где принято пожимать друг другу руки). Задавайте вопросы, интересные собеседнику (здесь не объясняется, как понять, какие вопросы будут ему интересны). Улыбайтесь и смейтесь, когда это уместно (тут я испытываю приступ паники: а вдруг я всю жизнь смеялась и улыбалась, когда это неуместно, и просто об этом не знала?).

Заряда осталось тридцать процентов, и я неохотно убираю телефон в карман. Чтобы в экстренном случае была возможность позвонить. Хотя, может быть, в доме найдется зарядка. Вот, кстати, и повод начать разговор, если я выясню, кто такой Бенни, а потом попрошу одолжить мне зарядку, и, возможно, мы и дальше будем беседовать, и я задам ему несколько по-настоящему интересных вопросов, и у нас все получится. Может быть, у нас с Бенни даже случится любовь.

Я возвращаюсь на кухню. Кто-то пролил кока-колу на банкетку. Я беру тряпку и вытираю банкетку насухо. Выбрасываю пустые пивные бутылки в мусорное ведро и задумчиво смотрю на гору грязной посуды, и в этот момент в кухню входит Алекс.

– Ты что, затеяла тут уборку?

Он смеется.

– Просто вытерла пролитую колу, – объясняю я.

Алекс становится серьезным.

– У тебя точно все хорошо?

– Да.

– Тебе вовсе не обязательно здесь оставаться. – Алекс садится на банкетку, которую я только что вытерла, и я стараюсь не заводиться по этому поводу.

– Это как понимать?

– Вечеринки – явно не твоя тема.

– Кто это сказал?

– Ты сама.

– Я такого не говорила.

– Говорила. Примерно полгода назад. Ты говорила, что на дух не переносишь шумные вечеринки и ненавидишь почти всех людей за редким исключением.

Да, я могла бы такое сказать. В смысле, это отчасти правда, но это еще и отличная фраза, которая всегда послужит тебе оправданием, чтобы лишний раз не выходить из дома. По каждому тесту, который я прохожу в интернете, получается, что я классический интроверт, и для меня это огромное облегчение, как будто я получила письменное разрешение избегать всех и вся. Тебе и не надо стремиться к общению с людьми, потому что ты интроверт, – вот как я это понимаю.

– Я передумала, – говорю я.

– Правда?

– Да. Теперь я люблю вечеринки. И людей, – произношу я самым жизнерадостным голосом.

– И что же заставило тебя передумать?

– Я стараюсь быть непредвзятой и открытой всему новому. Это мое новогоднее обещание, – говорю я.

Это неправда. Мои настоящие новогодние обещания: научиться рисовать стрелки на глазах, прочитать за год сто книг и разобраться со всеми своими проблемами (эмоциональными, физическими и ментальными) до поступления в университет.

– До Нового года еще четыре дня, – улыбается Алекс и делает то, что в советах «Как общаться с людьми на вечеринках» обозначено как «теплый и доброжелательный зрительный контакт».

– Я решила начать заранее, – говорю я, стараясь не прерывать этот контакт, но это очень непросто, потому что мое сердце колотится как сумасшедшее.

– Мудрый подход, – замечает Алекс.

Вдруг он перестает улыбаться и глядит на кого-то у меня за спиной. Я оборачиваюсь и вижу Ванессу Нгуен, его бывшую девушку. Она училась в моей школе, на класс старше меня. Теперь она изучает изящные искусства в Викторианском колледже искусств, у нее пирсинг в носу и татуировка в виде птицы на запястье. Она очень крутая. Мне такой никогда в жизни не стать. Они с Алексом встречались несколько лет в старших классах.

– Привет, Несс, – говорит Алекс, и его голос становится напряженным.

Наверное, он до сих пор в нее влюблен.

– Привет, Ванесса, – говорю я, потому что хочу показать Алексу, что я вовсе не ненавижу людей.

– Привет, – отвечает она несколько неуверенно.

Сразу ясно, что она смутно помнит меня в лицо, но понятия не имеет, кто я такая.

– Как жизнь? – спрашивает Ванесса у Алекса.

Я должна уйти, чтобы дать им возможность пообщаться наедине, но мне некуда идти, и к тому же я пришла в кухню первая.

– Нормально. Как у тебя?