Нина Каротина – Тысяча уловок Вилли Тирэлл (страница 6)

– С чего так? – рявкнул Рестиан Ялагр.

– С того, мой единоутробный несмышленыш, что всякий раз, когда у тебя открывается зуд к бродяжничеству, ты вляпываешься по самые брови. Вспомнить хотя бы провал твоего последнего исхода. Ты отправился в островные провинции…

– Именно! Я – наместник Островных провинций, – защищался Ти.

– В которых так и не побывал ни разу, ибо попытка не засчитана.

– Я искал новые острова!

– А нашел приключения на свою неугомонную задницу, – надменно хмыкнул Родион. – Теперь нет целого фрегата в западном море Бурь.

– Но на карте появился еще один остров!

– Еще один риф, названный в твою честь. «Достойная» замена боевому фрегату. Чудом остался жив, благо, рыбаки приметили в море останки корабля. Или не благо, я еще точно не разобрал, – Родион щелкнул брата по руке, чтобы тот не прихватил со стола аппетитный кусочек рыбки, и бросил тот застывшей в гастрономическом ожидании Скотине.

– Но брата нужно спасать, а я очень даже подхожу для этого дела. У меня вера агаронская. И языки я, благодаря Отриэн, подтянул.

– Не знаю, что насчет ваших с Отриэн языков, но верой своей мне перед носом не верти, – Родион хмыкнул, припомнив, что святые письмена агаронской веры обычно накалывают на шее, но с близнецами вышла история, после которой знаки сместились на интимную часть тела ниже спины. – Ты последний в очереди на поездку в Агарон. Если тебя это немного успокоит, предпоследний стою я.

– Не успокоит! – рявкнул тот.

– Возьми пару уроков у Дедули по вязанию. Очень умиротворяет.

– Я уеду в Агарон, хотите вы того или нет, – взвился Ти, перепрыгнул собаку и хлопнул дверью.

Однако спасатели на сегодня не закончились. Еще один такой же пылкий ждал Милорда в приемных комнатах.

– Ваше Высочество, – поклонился Дейн Вистога.

– Мой случайный родственник, твоя официальность пугает без меры. Чем ты так взбудоражен? – Родион присел в кресло.

– Я могу возглавить отряд в Агарон.

– Гм… неожиданно. Я чего-то не знаю? Хочешь бежать на край света от такой жизни? Жена и две дочери склоняют тебя к бродяжническому образу жизни?

Гралийский барон и посол гралийского Короля Дейн Вистога женат на сестрице Тенне. Зная неугомонный характер ригоронской принцессы, иного и предположить сложно. В свое время эта парочка навела переполох в императорском дворце, Ялагры на некоторое время даже сплотились на почве ненависти к чужаку. Но Дейн с честью вынес выпавшие на его долю испытания, выжил в пыточной башне и таки дополз до алтаря. С тех пор у него родились две дочери, а тяга сбежать от венценосных Тестя с Тещей все еще осталась.

– Его Императорское Величество не позволит отправиться в Северное царство еще одному из своих сыновей. Я подхожу для этой миссии больше прочих.

– Чем же это, Пушистик? Двойным слоем волосатости?

Давно известно, Родион имеет склонность к злоязычию. В семье со временем притерпелись, и уже не обращают внимания на его витиеватые обороты. Более того, его выражения пусть и острые, но всегда в цель. Дейн Вистога – обладатель густых волос и роскошной бороды, от природы у него мужественная мохнатая грудь и густые брови, отчего для домашних он – Пушистик, и уже перестал обижаться.

– Я – гралиец…

– Полу-ригоронец, – привычно поправил его Родион.

Происхождение Дейна стало предметом больших разногласий. Император Ригорона и отец семейства с большим неприятием относился к восточному королевству Гралиция. Оно располагалось за морем Бурь, гралийские мародеры буквально атаковали побережье Ригорона, грабили поселения и угоняли людей в полон. Гралийский зять не имел никаких шансов взять в жены ригоронскую принцессу, но Дейн оказался гралийцем только наполовину, что и открыло ему дверь к семейному счастью.

– Я могу пользоваться этим преимуществом, рассчитывать на поддержку гралийской диаспоры и посольства, а они многочисленней ригоронской. Я привлеку меньше внимания и меньше подозрений со стороны агаронского трона.

– Насчет меньше внимания я бы поспорил. Персона ты заметная, – признал Родион, кивая на могучее сложение полу-ригоронца. – В целом, здравое зерно в твоих словах есть. Все так, но есть одно большое «Но».

– Тенна не будет против, она любит Ридалага и желает ему вернуться домой, – заверил его Дейн.

– Против будет гралийский монарх, который признал тебя послом в Ригороне. А дипломатические объяснения «что, к чему и зачем» затянутся настолько, что спасательная миссия успеет вернуться домой.

– К лихим богам эти разрешения, – возмутился тот.

– Нет, Пушистик, твои надежды поскорее сбежать от домашнего уюта несбыточны. Сиди дома, расти дочерей. В этом деле ты, если и потребуешься, то только для добрых напутствий.

Родион искренне не понимал, откуда в этих дурнях столько энтузиазма. Лично он не хотел посетить Северное царство, дорога не прельщала его приключениями, а погода в Агароне настолько дурная, что он кутался в плед при одном упоминании северных названий. Он – теплолюбивый, изнеженный принц, мечтающий вернуться в свой уютный мир в Ближних Патнах, в Южных провинциях Ригорона, и там греться в теплых каналах летнего императорского дворца круглый год. Есть в этом какая-то особая пытка, потому что Родион чувствовал, что поездки ему не миновать.

– Яни, я правильно понимаю, что ты спешишь возглавить спасательный отряд? – бурчал Милорд, явственно ощущая себя простуженным еще до поездки.

– Родик, я должен ехать, – уверенно заявил второй близнец и сел рядом на диванчике.

– Давай рассуждать здраво, – Старший шумно втянул из кружки горячий отвар. – Итак, ты уже в Агароне. Что будешь делать?

– Я эм… буду искать Лага.

– Неверный ответ, – Родион посмаковал ароматные капли напитка, отмечая тонкий вкус мяты. – Для начала ты будешь искать нашего посла, Рисмага Дэвони. Второй вопрос. Яни, сосредоточься и будь внимательным. Ты не нашел Дэвони. Твои действия?

– Я мм… буду искать Лага, – мямлил тот.

– Неверный ответ. Если ты не нашел Дэвони, тот либо мертв, либо сбежал. Как определить, что ригоронский посол покинул этот мир?

– Гм… найти тело?

– Неверный ответ, – вздохнул старший и с какой-то особой жалостью рассмотрел несмышленыша. – Яни, зачем тебе выкапывать тело из вечной мерзлоты? Просто обыщи посольский дом и допроси слуг. Итак, у нас три неправильных ответа. Исходя из моих предположений, с такими навыками ты даже до Агарона не доедешь.

– Роди, но я же могу…

– Ничего ты не можешь, моя дорогая гусеница, – почти ласково отчитывал старший брат. – Если там затоптали Ридалага, ты погибнешь в первый же день. Потому сиди дома, не высовывайся, готовься к деторождению. Твоя беременная супруга скрасит твое унылое существование.

– Кто-то же должен это сделать? – возмутился тот.

– Кто-то должен, – задумчиво ответил Родион и отхлебнул еще отвара от простуды.

Последним «спасателем» должен стать младший брат Гор, но тот все еще отсыпался в потребных домах и потому появился в приемных Родиона только на следующее утро.

– Милорд, снова письмо, – Тибель протянул поднос со свитком.

– Три дня, – кивнул хозяин и приветствовал младшего из Ялагров. – Что тебе нужно, дитя-переросток?

– Родик, я знаю Степь, – пробасил Гор.

– Подход верный, ты Степь знаешь, – согласился старший брат. – Наместнику Северных провинций Ригорона и не знать Степь?

– Я владею всеми видами оружия.

– Лучше меня, тоже верно, – кивал Родион, расчесывая Скотине левое ухо.

– Я не связан обязательствами, у меня нет жены и детей, я – младший и наименее ценный.

– Здесь я бы поспорил, но за аргументы хвалю, ты хорошо продумал стратегию.

– Я знаю Ридалага лучше прочих, мы с ним долгое время провели в северных провинциях. Все его шаги я могу просчитать и даже предугадать. Я найду его.

Родион внимательно рассматривал брата. «Наименее ценный» – определенно не про Гора. Младший повзрослел, окреп и поумнел. Из вчерашнего подростка он вырос в мужчину, готового взять на себя ответственность. Причем делал это без бравады и с пониманием сложности задачи, в чем можно укорить близнецов, а те старше его на шесть лет. Во время генеалогической раздачи детям Ялагров раздали ум и поворотливость, но на Ти и Яни пришлась одна порция ума на двоих.

– Гор, есть один критический недостаток во всей этой истории. Ты найдешь Ридалага, сомнений у меня нет. Найдешь и попадешь в ту же историю. Если ты давно не смотрел в зеркало, открою тебе небольшой секрет. Ты похож на Лага и даже слишком. Враги, если таковые есть, а они есть, вычислят тебя по прибытии в Агарон и забросят в ту же темницу.

– Почему в темницу? Ты что-то знаешь?

– Не знаю, но просчитываю варианты, – Родион встал с диванчика и в задумчивости сложил руки. – Убивать его незачем, он не претендует на агаронский трон. Чего не скажешь о Баронте2 Эстерсэн. Убивать его опасно, он не последний человек в Ригороне. Сын Императора, истинного происхождение не утаишь. Агарон все еще зависит от нашего хлеба. Если его не убили, и он жив, вопреки паническим настроениям Рисмага Дэвони, остается неволя. И последнее письмо он писал именно из неволи: коротко, ни о чем. Возможно, Дэвони уже с ним, потому что второго письма-опровержения от него нет.

– Интересно, зачем его неволить?

– Зачем – понятно и неинтересно. Ридалаг сунул свой хозяйственный нос не в свои дела. И не просто сунул, а создал угрозу. Интересно другое. Они знают, кто он, под пытками и не такое расскажешь, но все равно не отпускают. Не отпускают и ждут. Ждут чего?