Нина Каротина – Сезон гнездования драконов (страница 9)

Доу отбросил в сторону холст и вернулся в подушки. Все эти дни он спал, гемоглобин в венах медленно восстанавливался, силы ещё не вернулись, но он хотя бы чувствует себя живым, а тошнота перестала быть такой изматывающей. Химера пришла в себя, это хорошо, кровь сработала, самая сложная работа позади. Напрасно он, сложная работа у него ещё даже не начиналась, но скоро он в этом успеет убедиться. А пока…

– Прибери там, в ванной за собой, – вяло ответил он. – Смой кровь, раз уж столько энергии. И никогда не буди меня, пока сплю. Шума больше, чем от всех химер гнезда.

Он ворчал, устраиваясь поудобнее, чтобы вернуться к лечебному сну. Маргоша разочарованно поджала губы.

– Ага, щас. А полы вам не помыть? – неуверенно огрызалась гостья, поправляя полотенце на груди. – Буду я улики с места преступления смывать и оставлять свои отпечатки. Это вообще-то уголовное преступление.

– Мм… – засыпал дракон и накрылся одеялом с головой.

Маргоша назойливо приблизилась и сдернула с его наглого рыла белье.

– Минуточку внимания, перед вами должностное лицо, господин кислотный ящер, – рявкнула она в ухо несчастному. – Не рядовой специалист, а заместитель директора департамента Отдела биологической безопасности. При исполнении, так сказать. Потрудитесь как-то прояснить ситуацию, вернуть мне одежду и показать, где у вас в этой стеклянной банке парадный выход.

– Рр…

– Я что-то непонятное сказала? На своих химер рычите, со мной попрошу разговаривать с учетом деловой этики. Я требую немедленно вернуть мне средства связи, типа, смартфон, одежду и обувь. Только после того я, так и быть, внесу в протокол, что вы готовы сотрудничать с органами.

Доу нехотя поднялся и сел. Определенно, у нее слишком громкий и неприятный голос. Воспитание дает о себе знать, точнее, его полное отсутствие. Химера целый год оставалась беспризорной, нахваталась дурных манер и не ведает границ. Самое время указать ей на место, но спать хочется несоизмеримо больше.

– Голову откручу, – зевнул он.

Гостья разочарованно поморщилась, приподняла оценивающую правую бровь и смерила его снисходительным женским взглядом от головы до скрывающихся в одеяле бедер.

– Пф… – фыркнула та и гордо покинула комнату, на исходе бросив: – Нет, все же японец лучше тайца. Тот и вкусней, и помоложе…

Дока поневоле скинул остатки сна. Ещё и нежить будет указывать ему на возраст?

– Я отлил для тебя целую ванну своей крови, – в бешенстве прорычал тот вослед. – Я для матери такого не делал!

– А я не просила отливать для меня ванну крови, – тявкнула та в ответ и прослушала звучный эхо в помещении. – Да ещё такую, что похожа на сброс хим комбината. Ты меня ещё тайским камушком попрекни! Я, между прочим, из-за тебя химерствую и не только. Давайте вспомним, кто натравил на меня оборотня и своих ищеек, и по чьей вине я забросила расчески. Ходить теперь незнамо сколько, как бомжихе…

Как вывести из себя дракона всего несколькими фразами? Маргоша может написать научную работу на эту тему. Доу взвился с ложа, сбросил с себя болезненное оцепенение и выскочил следом в гостиную. Она задевает его одним своим видом, каждое сказанное слово можно расценивать, как личное оскорбление, а голос вызывает отторжение уже где-то на подсознательном уровне. Для домашних химер он Дока, маменькин сынок и баловень, которого ни словом, ни делом не задевают любящие женщины. Для человеческих женщин он самый прекрасный принц, от одного его вида они млеют в восхищении. А эта посмела сравнить его с Кайоши? С этим черным ушастым уродцем, вонючим к тому, как тонна изношенных стелек?

– Закрой свой рот и убирайся прочь, к химерам на этаж ниже, – с шипением произнес он. – И будь благодарна, что я принял тебя в гнездо. Ванна крови вытащила тебя с того света, иначе сошла бы вместе со снегом грязными потеками пепла.

Маргоша от накопившихся впечатлений только хлопала приоткрытым ртом. Причем впечатление произвели не его слова, а абсолютный ню тайского хозяина гнезда. Тот без стеснения стоял перед ней, в чем мать родила. Ну, или как это у драконов называется? В чем вылупился? В момент погрузки в багажник автомобиля тот был как будто крепче, массивней, сейчас выглядит истощенным, потрепанным.

– А что это ты мне, дракончик, рот затыкаешь? – нахохлилась гостья и уперла руки в бока. – Я себя спасать не просила и в гнездо к тебе что-то желание не испытываю. И не испытывала. У меня свой дракон есть! И не надо мне намеки делать про пепел, я могу и обидеться…

В этот момент Маргоша дернулась от нахлынувших воспоминаний. В памяти всплывали картинки последней схватки, где появились морские драконы, а Женька на ее глазах перекинулась в одного из них.

– Лебедев! – дрогнула она и растерянно вытаращилась на дракона. – Егорушка где? Он же там упал от… кислоты!

При упоминании Лебедева Доу резко растерял желание продолжать этот бессмысленный разговор. Вернуться в кровать, вот единственное, чего он хочет. Дракон хлопнул дверью, но это не остановило химеру.

– Где Лебедев? – взревела она и спустя несколько мгновений раздался громкий звон разбитого стекла.

Стеклянная обстановка посыпалась от гнева взбудораженной химеры и железного стула, пущенного с силой отчаявшейся женщины. Она одновременно требовала ответа и страшилась услышать его. От плевка кислотой, пущенного химерой тайского дракона, она сама едва восстановилась, а от боли извивалась и кричала, растеряла волосы и одежду. Что произойдет от кислоты, пущенной самим драконом? Есть ли шанс на чудо? И даже если был такой шанс, нашлась ли для Егора целая ванна крови дракона?

Уголком сознания понимала, что чуда не произошло, но надежда придавала сил, она ещё громче вопила и крушила попадающие под руку вещи и обстановку.

– Где Егор? Лебедев мой! Я что, заложница? Уроды, что вы сделали с Егорушкой? Лебедев мой, Лебежонок…

Терпения дракона хватило ненадолго, он вызверился из двери спальни и громко проорал:

– Заткни пасть, спать не даешь! Нет больше твоего директора департамента. Должна радоваться, ты теперь станешь на его место, как заместитель. Карьерный рост, дура!

Девушка перестала дышать, словно от удара в солнечное сплетение, а потом выдала нечеловеческий звук отчаяния. Дракон поморщился от неприятия, меньше всего он ожидал, что его героическая затея выльется в такие неудобства. Спасенная химера создавала слишком много хлопот, в то время как по законам жанра должна была прильнуть к его стопам и осыпать благодарными слезами. Но нет, тварь хрипела, извивалась, рычала и билась в истерике, словно зверь в клетке. Из горла раздавались невнятные звуки, лицо исказилось в безобразной маске.

На том он посчитал достаточным и вернулся в спальню. Но первый шок закончился быстро, и нечисть приступила ко второму этапу. Вой и стенание, затем поток брани и снова звон битого стекла. Бесновалась так, что обстановка в апартаментах стала напоминать взрывы на полигоне. Нет, не даст поспать, не уймется, пока не получит хороший урок вежливости и повиновения. Разбираться с этим он не будет, швырнет на этаж ниже, там с ней быстро расправятся домашние химеры.

Дракон так и сделал, наскочил на нее и одним рывком доволок до дверей лифта. Швырнул в кабину и прихлопнул кнопку. На этом всё, с него довольно благотворительности. Пусть она личная собственность самой Дженифер, все же терпение у него не железное. Тварь имеет отношение не только к морской Дракоше, она его порождение и употребила целую ванну крови, его крови. Должна быть какая-то законная… хотя бы тактичность, видимо, о благодарности речи уже не идет.

На этом покуда всё, он должен успокоиться и заснуть, чтобы восстановить силы, ему ещё кормить Камико. Как бы не так, мысли сами собой вернулись к истории с японской девушкой. Доу нисколько не лукавил, он ничем не запачкал руки и действовал всегда только во благо и во спасение, ровно по намеченному плану. Камико была обещана ему в жены, Кайоши дал согласие, он заботился о будущем своей дочери. Для того Дока прошел лишнюю метаморфозу и предстал перед невестой прекрасным юношей, она благосклонно принимала знаки его внимания и всегда ждала в гости.

Но однажды все изменилось, его присутствие вдруг оказалось лишним. Дока провел свое расследование и вычислил виновника. И не просто вычислил, а узнал, что тот готовит преждевременную метаморфозу. Это в корне противоречило всем его планам и планам отца Камико. Тот желал ей человеческого будущего, никак иначе. Девушка должна была стать счастливой женщиной, окруженной заботой любящего мужа, жить в безопасном доме, родить детей…

Доу просчитал всё, но человеческую глупость и жадность недооценил. Наемники должны были выкрасть девушку, но они натолкнулись в ее доме на золото. А уже после ситуация вышла из-под контроля, и виноваты в том глупые молодые драконы. Один натаскал ей полный дом золотых слитков, а второй, не разобравшись, поспешил спасти дочь одним известным ему на тот момент способом. Оба действовали примитивно и поспешно, оба не просчитывали рисков, жили эмоциями, сердцем, как люди. А нужно жить разумом, во главу угла ставить рациональность и пользу, совершать минимум движений с максимальным эффектом.

Смартфон рядом разрывался от входящих вызовов. Очень старается дозвониться Накрах. Обычно от него не было такой активности, драконы лишний раз никогда не побеспокоят. Но в этот раз будто сговорились. Каждый искал подвох и рассматривал происшествие в своих владениях, как превентивное нападение Дженифер или Кая, подсчитывал убытки и соизмерял их с потерями Зоро, Мача и Уту. Каждый считал, что его положение много хуже.