Нина Каротина – Правильно формулируй желания (страница 6)

Иртини потерял дар речи и нервно прочистил горло:

– В смысле, всех?

– Всех, кто встанет на моем пути. Мне просто нужен мой брат.

Родион уютно развалился в кресле с ароматной чашкой чая и наблюдал за подавленным настроением хозяина дома. Барон приходил в себя долго, держался за горло от недостатка воздуха.

– Копьем? – придушенно уточнил он.

– Дельная мысль, барон. Как думаете, зона действия одного удара покроет Гаард целиком или придется подзаряжать?

Барон растер покрасневшие от напряжения глаза:

– А если попытаться решить дело миром? Вы не думали договориться с Бириаром и его магистратами?

– Думал, – покладисто кивнул Ригоронец. – Во время пути на мой обоз совершено несколько магических нападений, каждое из которых я расцениваю, как объявление войны. Отсюда не испытываю никаких угрызений совести, чтобы совершить варварской налет на местный храм. О каких мирных переговорах может идти речь после того?

– Милорд, – осторожно заметил Иртини, – вы так уверены, что именно местный храм организовал эти нападения?

– А вы уверены в обратном?

– Я не могу утверждать этого с точностью, – Иртини взволновано допил чашку, пусть даже в ней был яд. – Однако все еще можно исправить и не доводить до крайности. Налет можно организовать так, что магистраты о том не узнают и даже не хватятся потерянных артефактов. Я в этом храме знаю все ходы-выходы. В свое время пытался разобраться… Из моего замка в Храм есть подземный ход.

– Хорошая идея, – улыбнулся Варвар. – Сегодня ночью и пойдем. Оставим Вилли копье. В случае нашего провала, шарахнет по Гаарду зарядом, а уж потом пойдет спасать.

– Кто такой Вилли? – Барон Иртини все еще не мог успокоить нервы и оттого налил себе «отравы» из чайника.

– А это и есть наша главная изюминка. М-да. Наш боевой маг, причем настолько боевой, что без кристаллов она не менее опасна. Вы еще успеете за ужином убедиться в моих словах. Друг мой, вы так беспечно шагнули на зыбкий путь рядом со мной, что я готов дать вам последний шанс вышвырнуть нас из своего гостеприимного замка. Не церемонитесь, я вас пойму и даже одобрю, раз уж зашла о том речь. Я бы на вашем месте не сомневался.

– Что вы, Милорд, – отнекивался Агаронец, – такую потеху я просто не имею права пропустить.

– Вот и договорились, – удовлетворенно хмыкнул Ригоронец. – Будем считать, что у вас был выбор, и вы его сделали без давления.

Вечером в приемном зале замка все готово к торжественному ужину. Помещение освещено сотнями свечей, в камине полыхают поленья, создавая уютную, а главное хорошо протопленную атмосферу. Для прибывшего хозяина поленьев не жалели, развернули на полу ковры, окна задернули плотными портьерами, кресла обложили ворсистыми подушечками, услужливо разложили пледы для ног, если гости, все одно, будут мерзнуть. Стол заставлен посудой и серебряными приборами, тарелками с закуской и соусами.

– Ваше Высочество, – склонился Иртини в поклоне, – я рад приветствовать вас в своем замке. Где же наши дамы? Эрсэн сказал, что прелестней созданий не встречал. Я бы хотел наконец оценить настоящую ригоронскую красоту.

– Я бы тоже хотел, барон, – парировал Родион Ялагр. – Но боюсь у меня меньше возможностей, чем у вас.

– Хм… вы снова шутите, Милорд? – улыбался тот.

– Снова нет. Привыкайте, барон, я – очень искренний человек, хотя зачастую в это не верят даже мои…

Закончить фразу он не успел, поскольку вышеупомянутые дамы наконец снизошли с лестницы, шурша подолами новых платьев, и присели в грациозных реверансах. Барон жадно обыскивал их взглядом, вычисляя ту из них, что опасна даже без кристаллов. Принц медленно возвращал потерянное самообладание на лицо. В каких лавках Титтава и Вельтаар нашли эти «туалеты», оставалось только догадываться и разминать боль, резко давшую о себе знать где-то в районе переносицы.

По ригоронским меркам девушки почти голые. Оголены шеи, плечи, руки и часть груди в обширном декольте. Местная мода резко контрастировала с тем, что привык видеть Родион на официальных приемах. Все, что происходило за закрытыми дверьми – история иная, от скромности венценосный принц не осядет в обморок, он видел и не такое. Но нынче его Высшие магистраты готовились вовсе не для него.

Пристойней всех выглядела Фея, и та только потому, что прикрыла руки шалью. Шиэль кокетливо обмахивала шею массивным веером, привлекая внимание к своему роскошному декольте. Вилли стянула себя корсетом так, чтобы грудь таки показалась зрителям.

– Княжна Шиэль Тирэлл, княжна Вилетта Тирэлл, княжна Биннет Тирэлл, мои младшие дочери, Ваша Светлость, – суетился рядом Папенька. – Все девицы и красавицы, лучших невест не сыскать на всем свете.

Княжны еще раз грациозно присели, со стороны Шиэль раздалось приветственное хихиканье, Биннет зябко поежилась, Вилли охнула от боли в перетянутой спине. Барон восторженно заглядывал под веер старшей из них.

– Дядюшка, вы-таки посетили местный притон? – тихо прошипел Милорд.

– Родик, – также конспиративно шипел дядька, – ты велел разобраться с агаронской модой. Здесь так носят, я и сам долго негодовал. Но меня заверили, что в этом они будут выглядеть, как благородные дамы.

– Страшно представить, как выглядят здесь дамы, хотя бы чуть менее благородные, – проворчал племянник. – Признаться, даже моя нравственность нынче пошатнулась. Я уже не говорю про холод. Лично мне хочется поддеть шерстяные панталоны при одном взгляде на их наготу.

Три сестры на холод не жаловались, в компании рыжеволосого красавца разрумянились, разволновались, кокетливо обмахивались платочками, привлекая к себе внимание. Тот отвечал взаимностью, всем троим расцеловал ручки в перчатках, рассыпался в комплиментах и прочих милых банальностях. Наблюдать за тем – истинное мучение, Родион от неприятия морщил нос. Биннет по привычке несла фейский лепет, Шиэль наигранно смеялась, а Вилли успела подхватить со стола закуску, но не смогла проглотить. Корсет полностью перекрыл пищевод, Барон услужливо подал ей платочек и похлопал по спине, пока та прокашлялась.

За сим последовала суетная рассадка к столу и подача блюд. Вилли оказалась по правую руку от Иртини. Барон и Принц во главе стола, напротив друг друга. Трапеза началась с тоста хозяина за очаровательных дам. Иртини оказался весьма красноречив и словоохотлив, чем вызывал у Родиона неодобрение, ибо в ответ пришлось говорить столько же пустых слов о гостеприимстве этого дома. Вторая попытка Вилли с закуской вновь провалилась, что освободило его от части этой речи. Девушка окропила стол кашлем. Барон кивнул слугам, чтобы заменили посуду.

– Милорд, вы упоминали, что трудности преследовали вас на протяжении всего пути, – вел непринужденную беседу хозяин. – Неужели настоящий морок?

Вилли при взгляде на горячее громогласно икнула и вытаращила глаза. Эхо ее рыка зловеще пронеслось по залу. Иль Иртини сохранял былую уверенность и вежливо замалчивал происшествие. Он еще не догадывается, на что способна эта девушка ради хорошего впечатления. Родион знает о том не понаслышке, он загодя готовится к худшему и держит ладонь близ сдерживаемого злорадного гогота. Есть она хочет и будет. А как это сделать, когда желудком пожертвовали ради объема груди, Вилли еще придумает.

– Самый настоящий морок, – перехватил инициативу Ти. – Потехи было… вот уж мы посмеялись. Родик в руке нес отгнившую косу.

– Ага, – подтвердил Яни. – Целый обоз мертвецов, так это смотрелось со стороны. Дядюшка опух от раздувшихся газов, князь Тирэлл облысел до черепа, а Вилли держала оторванную ногу подмышкой. Я бы повторил, если уж это всего лишь морок. А они с той стороны клубнику в снегу искали.

Брови барона вновь поползли наверх. Нормальному человеку, далекому от магической составляющей, слушать подобные откровения приходится нечестно. Все одно, что страшная сказка на ночь. И каждая новая фраза лишь подтверждает нереальность повествования. С мороком понятно, но клубника в степи – это уже слишком.

Родион тем временем наблюдал за Вилеттой, вот где действительно интересно. Фантазии у нее в достатке, нужно только немного подождать. Для начала девушка пошла путем простым и незамысловатым. Всего лишь нужно нащупать за спиной завязки корсета и ослабить ленты, чтобы дать волю пищеводу. Она пыхтела, возилась, изворачивалась, но тугие завязки попрятали свои узелки, словно по команде. Вилли с интересом присмотрелась к лезвию столового ножа.

– С волками тоже потеха была. Ага, – счастливо докладывал Ти. – Я отстрелил дюжину, не меньше.

– Дедуля двух волков поднял и упал без чувств в реку. Кто бы вытащил его из воды? Потусторонние собачки оказались проворней, им даже указаний давать не нужно.

Вилли икнула во второй раз, выронила спасительный нож на пол и зажала рот рукой. Своим голодным рыком она сотрясла очередную перемену посуды на столе. Тем временем и Шиэль, и Фея изображали сдержанный аппетит и строили глазки барону. Тот кивнул, чтобы девушке подали хотя бы рюмочку бульона. Родион молча наблюдал за развитием событий.

– А откуда в южной степи речка? – уточнил Иль Иртини.

Небольшое уточнение будет к месту. В Агароне все названия прямо противоположны ригоронским. То, что принято считать Северной степью в Империи, здесь является южными землями.