Нина Каротина – Правильно формулируй желания (страница 8)

– Как попасть в Храм, если даже под землей он остается неприступной твердыней? – Родион с нескрываемым любопытством рассматривал подземный Гаард. – Стража, ворота, запоры.

Потрясение скрыть никак не удавалось. Вокруг него самый обычный город, но наверху гигантские колонны и каменное «небо», в которое упираются крыши зданий. Между зданиями просторные мощеные улочки, по которым разъезжаются две телеги. Здесь всегда сумерки и вечер, кругом темные закоулки и опасные тупики, повсюду те же нищие, бродяги, смотрители, торговцы, лавки, собаки, стражники. Но все это город-подземелье.

– Спустимся на этаж ниже возле Храма. Оттуда еще четыре раза ниже. Там вход, – сухо ответил Барон.

Перед потрясенным взором чужеземца из сумрака медленно проявлялись каменные дворцы и каменные лачуги, каменные скамейки и каменные фонари, и люди серыми тенями мелькали вдоль улиц. В фонарях масло и фитили, их обходят специальные служащие, поддерживают освещение там, где за это платят.

Под землей целые площади с резными сводами и фонтанами в центре, по сторонам каменные статуи и каменные подъезды. И даже цветы кругом каменные, с каменного свода свисают каменные звезды.

– Я бы сказал, что именно так представлял себе подземный мир лихих богов, – делился впечатлениями Милорд. – Я слышал о том, что агаронцы строят нижние этажи, но представлял себе немного иное. Красиво и величественно, но мне здесь не нравится. Будто заживо перенесся в склеп.

– Я не был в Ригороне, не был в Мерионе или Гралиции. Но на поверхности мне тоже по душе, – согласился Иртини. – Хотя надземный Гаард ничем не отличается. Небо серое, снег белый, растения чаще без листьев, в продолжительную зиму гибнут. На их место проще возвести каменные изваяния. Мастера по камню у нас в почете. Взгляните, какая красота!

Дворцы украшены изысканными узорами. Как в страшной сказке, кругом можно встретить восхитительные работы: панно, мозаики, орнаменты. Но все мертвое, ни один лучик солнца не согреет эти каменные цветы, цветом не окрасятся лепестки, аромат не наполнит легкие, суетливые пчелы не прилетят собирать нектар. Стены украсит только плесень и копоть от множества свечей. Ридалаг был прав, его дочери здесь не место. Он хотел забрать Эстерсэн и Шали в Ригорон, подарить им небо и звезды, запах свежей травы и вкус сочных персиков, но не смог, и с этим придется разбираться Родиону.

Воздух в городе спертый, влажный, с ощутимой плесенью и горечью земли. Ассоциации с кладбищем поневоле приходят на ум. Люди живут под землей, а покойников хоронят на поверхности в каменных склепах. Сжигать дорого, топливо нужно живым.

– Внучек, чувствуешь? Повсюду пахнет покойниками, – дрожащим голосом сообщил Дедуля.

– Это хорошо.

– Почему хорошо?

– Потому что ты говоришь о покойниках, но уже не падаешь в обморок, – ответил Родион без тени шутки. Шутить не ко времени и не к месту, давящая атмосфера подземелья стирает улыбки со светлых лиц. – Собачек придержи, у них глаза неестественно светятся, от нас отшатываются люди. Скотина, не бойся, мы здесь ненадолго. Заберем Лага и забудем, как о страшном сне.

– Вы привыкнете, Милорд, – уверенно заявил Барон. – Оставляем лошадей и спускаемся вниз.

Ниже города нет. Родион ожидал многоярусного чуда, но нет, укреплять такие сооружения сложно, достаточно и одного уровня. Но ниже именно те самые подземные ходы. В них можно и заплутать, и попасть в неприятности, здесь место трущоб и темной жизни города, если так можно выразиться при наличии верхнего уровня.

– Подземные шайки, беспризорники, грязь, крысы, мусор, испарения с верхнего яруса. Не обращайте внимание, нас ждут.

– Не помню, чтобы мы договаривались о встрече, – насторожился Родион.

– Нас ждут кристаллы, и лучше поторопиться. До утра не так много времени, ночи летом короткие, а нам еще возвращаться. Иначе ваш боевой маг вытащит кляп, – напомнил Агаронец.

– С этим можно не торопиться, она его уже вытащила, – отмахнулся Родион. – Не пугайтесь, Барон, я знаю ее слишком хорошо. Копье она давно забросила под кровать, там у нее место для хранения одиноких носков и сбежавших панталон. Утром наша боевая звездочка проснется, прополоскает горлышко и проверит артикуляцию. И только после бросится искать копье, разгребет бельевой хлам, самую малость пожелает нам не вернуться, чтобы с чистым сердцем отправить заряд в башню. Нам останется всего лишь перехватить ее за руку.

Иртини рассмеялся. Заметно, что его восхищает в этой девушке любая мелочь, где-то в глубине сознания Родион почувствовал укол ревности. Этот повеса интересуется тем, что является его абсолютной собственностью. Пусть он не пользуется этой собственностью, и очень может быть, никогда не предъявит права, но сам факт конкуренции задевает. Вилли на удивление легко сразила сердце Барона, не приложив к тому никаких усилий.

Родион всегда отмечал за ней невероятное обаяние, но она была ребенком, которому прощалась любая шалость. Ее обаяние он принимал со снисхождением, весьма практичное качество, чтобы помогать ему в решении некоторых вопросов. Ничего более, чтобы отметить в ней женскую привлекательность. Или он за это время что-то упустил?

Наконец в кромешной тьме Иртини нашел камень, прощупал его со всех сторон, ухватил железное кольцо и с усилием выволок из кладки. Камень оказался не тяжелым, отличался от основной породы, прикрывал лаз, в который один за другим пробрались люди и собаки.

Все, что происходило дальше, было подозрительно просто. Иртини вел их коридорами до двери. Вошли в дверь, подсветили факелами и увидели разложенные на полках заряженные кристаллы. Ни охраны, ни стражи, ничего, чтобы успех вылазки поставить под сомнение.

– Нет даже магической защиты? – удивился Родион.

– Разумеется, есть, – с раздражением парировал Агаронец. – Но против живых, а первыми мы впустили мертвых волков. Они нейтрализуют охранные заклятья. Прежде я подкидывал сюда дохлых крыс. Этого добра в подземелье на каждом шагу.

Родион осмотрел полки. Однако. Храм первородных не испытывает нехватки в магических кристаллах. Непосвященному взору сей склад покажется сокровищницей, наполненной украшениями, созданными для знатных персон. Кулоны, колье, браслеты, кольца, броши буквально нашпигованы прозрачными камнями. Неизбежно взгляд упал на корону. Вилли хотела корону, ей бы понравилось.

– Не советую, искать будут, – остановил его Иртини. – Это больше подходит магу царской династии.

Родион продолжал искать. Выбор браслетов велик, и как раз есть один на маленькую ручку.

– Брать нужно простые неприметные кристаллы, – снова помешал ему Иртини. – Их легко прятать, они не вызовут лишних вопросов. Нет, перстень тоже не советую. Он на мужскую руку, размер не подойдет. У подвески слабое крепление, потеряет. Диадему не спрячешь под прическу. Серьги слишком массивные, оттянут ушко. Магическое перо слишком острое, попортит одежду и нежную кожу.

– Барон, полагаюсь на твой выбор, – Родион оставил поиски, ни одна вещица, со слов Иртини, не подходит. – Объясняться будешь сам. Так и скажешь: долго искал, потерялся в богатстве выбора, возьми эту брошь-мушку. Дружеский совет: лучше говорить об этом после того, как она отойдет от заряженного копья шагов на двадцать. Есть и хорошие новости, она, как все женщины, сначала прибьет, потом пожалеет.

Барон сошел с лица. Приносить боевому магу дурные вести – не к добру.

– Берем браслет, – решился он.

Трудности начались только на обратном пути. Потом все отрицали свою вину, хотя отчего-то запомнилось, что первым про Веселый грот заикнулся Дедуля Аксил, а близнецы отметили, что времени до утра слишком много, чтобы тратить его попусту. Настрадавшись за долгое время пути, мужчины искали особых впечатлений. Родион хорошо помнил, что был против, не в его правилах искать подобные впечатления по незнакомым потребным домам. Но почему его никто не послушал, история умалчивает.

Последнее, что отложилось в памяти, это Скотина, которую он выгуливал, покинув интересное заведение уже слегка навеселе. Собака бегала рядом, изучала площадь, где в подземном сумраке не сыскать даже редких прохожих. Ночь спустилась в нижнюю часть Гаарда, Родион свистнул собаке и рухнул от боли в затылке.

Очнулся быстро и в происходящей неразберихе мало что разобрал. Его всего лишь похищают, волокут в карету, злоумышленников несколько, все в темных одеждах, с масками на лицах. Он и не думал сопротивляться, в голове пульсировала мысль, что с его старшим братом обошлись столь же вероломно. Похитили и заперли в башне Отверженных? Жертву запихнули в карету, отмерили несколько болезненных тычков и приставили нож к горлу, чтобы не позвал на помощь.

Родион сносил подобное обращение с изрядной долей злорадства. Так даже проще. Пусть его отнесут к брату, утром Вилли одним ударом копья парализует надземный Гаард, на Светоликого заклятие не сработает, и он вытащит брата из неволи. Идеальный план. Пока магистраты будут приходить в себя, ригоронская миссия уже затеряется в степи, унося ноги подальше от Агарона. Есть небольшие трудности с магическим исцелением, которое потребуется и Ридалагу, и прочим пострадавшим, но с этим он будет разбираться по мере поступления проблем. В конечном итоге, магического целителя можно сыскать и в Ригороне путем тотальной проверки людей на способности к магии.