Нина Каротина – Младший магистрат Эстерсэн (страница 9)
– Не секрет, Верес и Татха взяли в кольцо Шанан, – подал голос княжич Тирэлл. – Агарон с севера сдерживает мародеров Колутона, а беженцы вынуждены были пойти в Ригорон.
– М-да, – недовольно пожевал губы ветеран Орс. – До Гралиции ходу несколько недель. Смею заметить, Ваше Императорское Высочество, что Земли отчуждения заняты, вместе с мерионцами нагрянули воины вереса. Они свободно чувствуют себя, укрываясь за спинами беженцев.
– Это единственное место, где в нас перестали лететь стрелы, – защищалась Принцесса.
По плану, действие препарата уже должно войти в силу, а главный Ригоронец уже должен быть приворожен. Ее мольба и дивный образ не оставили бы равнодушным даже каменное сердце, Ялагр смягчился бы и выразил свое милосердие. Но тому достались жалкие крохи, Ридалаг отбросил слугам бокал, упер руки в бока и хмурился, просчитывая свои варианты.
– Стабильность в отношениях с соседями выстраивалась годы, десятилетия, века. В том числе с племенами Вересов, которые в последние годы соблюдали условия неприкосновенности Земель отчуждения.
– Степь изменилась, – поддержал его Торк Орс.
– Степь изменилась, – благоразумно продолжал Старший.
У него спокойный ровный голос, его привыкли слушать с большим вниманием, он буквально излучает уверенность и благородство.
– Да, но…
– Но эти изменения никоим образом не касаются Империи. Мы держим строгий нейтралитет по отношению ко всему, что происходит к северу от наших границ, не вмешиваемся в дрязги, не связаны никакими договорами и союзами.
Вот так прямо Ялагр напомнил об отказе короля Тауриса. Ригорон не связан с мерионским двором никакими обязательствами и потому готов стоять в стороне и равнодушно смотреть на страдания мерионского народа. Более того, династия Ялагров почти торжествует. Они рады, что не успели завести родственные связи с королем Таурисом. Надо было лить зелье забывчивости, она снова просчиталась.
– Нейтралитет не предполагает принятия той или иной стороны, – поддакнул генерал. – А мы, по сути, уже сцепились с кочевниками, когда они пришли к Стене, следуя за Мерионом. Это провокация к войне, которую мы не желаем.
– Ригорон намерен строго соблюдать свои правила. Они просты. Земли отчуждения должны быть свободны от любого вмешательства, – Ридалаг говорил, даже не меняя тембра голоса и не отвлекаясь на слова дядьки.
Беседа развивалась в самом негостеприимном направлении, сбывались все самые скверные предположения. Что она может сделать, чтобы повлиять на него? К месту будет изобразить отчаяние и обморок, мужчины к этому чувствительны. Вивиэн оглянулась на предмет, куда ей красиво упасть. Лучше сразу на него.
– Мерион просит вас проявить милосердие к несчастным. Возвращение в Степь грозит им гибелью. Это невозможно.
Красочный полет на руки Ридалага Ялагра не случился, Принцесса закатила прекрасные глаза, подняла руки ко лбу и.. взорвалась от громогласного рыка:
– Ик!
– Милорд, – зло гудел Наместник Северных Салой. – Тысячи людей нужно будет кормить, согревать, обеспечить водой и кровом. Непомерная ноша, расходы, которые мы никогда не сможем возместить и объяснить Государю. Я умолчу о том, сколько сопутствующих трат нам придется претерпеть. Их дом – Мерион, их жених – Агарон, их союзник – Гралиция.
– А мы варвары! – обаятельно улыбнулся князь Тирэлл, докучливо выплывая из-за спины венценосного покровителя. – Язычники. У нас магистратов и ведьм жгут на кострах, – кивнул он на плащ Бальзаара. – Знаки отличия Храма первородных? Ваше Императорское Высочество, позвольте я лично запеку этого агаронца на костре.
– Если требуется плата, мы готовы возместить расходы, – оживилась Принцесса, борясь за внимание Милорда. – Жизни людей нам дороже любых сокровищ.
Появление сундуков внесло изменение в настроение участников переговоров. Глаза у всех оживились. Торк Орс вытянул шею, Редгор одобрительно кивнул, Ридалаг прищурил глаза и с сомнением поморщился. Мерионские слуги внесли два сундука и распахнули их.
– О, старое серебряное барахлишко, – пропел Тирэлл. – Как это по душе нам, варварам. Надеюсь, это не из вашего приданого, Принцесса? Мы бы не хотели расстраивать нашего «доброго друга» Баронта Астерона. Милорд, это хлам.
– В Ригороне предпочитают золото, – мельком заглянул в сундуки Гор. – И камни.
– Агаронский трон покроет все убытки, – защищалась Принцесса. – Мы готовы платить.
– Могу только представить агаронскую щедрость, – зло парировал Ридалаг. – До сих пор знаком только с агаронскими убытками. Принцесса, вы лично будете платить, или счет выставить вашему жениху?
В зале повисла тяжелая изматывающая тишина. Ридалаг Ялагр не упустил возможность воспользоваться ситуацией, излил на нее желчь отвергнутого жениха. На что он намекает, без слов понятно. Хочет мести, хочет топтаться на костях отвергнувшей его невесты.
– Счет лучше предъявлять мне, – мужественно ответила девушка. – Это единственное ваше условие?
– Не единственное, – ответил Ридалаг, и секретарь за столом приготовился записывать указ. – Властью, данной мне Императором Ригорона, я, Ридалаг Ялагр принимаю беженцев Мериона на своей земле, и гарантирую им жизнь и безопасность. До оттепели, а дальше буду решать по обстоятельствам, – на всякий случай добавил он в сторону дядьки.
Тот недовольно поморщился. Гор подмигнул Принцессе, которая едва сдержала вздох облегчения и окончательно отменила венценосный обморок. Пришло время выслушать его условия.
– Наши условия должны выполняться безоговорочно. Нарушение любого из них будет являться поводом для прекращения моего предыдущего распоряжения. В два дня Мерион покинет Земли отчуждения и пройдет за ворота.
Вивиэн нетерпеливо шикнула на Тьента, который не знает степную речь, и потому не понимает важности момента, но отрабатывает свою роль и душит «бесов», выскочивших из язычников при виде сундуков.
– Сразу за воротами Мерион оставит всё, что мы посчитаем оружием.
Вполне законно. Пускать на свои земли десятки тысяч вооружённых людей было бы глупо даже для варваров. Вопрос в том, что считать оружием? Луки и стрелы могут потребоваться для охоты, крестьянскими вилами можно заменить копья, а женщины могут драться даже сковородками.
– На землях Ригорона Мерион будет жить по законам Империи и под властью Императора. Других законов здесь не будет. Управление городом беженцев будет полностью в руках Ригорона.
Он не требует ничего невозможного. Есть несколько оговорок, законы Ригорона в части религии и отношения к браку им не подходят, с остальным можно мириться.
– Покидать город беженцев не может никто без особого на то распоряжения. И главное…
Вивиэн вздернула подбородок, готовая к его мести. Сейчас он назовёт плату за своё милосердие. Это ключевой момент, она готова услышать самое страшное: он возьмёт принцессу в заложницы, отомстит королю Таурису за отказ? Именно для того она здесь, Ригоронец не упустит возможности надругаться над невестой агаронского наследника. Где-то в глубине души Вивиэн признала, что терять честь конкретно с этим Ригоронцем, не самая ужасная кара. Ридалаг хорош собой, можно принять свою участь мужественно…
– Вы покинете Ригорон по первому требованию. Ригорон и Земли отчуждения. Агаронские стражи покинут её немедля.
Принцесса закусила щеку от удивления и разочарования. В чём подвох? Столько нервов ей потрепал, а условия выдвинул вполне приемлемые, даже законные. Она так готовилась, ночь не спала, столько споров заочно выиграла. Где же посягательство на её честь и достоинство, чего так боялись во дворце Тауриса? Не будет никакого посягательства? Это такая особая форма унижения?
– От лица всего мерионского народа хочу выразить искреннюю благодарность. Мы верили, что нас не оставят в беде. Ваше Императорское Высочество, в Степи агаронцы сгинут. Позвольте им остаться.
Она снова просила, в прекрасных глазах дивного янтарного цвета застыла женская мольба. Ялагр долго сомневался…
– Я возьму агаронцев на себя, – выступил вперёд княжич Тирэлл и снова приблизился к Бальзаару. – Посмотрим, на что сгодятся эти северные неженки.
– Не слишком усердствуй, Варвар. Знаю я твои методы, – Ридалаг впервые за встречу улыбнулся, а Вивиэн впервые усомнилась в действии препаратов. Не напутала ли чего? Зелье привлекательности подлила себе или ему?
– Милорд, это все требования? – взволнованно переспросила девушка.
– Нет, – на лице стерлась улыбка. – Использование агаронской магии, ворожба, колдовство на землях Ригорона запрещены. Магистраты тоже. Не советую нарушать это условие.
Глава 4
Высшему магистрату Ордена светоликих, Гаард, Храм первородных.
Переговоры с Ригороном прошли успешно, здесь уже старший из котят.
Беженцев приняли, но отняли оружие, агаронские рыцари взяты под стражу, всего 21 человек.
По условиям пребывания запрещены магистраты и их деятельность. Я в опасности.
Семья Тауриса в полной власти ригоронцев.
Магистраты уже в пути?
Младший магистрат Эстерсэн.
Мерионский поток закончился только вечером третьего дня. Более семидесяти тысяч несчастных нашли приют в землях Ригорона. Принцесса проследила со стены за последними беженцами. Земли отчуждения, испещренные чёрными метками костров, были пусты вплоть до горизонта.