Нина Каротина – Младший магистрат Эстерсэн (страница 8)

– Ваша Светлость, – заявила женщина, – вы можете без слез смотреть на страдания наших детей? Вы можете оставить их на холоде замерзать под стрелами степных варваров? Вы можете греться у камина и принимать тёплые ванны, когда у наших детей нет возможности испить горячего чаю? Вы спокойно ляжете спать, пока невинные младенцы кричат от страха под вой волков и рык голодных ялагров? Вы позволите нам сойти в могилы на пороге вашего дома?

– Ха! – добавил тот из мальчишек, что оказался на руках у ригоронца, и смачно лягнул того в живот.

И в этот момент раздался голос, представивший принимающую сторону:

– Его Императорское Высочество, Наследник ригоронского трона, Наместник восточных провинций, принц первой крови Ридалаг Ялагр.

На этом месте Вивиэн прислушалась к внутренним ощущениям, оценивая действие эликсира. Нет, ничего дурного не случилось, зелья кипящей лавой пронеслось по желудку и растекалось по венам, ригоронцы не вздрогнули от отвращения, это почти успех новоиспеченного алхимика. Она чувствовала, как ореол привлекательности обрамляет ее лицо и волосы.

– Его Высочество, Наместник северных провинций, принц первой крови Редгор Ялагр.

– Его Светлость, Наместник и князь Северных Салой, генерал Торк Орс.

– Его Светлость, Наследник князя Тирэлла, Норинэльт Тирэлл.

Пока объявляли титулы ригоронцев, а затем перечислили имена всех советников и командоров, Вивиэн дала знак Бальзаару, чтобы оттаскивал баронессу. Та сопротивлялась, Торк Орс поторопился вернуть дитя, но подкидыша уже приписали ему. Сурон не растерялась, вручила второго внука Бальзаару. Подхватив третьего на руки, она величественно отошла к единственному креслу в комнате и, пользуясь положением дамы в годах, опустилась на ригоронский трон. Вивиэн от осознания полного провала готова была провалиться дальше, сквозь каменные своды Крепости прямиком в подземный мир.

Принцесса очаровательно улыбалась. Улыбку приходилось держать усилием воли, поскольку Алиэн Ламзач забыл о том, что прихватил с собой секретаря, пытался вникнуть в текст верительной грамоты сквозь торжественный воротник. Кудман отвесил поклон язычникам, Тьент окурил его кадилом. Бальзаар застыл с ребёнком в руках, понимающе переглядываясь с Торком Орсом.

Пришло время обратить внимание на ригоронцев. Пожилым оказался Наместник Северных Салой Торк Орс. Эдакий тёртый ветеран, крепкий, кряжистый, как его Крепость, седой хмурый генерал, с подозрением оглядел гостей и сунул ребенку свой орден на поиграть.

Рядом с ним юноша, по виду ровесник Кудмана, но даже сравнивать их нельзя. Редгор уже высокий мужчина, темноволосый, с крупными чертами лица, на подбородке щетина, в глазах хитринка и восхищение прекрасным образом Принцессы. На его груди висит символ, украшенный россыпью алмазов и сапфиров, на цену которого можно приобрести небольшой замок в Мерионе.

Рядом с Редгором не может быть никого иного, кроме его старшего брата Ридалага. Символ на груди мужчины массивней, он Наследник ригоронского трона. Что-то знакомое в его образе, братья очень похожи, но старший заметно шире в плечах, правильные черты лица, высокий лоб, крупные скулы и подбородок, широкие брови, светлая кожа и тёмные волосы шелковой волной по щекам. Взгляд из-под бровей зелёных глаз опасный, с прищуром. Ему не досталась в жёны мерионская принцесса, и он об этом помнит.

Позади Наследника топтался странного вида Громила. Улыбка Вивиэн замерла, в груди возникла изжога, и побочный эффект таки проявил себя.

– Ик! – громогласно дернулась Гостья и вытаращила глаза.

Этого просто не может быть, таких совпадений не бывает! Но если на Ридалага примерить бороду и шапку с хвостом… Было бы лучше, если бы они никогда не встретились, хотя бы по той причине, что Таурис отказал Ридалагу в высокородном браке. А если и встретились, то не при таких обстоятельствах. И если даже при тех самых обстоятельствах, то хотя бы без злополучной сковороды!

На этот раз он смотрелся не так уж громоздко, вполне человекообразно, без теплой одежды, лат и мехового жилета. Исчезли и многодневная щетина, и дикарский вид, и хвостатая шапка. И он узнал её.

Есть ещё надежда, что старшим Ялагром окажется четвёртый знатный Ригоронец, но тот держался скромней, чуть в стороне, ничем не походил на венценосных братьев и не носил на груди величественный символ. Норинэльт Тирэлл – всего лишь один из князей Ригорона. Мужчина приятный, спору нет, с озорной улыбкой и светлой копной волос, но смотрит не на прекрасную Принцессу, а на Отлона, который схватился с Алиэном за верительную грамоту.

– Ик! – Принцесса вздрогнула всем телом, отчего магический покров привлекательности затрещал по швам.

Вивиэн усилием воли сдерживала панику. Пожалуй, сегодня все пошло не по плану. И Кудман, и баронесса Сурон, и даже Отлон, всё это мелочи по сравнению с тем, что на нее хмуро смотрит Ридалаг Ялагр, напрочь игнорируя действие зелья. Встреча в степи оказалась роковой, Ригоронец запомнил ее, и теперь пристально изучает красные волосы, уложенные в затейливую прическу, придирчиво оценивает фигурку девушки, каждую деталь облачения. Есть в этом особая пытка, ибо Вивиэн не только не досталась ему в жены, но и выбрала в женихи Баронта Астерона, а теперь стоит перед ним, выпрашивая милость. И бог бы с ней, со сковородкой. Ситуация из ряда вон, Ригоронец оказался крайне привлекательный, в мужском экстерьере она отлично разбирается.

– Ик! – всколыхнулась она всем телом и сжала рот ладонью.

Наконец Алиэн справился со свитком, уложил его на воротник и с уважительным поклоном зачитал послание короля Тауриса. Под звуки его голоса Принцесса пришла в себя, и едва он закончил, взяла слово:

– От всего мерионского народа я хотела поблагодарить Ваше Императорское Высочество за гостеприимство. Ваши солдаты спасли нас во время последнего нападения вересов. Они досаждали нам на протяжении всего пути. По нашей давней традиции при встрече добрые друзья обмениваются памятными подарками. Примите от мерионского трона медовый напиток и испейте чашу.

В серебряной чаше не только медовый напиток, но и экспериментальный состав зелья номер два. Приворотный эликсир, который по праву принадлежит Ридалагу, на нем она и опробует все свои творческие оплошности. Тот не тропился, двинул бровью, им вынесли второй кубок с южным вином, и обе стороны обменялись напитками. Вот только Наследник ригоронского трона первым не пьет. Норинэльт проворно подхватил кубок и залпом влил в себя добрую половину. Ригоронцы с интересом уставились на него, ожидая эффект.

Княжич задорно улыбнулся, подмигнул Принцессе, икнул и уставился на оградительную стену в виде подошедшего Бальзаара.

– Не смертельно, – признал Тирэлл. – Слишком много мм… пряностей. М-да. Под конец горчит, но послевкусие заслуживает внимания. Мне выпить до дна?

Кубок быстро пошел по рукам, ригоронцы с интересом пробовали мерионский дар, Ридалагу едва оставили глоток, который тот осторожно посмаковал во рту и опасливо глотнул.

– Гадость!

Вивиэн разочарованно провожала взглядом свое приворотное зелье. Первая попытка не увенчалась успехом, глотка не хватит, чтобы свалить этого наглеца магической влюбленностью. А так было бы к месту, чтобы именно этот Варвар воспылал к ней нежными чувствами и перестал пугать. Ей требуется дозволение на проход беженцев, тут уж никакими средствами не побрезгуешь воспользоваться

– Я надеюсь, вы не понесли больших потерь? – вкрадчиво спросила Принцесса.

– Пара незначительных царапин, – скупо заметил Старший.

– И один удар сковородкой по голове, – широко улыбнулся Младший.

– О, как неприятно, – неискренне сочувствовала девушка. – Уверена, это случайность. По крайней мере, удар был не смертельным.

– Моего брата спутали с вересом. Ридалаг вылитый степняк! Низкорослый, кривоногий, коренастый и в грязном треухе. Прямо, как этот ваш спутник с блюдом на шее, – пояснил Редгор.

Алиэн Ламзач действительно по происхождению из степных народов, его семья давно осела в Мерионе, но он скорее обидится на блюдо, чем на свои кривые ноги. Старший Ялагр нетерпеливо наклонил к брату голову, улыбка Наместника северных провинций сползла лишь на короткое мгновение.

– Надеюсь, Вы не сильно пострадали, Ваше Императорское Высочество? – сострадательно интересовалась гостья.

– Шапка смягчила удар, – заметил Громила и охотно хохотнул. – Голова у Ялагров крепкая, как чугун.

– Милорда весь вчерашний день тошнило, – не унимался младший Ялагр. – Родик был бы счастлив.

Кто такой Родик, надо будет полюбопытствовать в следующий раз. Но он ей уже нравился. Пока разговор держится в непринужденной форме, следует приступить к главному.

– В ваших Землях отчуждения остались мои люди, – заметила Принцесса.

– Много людей, – холодно уточнил Старший и оттолкнул наконец Тирэлла от Бальзаара подальше, за спину. – Земли отчуждения населены так, будто столичный рынок. Сколько людей пришло?

Ик! – нет точного числа, считать людей в пути не было ни смысла, ни желающих. Частью люди погибали, но к ним присоединялись новые потоки беженцев. Каждый день и похороны, и роженицы, как она может определить точное число. Их десятки тысяч.

– Ваше Императорское Высочество, мы понимаем, что своим приходом несколько нарушили мирное течение жизни Империи, и уж тем более в ваши планы не входило такое количество людей в Землях отчуждения, но мы едва дошли, там дети, женщины, раненные. Все хотели только одного – добраться до ригоронской стены. Король Таурис просит вас о помощи, принять беженцев…