Нина Каротина – Младший магистрат Эстерсэн (страница 3)

– Можно попробовать заменители.

– Можно, – зло отмахнулась она. – С риском угодить на костер на правах ведьмы. Есть одна проблема, мне не на ком испытывать свои горе-препараты. В самом деле, не на тебе же проверять действие моих приворотных зелий?

Бальзаар понимающе хмыкнул, а в уголках губ появились морщинки от улыбки:

– Пожалуй, здесь вы правы, Миледи. На мне было бы чересчур мм… жестоко и гм… неоправданно. Я и без микстур испытываю к вам добрую привязанность. А с приворотным зельем вы не знали бы куда деться от моей опеки.

Вивиэн впервые за несколько дней улыбнулась и с теплотой рассмотрела своего верного друга. Бальзаар – очень привлекательный мужчина, мечта девичьих грез. Он выглядит немного старше своих лет, но только в последнее время, когда долг призывал его на стену города. Он редко спит, много времени проводит в дороге, схватках; осунулся, похудел, но все ещё сохранил свет прекрасных голубых глаз и добрую улыбку. Девичьи грезы напрасны, он не выберет ни одну, а жизнь посвятил служению своей покровительнице. Возможно, есть иные причины его одиночества, но о том лучше не вспоминать.

– Есть и другие средства, – рассуждала она. – Отворотные зелья, эликсиры правдивости, послушания, сквернословия. Но, признаться, правдивость от отца Тьента мне не нужна, я бы поостереглась слушать его. Послушание от принца Кудмана видится мне опасным. Он будет так послушно выполнять любое мое слово, что похоронит себя скорее, чем от непослушания. А зелья доброго нрава имеют настолько короткое действие, что баронесса Сурон не успеет промолвить и дюжины приличных слов. Мне нужен подопытный из тех, кого не жалко, если зелье сработает плохо. Например, Наместник северных провинций Ригорона, принц Редгор, младшенький из числа Ялагров. Ему послушание не помешает.

Вивиэн знобко поежилась и пихнула назад в телегу любопытную мордашку младшего брата.

– Я наведу полог невидимости на наших подопечных, Отриэн, Асму, Миа и Фриэн, и буду поддерживать его столь долго, сколько потребуется, – заметил Бальзаар. – За их безопасность можете не беспокоиться, Ялагр никогда не сможет их увидеть и навредить. Меня больше беспокоит ваша безопасность. Два года назад король Таурис отказал Ялаграм в венценосном браке. Император Ригорона сватал за своего старшего сына любую из мерионских принцесс. Если Отриэн связана помолвкой с гралийским королем, Асма с сыном князя из гор Колутона, а Фриэн очень слаба здоровьем, то Вивиэн и Миа были свободны. Фактически, обе выбрали судьбу в Агароне, лишь бы не выходить замуж за ригоронских принцев. Одна предпочла выйти замуж за Баронта Астерона, вторая изъявила желание учиться на магистрата. Династия Ялагров получила щелчок по носу, они наверняка затаили обиду.

Вивиэн задумчиво почесала вязанную шапку с ушами и наморщила нос.

– Если бы брак состоялся, – продолжал рассуждать Бальзаар, – сегодня мы ехали бы в добрые объятия родственников. Но теперь это не так.

– Есть минусы, согласна. Но Наместником северных провинций является младший из принцев, а не Ридалаг. Мы будем договариваться с его младшим братом. Есть шанс забыть о том сватовстве?

– Вы считаете, у ригоронцев плохая память? – Бальзаар снова покачал головой. – Наследнику ригоронского трона отказали в невесте. Конкретно, не отдали Вивиэн или Миа. Вы в опасности, Ваше Высочество, и меня это беспокоит.

Девушка закатила яркие янтарные глаза и прикинула степень опасности.

– Значит, за алхимию все же придется браться, – сделала вывод она. – Наведем на этих Ялагров забывчивость, устанут морщить лбы, вспоминая о своих обидах. Бальзаар, нашел проблему. У нас несколько десятков тысяч беженцев и война в Степи. Даже ригоронцы не настолько мелочны, чтобы на фоне этих невзгод вспоминать о женитьбе.

– А если зелья не сработают? Вы сами говорили, ингредиентов нет.

– Знающему человеку найти заменители не составит труда. У меня с собой книги с полным перечнем сопоставимых трав и компонентов. Да, зелья получатся не чистые, с различными побочными эффектами. В моем случае не до выбора.

Бальзаар в голос рассмеялся. Она забавляет его с детства, маленькая неугомонная егоза, отчаянный борец. Такая хрупкая и такая сильная девушка, она поражает своей волей к жизни, завидным упрямством и изворотливостью ума. Именно ей король Таурис доверил судьбу своих людей, именно ей предстоит устроить их в Ригороне, вести переговоры с венценосными Ялаграми и добиться лучшей доли для беженцев. Вивиэн справится, нет никаких сомнений, даже если на ее пути встанет строй из Ялагров.

– Ох, боязно мне за Редгора Ялагра, – смеялся Бальзаар. – Ваши отравы могут стоить ему здоровья.

– Отвары, ты хотел сказать, – смеялась в ответ девушка.

– Нет, я не ошибся. Отравы. Миледи, скройтесь в шатре, иначе отморозите нос и губы. У вас они уже синие.

– Опять сигнальный рожок, – застонала она. – Да что же это? Опять нападение кочевников!

Глава 2

Высшему магистрату Ордена светоликих, Гаард, Храм первородных.

Люди бегут с обжитых мест, спешат укрыться за стенами. Их тысячи.

Мест уже нет, Король принял решение уводить людей в Ригорон.

У нас нет другого выхода, до Агарона и Гралиции не дойдем.

Вышлите магистратов, или Шанан падет.

Младший магистрат Эстерсэн.

Первое, что обязаны сделать дети, когда раздастся сигнальный рожок и остановятся лошади, спрыгнуть с телеги и залезть под неё. И не высовывать носа, это непреложный закон. На протяжении всей атаки держаться строго за колёсами, чтобы стрелами не задело. Степняки делают дальние выстрелы, не всегда прицельно, прилететь может с самой неожиданной стороны. Наконечники часто смазаны ядом, раны гноятся и нередко добивают жертву.

Девочки охотно прятались под телегой и тихо скулили. Мальчишки выглядывали и даже пытались помочь обороняющимся, за что неоднократно были наказаны. Сестры запихивали их обратно, доносили и, в свою очередь, находили в телеге щели, чтобы наблюдать за происходящим.

Чаще всего ничего интересного, агаронские стражи на протяжении всего пути охраняли головной обоз, не подпускали кочевников близко к высокородным детям. Но к концу пути воинов осталось так мало, что из-под телеги дети видели, как бой ведется в непосредственной близости от них.

Наибольших хлопот доставлял принц Кудман. Юноше почти семнадцать, он не желает отсиживаться среди детей, выскакивает в самый неподходящий момент, находит меч и рвётся в бой. Похвально, Принц растёт смелый, но умения не хватает, снесут голову, и держи ответ перед отцом. Жалко парнишку, он хотел остаться в Шанане вместе со всеми мужчинами, рядом с отцом и старшим братом, а его связали и бросили в повозку к девочкам и младшим детям.

Кудман донимал Бальзаара, чтобы тот взял его с собой. Агаронец отмахивался от мальчишки, не до него покуда, стражи занимаются только тем, что разъезжают вдоль основного потока и ловят шальные стрелы. Противник убегает и заходит с другой стороны, на ходу выпуская десяток стрел. Удалью и юношеской сноровкой здесь не выжить, рассчитываешь только на удачу, да на доспехи. Но и в них есть уязвимые места.

И так день за днём теряешь людей, пока не останется пара десятков усталых, обессиленных воинов, готовых принять стрелу и слечь отдохнуть, пусть и вечным сном. Противник снова напирает, уже не бежит как прежде, готов вступить в бой. Степняки видят, что стражи осталось мало, телеги с людьми защищают все, кто умеет держать в руках оружие.

Агаронцы рассеялись вокруг головных телег, кочевники прорвали строй, достигли головы потока. Их больше, они проникают повсюду, в этот раз мерионцам трудно будет отбиться, в опасности королевская семья. На защиту детей выскочили оставшиеся слуги, отмахиваются любой железякой, бросают в неприятеля тяжёлые предметы, ножи, даже комья снега с грязью.

Вивиэн металась в поисках меча, нужно перехватить освободившееся оружие первой, иначе Кудман не усидит на месте. Но она не успела, мальчишка уже выскочил из укрытия и сцепился с дикарем, таким ужасным с виду, что у Вивиэн от волнения затряслись руки. Она схватила палку, бросилась на варвара в попытках спасти брата. Дубина гулко опустилась на голову, Кудман рухнул в снег, верес загоготал и схватил девушку за волосы.

Вивиэн охнула от боли, забилась раненой птахой. Верес скалился гнилыми зубами, смердел, как протухшее сало, и строил такие рожи, что у неё от жути замирало сердце, а от злости свело челюсть. Тот не только держал ее, но уже успел оценить тщедушное сложение юноши, смекнул, что она защищает брата, и теперь тянул ее к телу, чтобы добить мальчишку. Девушка выла от боли, но тащила его волосами в другую сторону. А потом ему в глаз прилетела стрела.

Вивиэн от увиденного стошнила на бившееся в конвульсиях тело. Радости не было, несмотря на то, что тот наконец разжал пальцы, и она смогла разогнуться и отпрянуть в сторону. Девушка бросила быстрый взгляд на телегу. Все на месте, только мордашки оторопелые от ужаса торчат. Ноги скользили по мокрому от крови снегу, но она бросилась к Кудману, схватила того за ноги и отволокла к телеге. Маленькие ручки затянули тело брата под спасительные оси колёс.

Теперь пришло время оглянуться. Кто стрелял, в суматохе не разберешь. Где Бальзаар? Вдали на пригорке восседает на коне огромный Варвар. В меховой безрукавке, на ногах такие же меховые сапоги, на голове высокая мохнатая шапка с длинным хвостом. Он снова натянул тетиву, и снова направил на неё.