Нина Каротина – Девушка в красном платье (страница 10)

– А ты здесь…

– А я здесь, как неравнодушный помощник и опытная сиделка за ждунами, – гордо задрала она носик и выпятила грудь.

Несчастный сидел в кресле, привязанный ремнями. На шее огромный воротник в виде тарелки, в которую стекает излишняя еда и почему-то лишние волосы, которые Вилли успела состричь с благородной головы высшего магистрата. Ноги старика заботливо поместила в тазик с мутной, остывшей водой.

– А волосы зачем постригла? – Родион подошел и вытащил из «тарелки» седые пряди, спутанные вокруг зализанного леденца.

Вилли сразу занервничала.

– Родик, у нас исключительные обстоятельства. Волосы будут только мешать. И, к слову, ему не к лицу редкие седые волосенки, заплетенные в жалкую косичку. Мужчинам редко идут жалкие косички за спиной.

– Допустим, – Родион брезгливо вытер руки о шелковый платочек, игнорируя ее шпильку про мужчин с косой. – А ноги зачем в воду? Ему не к лицу ногти, ты решила их вырвать?

– С практической точки зрения ноги ему вообще ни к чему… в смысле, в данный момент они только мешают, – Вилетта руками описала круг жизненно важных органов Ждуна и воткнула в один из них ложку с бульоном. – М-вот. Короче, обувь снимать и надевать очень сложно. Ты видел его сапоги? Это не сапоги, а головоломка с тысячей петелек и бляшек. Только чтобы снять, пришлось разрезать на лоскуты. Носки Дедуля еще не связал, а без того его ногти меня пугают. Это же не ногти, а археологические раскопки.

– Деятельная ты моя, откуда столько энтузиазма? Пусть мучается, он убить тебя хотел.

– Родик, тем мы и отличаемся, – снисходительно хмыкнула девушка, дожевала кусочек мяса и сплюнула его на ложку, – мне его жалко, – Вилли воткнула следующую порцию в старческий рот и профессионально зажала ноздри, чтобы тот сглотнул.

Родион поморщился от сочувствия.

– Он – колдун и самый безжалостный интриган. Он тебя не пожалеет, и очень может статься, не пожалел Ридалага и Норинэльта. В моем списке подозреваемых Зельтиур значится на почетном втором месте, сразу после царя Адериана, царицы Лариджи и некромантки Миа.

Вилли наконец задумалась и еще раз очень внимательно рассмотрела своего подзащитного. Тот ответил ей пустым, бесцветным взглядом уставшего человека.

– Ну, если почетное первое место он все же уступил сразу троим, – предположила она, – значит не все потеряно, будем перевоспитывать. Стихами, – кровожадно добавила Вилли. – И ногти поправим, хромать перестанет. После моего педикюра Папенька вторую молодость обретает.

Родион закатил нетерпеливые глаза и сел в кресло напротив, наблюдая заботу от Вилли. Она с еще большим усердием втолкнула подопечному ложку в рот и азартно достригла последний завиток на темечке.

– Хм… Вилли, все в порядке? Ты чувствуешь себя хорошо? – осторожно спросил он.

Девушка нехотя отвлеклась от стрижки волос в ушах и пожала плечами:

– Спина болит, Ждуняша тяжелый попался. Казалось бы, пожилой человек, а кряжистый и какой-то не пластичный.

Родион понятливо кивнул, ничего не понимая. Для девушки, потерявшей ночью невинность, она ведет себя слишком странно. По меньшей мере она должна томно вздыхать и рдеться румянцем при виде своего первого мужчины. Но Вилли умеет удивлять и рушить стереотипы.

– А в целом?

– А в целом, нужно еще Ждунечка ко мне в комнату переволочь. Дедуле я не доверяю, он растяпа, больше печется о Гробике, чем о живом человеке. По моей вине страдает и мучается, – Вилли задрала голову Зельтиура и решительно состригла волосы в носу. – Мне и заботу проявлять. И коляска нужна, нам нужно гулять, дышать свежим воздухом, возвращать былую пластичность.

Родион ощутил странный приступ разочарования. Он ожидал очередного свадебного приступа, готовился к обороне и долгой аргументированной беседе, а она в который раз удивляет его новой непредсказуемой выходкой. Ставит в тупик всякий раз, будто идешь по лабиринту, в котором каждый день меняются развилки. Чего уж скрывать, он рассчитывал охладить ее свадебный пыл, привязать к себе и пользоваться близостью, в этом смысле его все устраивает, а она все внимание сосредоточила на старом колдуне и останавливаться не намерена.

На следующее утро Родион назначил сборы и отъезд. Улик собрали немного, он рассчитывал на большее. Он нашел фамильный перстень брата и его вещи, ничего более, ни одного намека на его дальнейшую с судьбу. Если не принимать в расчет слабую надежду на то, что Эстерсэн прихватила портрет матери и сбежала с Ридалагом из страны, он не добился ровном счетом ничего, да к тому наломал дров на сеновале.

Дата отъезда назначена, но строить планы без учета Вилли – бесполезная штука.

Утром в гостиной Родиона Ялагра дожидалась пресветлая Фея. Обычно она докладывала ему прогноз события на день, но не в этот раз.

– Милордик, – присела она в поклоне и настороженно покосилась в сторону, где в самых обычных кожаных ножнах светился магический меч.

К слову, с возвращением предмета своих мускулистых чаяний Биннет Тирэлл преобразилась, как мышь близ сыроварни. Нервозность, свойственная ей в его отсутствии, исчезла, но появилась новая, еще более опасная.

– Вижу на твоем лице знакомый мне взгляд, – приветствовал ее Родион.

– Ваше Высочество, духи сообщили мне, что вы собираетесь прогнать господина Эрсэна из нашей миссии, – поспешно выпалила она.

– Нестандартная ты моя, не впутывай Родика в ваши брачно-магические игрища, – отмахнулся мужчина. – К духам не ходи, я вышвырну его в любом случае. Предателей и соглядатаев кормить я не обязывался, и тебе не советую.

Биннет Тирэлл воинственно закусила губку:

– Милордик, в вашем положении следовало бы знать о милосердии, человеколюбии и чувстве долга.

– Как много незнакомых слов в одном предложении, – едко парировал тот. – Что требуется от меня, пока не пойму, но опыт мне подсказывает очень быстро и безапелляционно ответить: «нет», – Родион увидел, как разочарованно девушка дернула бровями, и постарался возвать к ее разуму: – Биннет, он, все одно, тебе не подходит. Ты – княжна одной из самых древних дворянских фамилий. Твои предки были князьями до того, как мои предки появились в Ригороне. Ты действительно считаешь, что этот магический неудачник достоин…

На этом самом месте Милорд уже понял, что его воззвание не состоялось. Фея Тирэлл сверкнула совсем не фейским взглядом, на миг ему показалось, что искра разума там, где-то очень глубоко под слоем цветов и бабочек все же теплится, но сразу после девушка умело изобразила сдавленные рыдания. Сквозь всхлипы послышалась икота, и что-то похожее на «он должен остаться», или даже «нам нужно расстаться».

Памятуя недавний инцидент с Шиэль и последующий за тем разлад с боевым магом, Родион невольно схватился за сердце. Вторая разочарованная сестра может стать последней каплей в сосуде, под названием «терпение Вилли». Упомянутый сосуд и без того полный, а нынче, с учетом сеновала, он может нарушить хрупкое равновесие одним неосторожным словом. Всего лишь еще один соглядатай из Храма первородных, можно и уступить.

– Эм… но, если ты настаиваешь я готов терпеть его, например, в оцепеневшем состоянии.

– Этот ваш боевой маг совершенно не хочет мне помочь! Она отказывается цепенеть Эрсэна! – взревела девушка.

– Мне следовало бы догадаться, – Родион благоразумно отступил на два шага. – Старею, упустил начало фазы членовредительства. Так с делами замотался…

– Я уже просила ее!

– Она не только мой боевой маг, но и твоя сестра, – отступил еще немного мужчина, держа на расстоянии рассвирепевшую Фею. – Мы об одной Вилетте Тирэлл говорим? Раз уж дело принимает такой оборот, может нам тебя оцепенеть и заставить его ухаживать? – осторожно предложил Родион. – И будут Вилли и Эрсэн гулять вместе с двумя колясочками.

Биннет вытаращила глаза:

– Вы даже говорите с ней одинаковые отвратительные вещи!

– Я тебе больше скажу, колокольчиковая ты моя. Практичней именно наш вариант, Эрсэна ты не потянешь, он – здоровый бычара. Генерал Сирета, которому ты в свое время требовала ломать руки-ноги, на полголовы ниже. Соглашайся, не раздумывая. Он влюбится в тебя с первой испачканной пеленки.

Биннет от злости сжала маленькие кулачки.

– Предлагаю найти компромиссный вариант, – изворачивался мужчина. – Вернемся, что называется, к истокам. Что, если просто сломать ему руку?

– Обе руки, Милордик! – кровожадно рявкнула та.

– И снова мне следовало догадаться. Есть разница, беспощадная ты моя, в прошлый раз ты просила поломать ригоронского генерала и моего большого друга. В этот раз не жалко, я заломаю паскудника с превеликим удовольствием. Просто ради интереса, Биннет, когда ты уже остановишься? Эрсэн не первая твоя дичь, но ты охладеваешь сразу, как жертва оседает в твоих руках.

Биннет Тирэлл, заслышав, что ее требования будут удовлетворены, в один миг вернула образ пресветлый феи.

– Он не дичь и нужен мне ровно для других целей. Вам не понять, вы не слышите дУхов.

– Я так понимаю, он тот, кто прижмет твоего следующего избранника? – догадался Родион. – Одну минутку, я быстро просчитаю варианты. Неужели следующий – мой многоюродный кузен князь Рисмаг Дэвони? За этим ты просилась в Агарон?

– Князь Дэвони – подлец и развратник, – уходя бросила девушка. – Пусть живет долго и несчастливо. А Эрсэн нам поможет в другом деле.