Нина Гернет – Катя и крокодил (страница 10)
— С кремом! — сказала она, хихикая.
Надежда Петровна подождала некоторое время, пока, по её расчётам, Медведкин мог купить торт и прислать его со службы домой. Потом закуталась в платок, спустилась по лестнице и позвонила в квартиру Медведкиных.
— От Александра Иваныча! — пропищала Надежда Петровна, пряча лицо. Сунула в открывшуюся дверь коробку и убежала.
14
Митя нашёл Володю в большом сарае. Он накачивал шину велосипеда. На стенах висели ласты, лук со стрелами, запасное колесо.
Сквозь щели светило солнце. Луч падал на старую бочку с зелёной водой. Из воды торчал кусок обода, а вокруг него скользили, как на коньках, длинноногие водомеры.
В углу стояли роллер и удочка. В другом лежало сено. А под самой крышей с писком возились воробьи.
— А, это ты? — обрадовался Володя. — Тут мой кабинет. Верно, здорово устроился?
Митя облегчённо вздохнул. Тут хватит места для целого зверинца! И он выложил всю историю.
Володя слушал его молча и хмурился.
— Ну вот. Берёшь, что ли? — спросил Митя, кончив рассказ.
Володя швырнул насос на землю и поднялся.
— Балда! — сказал он.
— Почему — балда?
— Потому что балда.
Мальчики помолчали.
— Так берёшь, что ли? — упавшим голосом спросил Митя.
— Кого брать?
— Зверей.
Володя уничтожающе посмотрел на Митю.
— Хватился! Да их давно уже на свете нет. Отдать неизвестно кому! Лучше бы ты их прямо утопил.
— Я же расписку взял, — жалобно пробормотал Митя, показывая бумажку.
— Поможет твоя расписка!
Митя побледнел. Мальчики поглядели друг на друга и, не сговариваясь, побежали к станции.
15
Папа ушёл, а кран в ванной остался открытым.
Да и кто помнил бы о кране, когда такое творилось в доме!
Вода в ванне всё поднималась, и крокодил поднимался вместе с ней, покачиваясь на поверхности.
Когда он поднялся настолько, что мог дотянуться до полочки, он проглотил мыло «Идеал» и уже повернулся к зубной щётке, как вдруг на подоконник открытого окна села птичка.
Крокодил уставился на неё и подплыл ближе. Птица беззаботно прыгала по подоконнику.
Вода поднялась уже так высоко, что крокодил спокойно перелез через край ванны на подоконник.
Птица с любопытством смотрела на него одним глазом, склонив головку набок.
Крокодил полз по подоконнику.
— Шагом марш! — крикнул скворец и, вспорхнув, скрылся в синем небе.
А крокодил перелез на карниз и пополз над улицей.
Надежда Петровна стояла на подоконнике и мыла окно. Она выполняла двадцать третий пункт списка дел.
Рядом с нею стоял таз, а на полу — ведро с грязной водой.
Она тёрла стёкла мочалкой и пела:
В это время крокодил проползал мимо окон Надежды Петровны.
Когда Надежда Петровна дошла до «Сидел Ермак, объятый думой…», она увидела крокодила.
Она испустила слабый крик и рухнула с окошка в комнату, опрокинув на себя ведро.
А мочалка, описав дугу, полетела на улицу.
И надо же было случиться, что как раз в это время папа Пастушков, с полотенцем через плечо, тихо брёл по тротуару, ещё не очнувшись от пережитого.
Внезапно что-то мокрое мазнуло его по лицу.
Он машинально хлопнул себя по щеке и поймал мочалку.
Папа печально посмотрел на неё и побрёл дальше, с мочалкой в руке.
На углу он остановился и полез в карман за папиросами. И вдруг нащупал футляр со своими уличными очками!
Папа надел очки.
Светило солнце. Зеленели деревья. Синело небо. Чирикали птицы. Играли дети и кричали:
— Чур, не я!
В мире ничего не изменилось.
— Ерунда! — сказал папа и повеселел. — Всё дело было в очках!
Он чиркнул спичку и поднёс к папиросе.
В этот момент в водосточной трубе рядом с ним раздался грохот. Папа вздрогнул.
Грохот всё нарастал.
Из трубы высунулась голова крокодила. Туловище застряло в трубе.
16
Сдав мячики в «Детский мир», Катя помчалась домой. Надо было как можно скорей кормить кроликов. Катя бежала со всех ног, а от неё не отставали Лиля, Таня, Шура, две неизвестные девочки, два чужих мальчика, нянька с младенцем и мальчик с макаронами, который доканчивал восьмую баранку. На этот раз им удалось без всяких приключений добежать до дому. И они вошли во двор.
Две девочки посреди двора вертели верёвку. Через верёвку ловко скакала Нина Комиссарова. Девочки всячески старались её сбить: вертели то высоко, то низко, то быстро, то медленно, но ничего не могли поделать. Нина скакала, как заводная.
— Задаётся, — горестно сказала одна девочка. — Катя, покажи ей, чтобы не задавалась.
Катя даже не остановилась. В другое время она, конечно, показала бы Нинке Комиссаровой, как скачут по-настоящему. Но сейчас…