Нина Георге – Безумный Оракул (страница 9)

– Ну, естественно, мы должны будем забрать их снаружи. А чтобы попасть наружу, нам нужен ключ от входной двери!

Собравшиеся испуганно вздохнули.

– Конечно, не все, – уточнил Шерлокко, – а только двое-трое смелых, способных и умных членов нашего сообщества. Разумеется, – он поклонился Королеве Книггс, – себя я отношу к их числу и готов взять на себя сложную задачу руководства этой группой смельчаков.

Губы Королевы растянулись в улыбке. Такой широкой и грозной, как оскал настоящей акулы. А в больших глазах-прожекторах появился красноватый блеск.

– Правильно ли я понимаю, – спросила Королева с настораживающим дружелюбием, – ты хочешь вместе с несколькими Книггсами выйти наружу и забрать оттуда пятерых детей? Как ты себе это представляешь? Может, ты их на улице подберешь?

– Вот поэтому Оракул и дал нам важную подсказку: детей пятеро! Совершенно точно речь идет о братьях и сестрах. Всего-то нужно найти семью с пятью детьми – и дело сделано. Аттила сможет их доставить сюда. С этим-то уж он справится.

– С чем справится? – озадаченно спросил Аттила.

– О, Аттила, ты такой сильный, – восторженно произнесла Романетта и икнула.

Королева Книггс медленно поднялась со своего кресла.

– Это, вероятно, – начала она обычным голосом, а затем энергично продолжила, – САМАЯ БОЛЬШАЯ ГЛУПОСТЬ, КОТОРУЮ Я КОГДА-ЛИБО СЛЫШАЛА!

– Но, но… ваше величество, – пролепетал Шерлокко.

– Я, вообще-то, не грузчик, – выкрикнул между тем Аттила. – Разве нет каких-нибудь школьных повозок, что ли?

– Неверно предсказанье трактовал – Оракул по-другому срифмовал.

– Ваше величество, поверьте мне, сами по себе дети не могут очутиться у нас. Это просто нереально! Как самый великий детектив всех времен, я ответственно заявляю, что если исключить невозможное, то оставшееся будет единственно правильным решением, даже если звучит оно невероятно.

Снова все заговорили наперебой. Кто-то даже предложил наилучший способ изловить детей.

– Гамельнский крысолов играл на флейте, и все дети послушно шли за ним.

– Кто-нибудь здесь играет на флейте?

– Я умею на контрабасе.

– А я могу испечь пряничный домик, как у ведьмы в сказке, – с готовностью отозвался Гурманц Книггс.

– С корицей, – добавил его су-шеф, Шеф ван Кухель. – Я знаю превосходнейший рецепт братьев Гримм.

– Мы можем отправить к ним путеводную звезду! Следующая как раз появится на небосводе уже через тридцать три года, – поучительно заявил Астрономус.

– Я бы положилась на старый добрый куст неопалимой купины, который поговорит с ними, – высказала свое мнение Теа Книггс и сложила руки на груди. – Он работает безотказно.

Королева Книггс снова опустилась в кресло и в отчаянии помотала головой.

Шерлокко уговаривал Аттилу. А тот, скрестив руки, упрямо не поддавался не его увещания.

Романетта ласково поглаживала Аттилу по руке:

– Ну, милый Аттила, только подумай, какой это благородный поступок…

Бунтесса развернулась на стуле, собираясь незаметно выйти, потому что она непременно решила вновь запереть дверь. Все говорили наперебой.

Но вдруг раздался звук, который разом заставил всех замолчать. Его не слышали тут уже целую вечность. Но Книггсы сразу узнали этот скрип – открылась входная дверь!

Долю секунды, которая требуется, чтобы перевернуть страницу, никто не двигался.

Затем Королева Книггс вскочила со своего кресла и крикнула:

– Ш-ш-ш! Все по полкам! И чтобы рот на замке!

6

ола нашла способ, как спуститься со стены в сад. В одном месте с внутренней стороны лозы плюща переплелись так плотно, что дети спокойно смогли слезть с четырехметровой стены.

– И что теперь? – спросил Томми, когда они очутились перед густыми зарослями кустарника и колючих лиан.

Финн осмотрел землю у стены и нашел палку, которой принялся размахивать, как дубиной. С ее помощью он начал прокладывать им путь.

– Нате-ка, отведайте, подлые колючки! – кричал он при этом.

Работа была непростой, и они продвигались вперед очень медленно. К тому же им постоянно приходилось помнить о колючих лианах, которые, казалось, не желали пропускать незваных гостей и тут же закрывали только что расчищенный проход у них за спиной.

– Гадкие растения, – выругалась Мира, когда одна из веток зацепилась за ее футболку, запуталась в ее длинных темных косичках и ни за что не хотела отпускать.

– Они тебя любят, – съязвил Томми.

– Я не обижусь, если они будут больше любить тебя и твои кудри, – проворчала Мира, пока Нола помогала подруге освободиться от назойливых шипов.

Но вот через какое-то время идти стало легче. В зарослях появились просветы, а лианы остались позади. Удивленные, четверо друзей пробирались через затененную дикую чащу буйно разросшихся кустарников.

Они замерли, услышав где-то в глубине хруст и шуршание.

– Что это было? – испуганно прошептала Мира.

– Наверное, какой-то маленький зверек, – успокоил ее Финн, выказывая куда больше самообладания, чем испытывал на самом деле в этом немного зловещем саду.

Вскоре им преградила путь огромная паутина, в центре которой сидела крупная черная паучиха и раскачивалась из стороны в сторону от каждого дуновения ветра.

– Жуть! – прошептал Томми. – Вам не кажется, что она смотрит на нас голодным взглядом?

– Не говори ерунды, – ответила Мира, всегда готовая встать на сторону слабого. – Мы ей тоже кажемся жуткими, поверь мне.

– Точно, – сказал Финн. – Для нее мы мерзкие двуногие. Несъедобные.

– А паутина классная, – заметила Нола. – Не надо ее рвать.

Они аккуратно проползли под огромной паучьей сетью один за другим.

Вскоре после этого шедший впереди Финн внезапно замер как вкопанный, а идущие за ним Нола, Томми и, наконец, Мира наскочили друг на друга, не успев вовремя остановиться.

– Что там еще? – сердито спросила Нола и потерла нос, который чуть не разбила о затылок Финна.

– Смотрите! – воскликнул тот и указал вперед.

Теперь и остальные различили грозную фигуру, стоявшую перед ними в полутени. Мира вскрикнула.

Но Финн обернулся к остальным.

– Не бойтесь, – сказал он твердым голосом, отчасти чтобы самому немного успокоиться. – Это всего лишь статуя.

– А она сама знает, что всего лишь статуя? – спросила бледная Мира.

Они осторожно приблизились к фигуре из серого камня, покрытой зеленоватыми пятнами.

– Кажется, она за нами наблюдает, – прошептал Томми.

– Да нет. Она просто странно выглядит, – сказала Нола, когда они наконец замерли прямо перед памятником.

Ростом фигура оказалась выше обычного взрослого. На ней была старомодная рубашка и большой – не по росту – сюртук, подвязанный поясом. В руках статуя держала обоюдоострый топор, готовый поразить детей в любую минуту. Но удивительнее всего выглядела голова со свирепым выражением лица: глаза чересчур огромные и совершенно круглые, длинные уши заострены кверху, а кончики усов свисают аж до подбородка.

– Скульптор явно зря потратил время, – высказался Томми.

– Разве нет такой болезни, от которой у человека бывают выпученные глаза? – спросила Нола.

– А еще большие уши. – Томми неуверенно шагнул назад.

– У моего дедушки тоже довольно большие уши, – задумчиво призналась Мира, – но с глазами все в порядке.