Нина Георге – Безумный Оракул (страница 14)
– Так какое меня ждет наказание? – прервала его Бунтесса Книггс, которая все еще держала за руку Алису.
– О чем ты говоришь? – раздраженно спросил Шерлокко.
– Я не заперла дверь и подвергла все и всех опасности. Как вы меня накажете?
Королева Книггс, которая до сих пор сидела в кресле, откинувшись, теперь подалась вперед.
– Бунтесса Книггс, – величественно произнесла она, и юная хранительница вытянулась в струнку, – в наказание за твой проступок отныне ты будешь… – Она замолчала. Бунтесса крепко сжала руку Алисы. – Охранять входную дверь. В дополнение к другим твоим обязанностям. Только тебе разрешено поворачивать ключ в замке.
У Бунтессы отвисла челюсть.
– Ты позволишь войти только
Бунтесса так сильно кивнула, что у нее голова чуть не отвалилась:
– Да, Королева Книггс.
Ей предстоит сторожить входную дверь! Она сможет в любое время выглядывать наружу. Разве это наказание? Скорее, награда. Кроме того, она сможет незаметно выбросить листья из вазы.
– Что касается детей, – продолжила Королева Книггс, – мне сейчас все равно, сколько их – четверо или пятеро.
– Но… – попытался возразить Шерлокко, однако испепеляющий взгляд Королевы Книггс заставил его замолчать.
– Они преодолели стену и пересекли дикий сад. А еще осмелились войти в дом. Вот что важно. Или, по-вашему, нам стоит еще подождать, пока не придут пятеро? Оракул так долго молчал. И теперь, когда он заговорил, мы исполним его волю. Ибо Оракул священен. Хотя и безумен. Мы поймем смысл его предсказания, когда оно свершится. Другого провидца у нас нет. Да и Тезаурус по-прежнему пользуется его благосклонностью.
Тезаурус надулся от гордости. Его репутация была восстановлена!
– Однако я хотела бы, чтобы на сей раз мы подготовились к повторному визиту детей и не порхали по полкам, словно испуганные закладки. Я хочу, чтобы мы встретили их
– У меня возникла потрясающая идея! – воскликнул Гурманц Книггс. – Мы с Шефом ван Кухелем накроем праздничный стол!
– Хорошо, – кивнула Королева Книггс. – И предлагайте больше идей, потому как в чем бы ни заключалась игра, мы обязаны ее выиграть. Сейчас это главное.
Она не рассказала своим Книггсам о том, чего боялась больше всего, – о последствиях, которые их ждут, стоит им потерпеть поражение в этой неизвестной игре. Королева обвела взглядом высокие полки, мутные окна, сводчатые потолки и огромные ящики, заполненные книгами всех времен и народов.
Здесь было ее королевство.
Ее дом.
Та забытая волшебная страна, вход в которую закрыт для людей. Для детей, стариков, прохиндеев, красавцев, бедняков, богачей и умников.
Как для них, Книггсов, уже давно закрыт вход в мир человеческий…
Королева поняла, что Шерлокко неверно объяснил загадку. Он ошибся во всем. Ведь в пророчестве имелся в виду не ключ от входной двери.
А совершенно другой ключ.
Тот самый ключ.
Как она могла забыть?
– Мы должны быть готовы к возвращению детей, – негромко повторила Королева Книггс, но в наступившей тишине каждое ее слово доносилось до чутких, внимательных ушей хранителей книг.
– Если только они вернутся, если мы не окончательно отбили у них охоту сюда приходить, – добавил Помощникус с тихим вздохом.
– Кто-нибудь хочет чая? – пискнул Шеф ван Кухель.
На этот раз все кивнули и, изможденные, расселись по местам, а Королева размеренным шагом покинула зал.
Только убедившись, что ни Игротекус, ни Алгебраида, ни другие Книггсы ее не увидят, Королева подобрала подол своей мантии и спешно проскользнула через почти забытую дверь. Ту, в которую строго-настрого запрещалось входить большинству Книггсов.
Прошло много времени с тех пор, как Королева посещала самый глубокий подвал дома. Если быть точным, последний раз она спускалась туда почти девять лет назад, когда и произошел тот ужасный инцидент. Тогда они заперли дверь, а ключ был только у Королевы, Шрифтеи и Тезауруса. И конечно же, у Гвардинии Книггс, смотрительницы погреба, которая решила остаться в самой дальней комнате дома и заняться тем, что у нее получалось особенно хорошо, – сберегать.
Никому другому не разрешалось входить в кладовую, поскольку там хранилось величайшее и самое важное сокровище Книггсов. В придачу самое опасное. Только Гвардиния и Королева могли справиться с этой угрозой. В подвале держали и еще кое-что – ключ. Теперь Королева была уверена, что именно этот ключ имел в виду Оракул.
– Ключ книжного магистра, – прошептала она.
Как только запретная дверь распахнулась, в глубине подвала сработал предупреждающий механизм. Незваные гости столкнулись бы с весьма неприятным сюрпризом, если бы осмелились забрести в старое подземелье без приглашения. Королева своими яркими глазами осветила стены лестницы. Где же ниша? Может, чуть выше? А, вот она!
Верховная Книггс просунула руку в узкую щель, ухватилась за веревочку и дернула за колокольчик четыре раза. Внизу раздался звон. Это был секретный сигнал, предупреждавший Гвардинию о том, что опасности нет.
– Королева Книггс желает войти! – крикнула она. Ее голос эхом разнесся по спиральному коридору.
– Приветики! – прозвучал в ответ веселый голос.
Только тогда Королева спустилась вниз.
Мощные колонны поддерживали подвальные своды. Между двумя массивными квадратными столбами находилась высокая кованая решетка с воротами, которые Гвардиния Книггс деловито отпирала с другой стороны.
– Королевушка! – радостно воскликнула она. – Так приятно тебя видеть, а мы тут только уютно устроились! – Она широко распахнула ворота. – Заходи, заходи, не обращай внимания на беспорядок, я не ждала гостей…
– Что так? – буркнула Королева. Ей очень не нравилось, когда ее называли Королевушкой. Как-то не по-королевски! Но во-первых, кроме Гвардинии, никто не осмеливался обращаться к ее величеству подобным образом, а во-вторых, Гвардиния была единственной, на кого Королева не могла обижаться. В конце концов, та прожила в полном одиночестве почти девять лет. Пусть и по собственной воле: ей просто не хотелось подниматься наверх.
Но еще Королева Книггс знала, что Гвардиния никогда не чувствовала себя одинокой. Ее окружали самые древние истории и самые могущественные книги, какие только существовали. Писания, сила которых была столь огромна, что их приходилось скрывать от мира. Так же как мир нужно было защищать от них.
А поскольку в подземелье не заходили посторонние, Гвардиния могла вызывать из книг все, что пожелает, или кого пожелает, не подвергая опасности других. Королева заботилась о том, чтобы остальные Книггсы не забивали себе голову глупостями; она не хотела, чтобы они случайно вызывали из книг что-нибудь не то. Только Гвардиния могла контролировать эти силы.
Вдруг Королева Книггс заметила чуть поодаль человека, сидевшего по-турецки на ковре.
– О, – сказала она в недоумении, – а ЭТО… кто?
– Супрабхат, мемсахиб, – ответил мужчина несколько надменно.
– На хинди это значит «Доброе утро, почтенная госпожа», – весело перевела Гвардиния.
– Вот как, – продолжила Королева, – и… что вы двое тут делаете?
– Пришло время для нашей игры в чатурангу. – Гвардиния невинно подмигнула. – Моего… гостя зовут Сесса ибн Дахир, это он изобрел шахматы, – пояснила она. – Правда, в его время игра называлась по-другому и фигуры выглядели иначе. Он из этого старого фолианта, понимаешь?
Королева Книггс, сгорая от любопытства, подошла к старой игровой доске.
– Король назывался раджой, – с энтузиазмом рассказывала Гвардиния, – а ферзь – мантри. Ладьи – это колесницы, а…
– Не могли бы вы, – прервала лекцию Королева Книггс, – продолжить эту… чуть-чуть позже? Мне нужно кое-что из архива. Срочно.
– Конечно, конечно, простите меня, – поспешила извиниться Гвардиния, протягивая фолиант Сессе. – Возвращайся, Сесса! Намасте и все такое прочее. Да, и я хорошо запомнила, где стоят твои колесницы, не пытайся обмануть меня.
– Пфф, – фыркнул изобретатель шахмат, – это хождение туда-сюда – настоящая головная боль.
Но он послушно нырнул в старую книгу в кожаном переплете и исчез.
«Невероятно, – подумала Королева, – любой другой Книггс мог бы пострадать, вызывая людей из писаний, но Гвардинии, похоже, все было нипочем».
– Чая? – спросила Гвардиния, потянувшись к заметно потрепанной кулинарной книге.
– У меня нет времени. Мне нужен ключ, – потребовала Королева, – ключ магистра.
– Конечно, – вздохнула Гвардиния. – Его я тоже сохранила.
Когда Королева заметила разочарованный взгляд Гвардинии, она мысленно отругала себя. Почему она врывается сюда спустя почти девять лет и сразу же хочет уйти?
– Но я бы не отказалась от чая, – мягко добавила Королева Книггс. Она решила не спрашивать, кого еще вызывала из книг Гвардиния и с кем, очевидно, прекрасно проводила время.
Для всех остальных Книггсов правило гласило: дыни – никаких проблем, хозяйственные товары – безусловно. Но вызывать существ? Живых созданий? Людей из прошлого, таких как изобретатель шахмат Сесса? Запрещено. Это могло привести к полному хаосу: вымышленные создания не должны встречаться с реальными. Нет, нет, нет, много веков назад это уже спровоцировало серьезные кризисы – вспомнить хотя бы все эти явления Девы Марии или вампиров. Все они были существами из книг, которых нерадивые Книггсы или чрезмерно любопытные магистры прежних времен сначала вызвали, а затем неправильно возвращали – не на ту страницу или не под ту обложку. Королева вспомнила трех животных, которых пропавший магистр когда-то вызвал из книг силы. Вероятно, они до сих пор жили где-то в диком саду. Удивительно, что звери пропустили детей… Ну да ладно, проблемы надо решать по мере их поступления.