Никто Николаевич – Пустые руки (страница 2)
За тысячу километров от города, в деревне, где мобильная связь ловила с перебоями, дед Павел сидел на крыльце и смотрел на закат.
Рядом вертелся правнук.
– Дед, а ты чего молчишь?
– Слушаю.
– Что слушаешь?
– Тишину. Иногда она говорит самые важные вещи.
Мальчик замер, тоже прислушался.
Сверчки. Далёкий лай собаки. Шорох ветра в траве.
– Дед…
– М?
– А ты скоро умрёшь?
Вопрос повис в воздухе.
Дед Павел долго смотрел на горизонт, где солнце уже касалось края земли.
– Все умрём, сынок, – сказал он наконец. – Я, может, немного раньше.
– А ты боишься?
Дед Павел молчал.
– Боюсь, – тихо сказал он. – Очень боюсь.
И это был первый раз, когда он признался в этом вслух.
Даже себе раньше не говорил.
Ночью ему приснился сын.
Маленький, лет пяти, он бежал за ним по тёмному двору и кричал:
– Папа! Поиграй со мной!
А он, молодой, занятый, вечно куда-то спешащий, даже не обернулся.
– Потом, сынок. Не сейчас.
И ушёл.
Мальчик остался в темноте.
Дед Павел проснулся от собственного крика.
Сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу.
Он долго сидел на кровати, глядя в стену.
Потом взял телефон и набрал номер сына.
Гудок. Второй. Третий.
Сброс.
Он попробовал ещё раз – автоответчик.
Дед Павел опустил телефон и тихо заплакал.
Беззвучно.
Чтобы никто не услышал.
Утром он пошёл к врачу.
Давно нужно было проверить эту боль в боку.
В эту ночь никто из них не знал, что их жизни уже начали медленно двигаться навстречу друг другу.
Что через несколько недель они окажутся в одной точке.
Там, где деньги, талант, власть и мудрость внезапно перестают что-то значить.
Там, где человек остаётся только с одним – с тем, что у него внутри.
А пока город просыпался.
Включались кофемашины.
Звонили телефоны.
Люди спешили спасать свои жизни.
Не подозревая, что многие из них уже проиграли.
Акт I. Иллюзия
Глава 1. Высота
Глеб вошёл в переговорную за три минуты до начала.
Этого времени хватало: все уже на местах, но ещё достаточно рано, чтобы никто не подумал, что он опоздал. Люди подняли глаза, когда он вошёл. Этого он и добивался.
Он прошёл к своему месту во главе стола. Кресло было чуть выше остальных – дизайнер однажды предложил эту деталь почти шутя, но Глеб сразу согласился. Иерархия должна быть видна.
За столом сидели десять человек. Инвесторы, партнёры, топ-менеджеры. Люди, с которыми он работал годами и которых знал ровно настолько, насколько это было нужно для бизнеса. Их разговоры всегда сводились к цифрам, срокам и прогнозам.
– Начинаем, – сказал он.
Голос прозвучал спокойно и ровно.
Презентацию вёл заместитель, но Глеб видел, что почти все смотрят на него. Не на экран. На него. Они искали в его лице знак – одобрение, сомнение, тревогу.
Лицо ничего не показывало.
Он научился этому давно. Лицо – часть костюма. Такая же дорогая и выверенная деталь, как часы на запястье.
Слайды менялись. Цифры росли. Кто-то говорил о перспективах азиатского рынка.
Глеб вдруг поймал себя на том, что не слышит ни слова.
Мысли ушли далеко.
Не в детство, нет – он давно научился не возвращаться туда без надобности.
Мысли были о вечере.
О вчерашнем разговоре с женой.
Коротком, как удар.