Николай Васильев – Петербургский пленник (страница 22)

На улице оказалось, что Дженни нельзя идти домой: ее адрес у хозяйки был, полиция могла к ней прийти за показаниями на хулигана. Пришлось везти ее в отель, к себе в номер. Узнав, что в номере есть душ, дева тотчас в него запросилась и долго плескалась там, что-то напевая. Вышла она в Митином халате и захлопала в ладоши, увидев накрытый для ужина стол с бутылкой «veuve Clicquot» в ведерке со льдом. Не чинясь села и в десять минут смела все кушанья, предназначенные на ее долю. Шампанское, впрочем, цедила долго.

Наконец, она прикончила и его, непринужденно потянулась, пристально посмотрела в глаза благодетелю и сказала:

— В этот раз Вы не откажетесь со мной прилечь?

Глава пятая, в которой герой пересекает океан

Когда наутро Дженни узнала, что русские джентльмены отплывают на днях в Америку, то упала на колени перед Митей:

— Возьмите меня с собой! Я мечтаю туда уехать! Но у меня нет денег на приобретение места на корабле и никогда не будет…

Вот так и оказалось, что на специально зафрахтованной для «миссионерской» поездки парусно-винтовой яхте «Атлантика», отбывшей в начале июля 1861 г. из Саутгемптона в Уилмингтон, оказались не только четыре «сэра» (двоих попросил взять с собой Пальмерстон), а еще и одна «чи леди, чи не леди». Дмитрий всерьез относился к Дженни уважительно: с одной стороны он же был демократом, с другой — девочка развивалась на глазах, обладая даром «попугайничать», но далеко не тупо, перенимала только то, что к делу годилось. Адлерберг его отношение копировал, хотя не всерьез — просто, чтобы позлить натуральных «сэров». «Сэры» же оставались в недоумении: ну, явная кокни, только пытается вести себя как леди, а эти идиоты…

Перед отплытием Митя предупредил Дженни, что на корабле им нежелательно поддерживать любовные отношения. Он будет ей типа опекун и учитель музыки, а она — чужеземной родственницей в невнятном колене.

— Как скажешь, Мэтью, — был ее ответ, а смеющиеся глаза, казалось, говорили: «дурачок ты, Митя!».

За неимением дел Митя разучивал и разучивал с Дженни новые песни (гитару в дорогу купил), что было ей явно в радость. В остальное время она предпочитала стоять на баке и неотрывно смотреть в океан. «Как те бабуины над Кейптауном» — невольно сравнил Лазарев и тут же устыдился этого сравнения. Сам он в океан смотрел мало: уж очень тот был однотипен в эти летние погожие дни. «Хорошо хоть скорость у нашей ласточки приличная, капитан обещает быть в Уилмингтоне через десять дней».

Какой такой Уилмингтон? — спросит читатель, знакомый с историей гражданской войны в США. — Столицей Конфедерации был в то время Ричмонд!

Все верно, господа… Вот только Ричмонд стоит в среднем течении р. Джеймс, в 240 км от океана (если следовать всем извилинам реки), к тому же устье этой залиманенной реки блокировано пушками форта Монро, гарнизон которого остался верен федеральному правительству. Зато к тому времени Ричмонд был связан железной дорогой с рядом городов Юга, в том числе и с портовым городом Уилмингтоном… Дальнейшие разъяснения, пожалуй, излишни?

Шел девятый день плавания, все было как обычно, безбрежная слабо волнительная водная гладь, палящее солнце, чайки за кормой, как вдруг Дженни крикнула с бака:

— К нам идет корабль!

Тотчас ее крик был продублирован задремавшим было марсовым:

— Корабль прямо по курсу! Парусно-винтовой бриг!

Вскоре скучковавшиеся возле капитана господа услышали авторитетное мнение:

— Это бриг «Манхэттен», 20 пушек вооружения. Один из флотилии, осуществляющей блокаду побережья южан. Я однажды с ним сталкивался, но южнее, у Саванны. Их кэп жесткий малый, но честный. В тот раз мы разошлись мирно.

И добавил:

— Веду переговоры я. Вы не вмешиваетесь. Если только он непосредственно к кому-то из вас не обратится. Даме же вообще с палубы лучше уйти, могут ведь и конфисковать. Как контрабанду…

И заулыбался своей шутке.

— Нет, — вдруг сказал Лазарев. — Мы не можем так рисковать. Если он нас интернирует, то конец всей миссии. Наша яхта должна быть быстрее этого брига. Насколько, капитан?

— Что Вы еще выдумали? — обрушился кэп на Дмитрия. — Я не буду убегать от него под дулами орудий!

— Будете! Иначе в Англии Вас будет ждать тюремная камера!

— А если убегу сейчас, то больше мне в этот район американского побережья ходить не придется. Будут ловить как зайца!

— Мировой океан велик, найдутся другие фрахты. Но нас Вы обязаны доставить по месту назначения. Итак, насколько наш ход может быть быстрее хода брига? Если запустить машину на полную мощность…

— На два-три узла, наверное…

— В какую сторону нам следует повернуть, чтобы не проскочить мимо Уилмингтона?

— В северную лучше…

— Тогда поступим так: идем на сближение с бригом почти до расстояния пушечного выстрела и резко отворачиваем вправо на 80° от прежнего курса. Бриг тоже станет поворачивать и погонится параллельным курсом, но будет все время отставать. Когда совсем отстанет, поворачиваем влево и идем к нужной гавани. Вы согласны, капитан?

— Может получиться…

— Тогда вперед и понаглей!

Когда яхта резко изменила курс, с брига бухнул единичный выстрел, но столб воды поднялся в кабельтове от яхты. Бриг тоже резко повернул и на нем из трубы повалил густой черный дым. Какое-то время казалось, что оба корабля идут с одной скоростью, но постепенно бриг стал отставать. Часа через два кэп позвал Лазарева:

— Пора поворачивать, иначе выскочим на берег.

— Поворачивайте, — пожал плечами Митя. — Бриг нам ведь уже не опасен?

— На обратном пути они могут меня подловить…

— Если это случится, скажете, что вез какого-то важного типа из правительства и тот приставил к виску револьвер, требуя убежать. Я, кстати, готов был это сделать…

И Митя отвернул полу сюртука, на которой висел в ременных креплениях купленный в Лондоне кольт.

Утром десятого дня яхта подошла к устью реки Кейп Фир и свернула в ее лиман. Тут ее тормознул предупредительный пушечный выстрел из блокирующего устье форта, занятого конфедератами. Кэп бросил якорь, а от форта отошла шлюпка с таможенной командой. После проверки судовых документов, таможенники облазили небольшенький трюм яхты и прочие внутренние помещения, ничего «вкусного» не нашли и, не скрывая разочарования, подступили к пассажирам. Узнав, что они птицы важные и следуют в Ричмонд, к президенту Дэвису, еще поскучнели, пожелали счастливого пути и отвалили от яхты. Далее она шла часа три по лиману до крупного левого притока реки, свернула в него — и все увидели городок Уилмингтон, состоящий из вытянувшихся вдоль левого берега ряда домов, причем не каких-то халуп, или 2-3-этажных коробок, а точно как в многократно виденных Дмитрием голливудских фильмах: из просторных одно- двухэтажных коттеджей в обрамлении деревьев и кустарников.

Глава шестая, в которой герой достигает Ричмонда и предается любви

Ричмонд, которого путешественники достигли спустя три дня, произвел на Лазарева другое впечатление: очень деловой, дымящий трубами металлургического завода, наполненный под завязку озабоченными людьми: солдатами, чиновниками, возчиками, торговцами, неграми… Этот город состоял как раз из 2–3 этажных домов, образовавших несколько разновысотных протяженных улиц по левому берегу реки Джеймс (пересеченных, как принято у американцев, номерными стритами), над которыми возвышался полу-Парфенон (колонны только вокруг передней части прямоугольного здания) — таким выстроили вирджинцы свой Капитолий. Впрочем, различные строения преимущественно производственного и складского характера были и на правом берегу, к которым через реку, по островам и скальным порогам тянулся на деревянных «быках» железнодорожно-пешеходно-гужевой мост.

— Не уверен, что мы найдем здесь места в приличной гостинице… — озадачился граф Адлерберг, стоя на ступенях трехэтажного желдорвокзала (увенчанного в немецком стиле высокой красночерепичной крышей и башней с неизменными часами) и обозревая городское многолюдье.

Спустя два часа, объездив в нанятой коляске весь город, граф в этом своем выводе смог увериться — ни за какие деньги владельцы отелей на постой их не брали: нет мест! И все-таки им повезло: когда они оказались в исходной точке поисков (у того же вокзала), Лазарев по наитию подошел к старшему кассиру (по совместительству администратору) и спросил:

— При вокзале ведь есть гостиница?

— Есть.

— Могут в ней быть свободные места?

— Обычно нет, но час назад на фронт отправился генерал Кирби Смит со своими офицерами, которые квартировали как раз у нас, освободилось сразу три комнаты.

— Мы их берем, — быстро сказал Мэтью Лазарев. — К кому мне обратиться с оплатой?

— Ко мне же…

Обедали они втроем уже в прекрасном настроении, в расположенном неподалеку от вокзала центральном городском ресторане, на его втором этаже, предназначенном для респектабельных господ. Блокада еще не успела оказать своего губительного воздействия на запасы провианта в Ричмонде и потому ассортимент блюд здесь мало отличался от лондонского, хотя и уступал чересчур изощренному парижскому. Джейн вполне уже освоилась со столовыми приборами и этикетом и нисколько в этом смысле не отличалась от бывших в зале нескольких богатых посетительниц. Только вот чопорности в ней было все же маловато…