Николай Стэф – Последний игрок Начало (страница 4)

Ярослав напрягся.

— Денег?

— Реальных, — кивнула Аврора. — Ты ведь за этим пришел, я права?

Ярослав помолчал секунду, потом кивнул.

— Да. Нужны деньги. Очень нужны.

— Ну так не капризничай, — усмехнулась Аврора. — Воины тоже могут находить артефакты. И продавать их техномагам, которые без ума от любых источников магии.

— Ладно, убедила, — Ярослав выдохнул. — Рассказывай про остальных.

— Второй класс — Техномаг, — Аврора продолжила, и голограмма сменилась изображением человека в легкой броне, окруженного парящими механизмами. — Уникальный класс, сочетающий владение технологиями и умение использовать остатки магии. В отличие от чистокровных магов, техномаги не черпают силу из магии напрямую. Они используют её как катализатор, усилитель для своих технологических изобретений.

— То есть это такие... инженеры-волшебники? — уточнил Ярослав.

— Примерно, — улыбнулась Аврора. — Представь изобретателя, который вместо гаечных ключей и микросхем использует магические кристаллы и древние артефакты. Их оружие — не только мечи и луки, но и всевозможные гаджеты, турели, энергетические щиты, даже небольшие дроны.

— Звучит круто, — признал Ярослав.

— Круто, но сложно, — предупредила Аврора. — Техномаги крайне зависимы от ресурсов и источников маны. Их хрупкая конструкция делает их уязвимыми к физическим атакам. И управление сложными устройствами требует высокой концентрации.

— А минусы?

— Зависимость от ресурсов, — повторила Аврора. — Магические компоненты нуждаются в постоянной добыче и обслуживании. Без них техномаг — просто слабый боец.

— Понятно, — Ярослав задумался. — И они же будут покупать артефакты?

— Да, — подтвердила Аврора. — Техномаги — главные покупатели на рынке магических предметов. Им нужно всё, что содержит хотя бы крупицу магии.

— А третий класс?

— Третий и самый редкий — Маг, — голограмма сменилась фигурой в длинном одеянии, окруженной языками пламени и потоками ветра. — Главное отличие этого класса — Маг может чувствовать угасающие источники маны. Он — истинный повелитель стихий, черпающий силу непосредственно из окружающего мира.

— Огонь, вода, земля, воздух? — уточнил Ярослав.

— Да. И не только, — Аврора кивнула. — Маги управляют природными стихиями, создают мощные заклинания. Настоящих магов в игре очень мало — это необходимо для баланса. Но так как маны в мире мало, магам постоянно приходится искать её источники.

— А слабые места?

— Маги уязвимы к физическим атакам, — ответила Аврора. — И зависят от постоянного притока маны. Если маг потратил всю ману, он практически беззащитен.

— И много их в игре?

— Очень мало, — повторила Аврора. — Из-за того, что маны в мире мало, играть магом сложно. Но те, кто достигают высоких уровней, становятся одними из самых могущественных персонажей.

— А почему их мало? Вроде класс сильный.

— Потому что без маны маг — просто слабый человек, — пояснила Аврора. — У них огромный резервуар для маны, но маленький резервуар жизненной энергии и крайне низкая скорость регенерации. Потратил ману — стал мишенью.

Ярослав задумался.

— Ну, допустим, с классами разобрался. А что насчет механик? Как тут всё работает?

— Механики простые, — Аврора снова взмахнула рукой, и панели вокруг них засветились. — У каждого класса есть резервуары энергии. У воина — только жизненная энергия. С каждым уровнем она увеличивается. У техномага — оба резервуара, но среднего размера. У мага — огромный резервуар маны, но маленький — жизненной энергии.

— И как это работает в бою?

— Техномаг может использовать магические предметы, но не на полную мощность, — объяснила Аврора. — Простая механика: чем больше маны влил в заклинание, тем оно сильнее. Техномаг может пополнить запас маны из артефактов, обычно разрушая их. Маг может черпать ману из источников силы — мест, где магия сохранилась.

— А воин?

— Воин не может использовать магию вообще, — напомнила Аврора. — Никак. Зато у него самая высокая регенерация жизненной энергии.

— Понял, — Ярослав кивнул. — Что ещё?

— Уровень ощущений приближен к реальности, — продолжила Аврора. — За исключением боли. Её уровень специально понижен до двадцати процентов от реальной. Совсем не убрали, чтобы игроки не привыкали к безнаказанности.

— Двадцать процентов? — переспросил Ярослав. — А если меня убьют?

— Тогда твое тело остается лежать на месте гибели три дня, — ответила Аврора. — Оно не портится и не издает запахов. За это время его можно обыскать и снять всё, что представляет ценность. Само тело передвигать нельзя. Через три дня оно просто исчезает.

— А я?

— Ты возродишься в безопасной точке, к которой привязан твой персонаж, — сказала Аврора. — Обычно это крупный населенный пункт.

— И что, всё, что у меня было, остается на трупе?

— Если не позаботился о хранении, — кивнула Аврора. — Самое ценное можно хранить в тайнике или в арендуемой ячейке банка. Но с голыми руками в опасный мир никто не выходит. Это, кстати, открывает возможности для новичков — всегда можно случайно найти чей-то схрон или наткнуться на тело погибшего игрока с дорогими артефактами.

— Понятно, — Ярослав усмехнулся. — То есть игра поощряет мародерство?

— Поощряет выживание, — поправила Аврора. — Любыми способами.

— А опыт? Как его получать?

— За выполнение заданий, за победы над игровыми персонажами или другими игроками, — перечислила Аврора. — Набрав достаточно опыта, можно повысить уровень. Уровень увеличивает только размер твоего резервуара, других бонусов не дает.

— Только резервуар?

— Только его, — подтвердила Аврора. — Это сделано для того, чтобы не было слишком большого разрыва между новичками и ветеранами. Ветераны выносливее, но не сильнее и не быстрее.

— Хитро, — заметил Ярослав.

— И ещё один важный момент, — добавила Аврора. — В игре нет визуальных различий между классами. Нельзя по внешности понять, кто перед тобой — воин, маг или техномаг.

— Серьезно?

— Да. И этим многие пользуются, — Аврора усмехнулась. — Игроки часто выдают себя за другие классы. Это можно сказать, фишка игры. Никогда не знаешь, с кем имеешь дело.

— То есть доверять никому нельзя? — уточнил Ярослав.

— Доверять можно, — ответила Аврора. — Но проверять. И иметь план отхода.

Ярослав задумался. В голове крутились мысли о деньгах, о Кирилле, о бандитах, которые его ищут. Игра казалась всё более сложной и опасной. Но выбора не было.

— А можно ещё вопрос? — спросил он.

— Конечно.

— В игре нужно только сражаться, чтобы зарабатывать? Убивать игроков, монстров?

— Ну конечно нет, — заулыбалась Аврора. — Существует множество способов. Торговля, выполнение квестов, крафт, поиск и добыча ресурсов.

— Добыча ресурсов?

— Да, процесс упростили, — пояснила Аврора. — Ресурсы после добычи выпадают уже готовыми блоками для продажи. Переносить их удобнее — в игре нет магического инвентаря. Всё, что добыл, нужно переносить как в обычной жизни. В рюкзаке, в телеге, в машине — если повезет найти.

— То есть нет бездонных карманов?

— Нет, — подтвердила Аврора. — Поэтому найденный ценный артефакт нужно тащить своими руками. Или нанимать охрану.

— А что насчет еды, воды?

— Организм в капсуле получает питание через гель, — ответила Аврора. — Но в игре тоже нужно есть и пить. Это часть механики выживания. Игнорировать можно, но тогда персонаж будет слабеть.

— Понятно, — Ярослав выдохнул. — Вроде ничего не упустил.