Николай Марков – Думские речи. Войны темных сил (страница 6)
После свержения Самодержавия в феврале 1917 г. монархисты оказались теми партиями, которые подверглись политическому преследованию в первую очередь. 5 марта 1917 г. исполком Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов запретил издание печатного органа дубровинского СРН – газеты «Русское Знамя». Прекратился выпуск и других черносотенных газет, в том числе и «Земщины», газеты Н. Е. Маркова. В связи с этим бывший лидер фракции правых в марте 1917 г. с сарказмом заметил, что черносотенная пресса оказалась загнанной свободой печати в подполье: «Ныне, как нам известно, полная свобода печати, и потому редакция и типография “Земщины” конфискованы, редактор и издательница “Русского Знамени” сидят в тюрьме, а остальным правым изданиям, во имя равноправия, воспрещено выходить в свет»74.
Сам Н. Е. Марков в первые дни Февральского переворота боялся ареста и бежал из Петрограда. Однако между 27 мая и 9 июня 1917 г., несмотря на измененную внешность (Марков коротко остригся и отпустил бороду, которая, как писали очевидцы, его сильно состарила), он был арестован в Финляндии и доставлен в Петроград для дачи показаний Чрезвычайной следственной комиссии (ЧСК) Временного правительства, которая допрашивала его как свидетеля «преступлений» старого режима75. На допросах Н. Е. Марков вел себя спокойно, высказывался весьма смело и даже подчас вел себя вызывающе. Анализируя стенограмму допроса, опубликованную в многотомнике «Падение царского режима»76, мы можем прийти к выводу, что он не отрекся от своих взглядов и убеждений. В итоге ЧСК, так и не найдя в действиях Маркова состава преступления, вынуждена была освободить его.
Позже в своей известной книге «Войны темных сил» он так оценивал происходившее в стране в 1917 г.: «Да, Россия рухнула на пороге уже готовой победы, рухнула потому, что была заживо, изнутри пожрана червями… Эти черви были сознательные и бессознательные агенты темной силы иудо-масонства, которое более всего опасалось победы России и для которого ее поражение являлось величайшим достижением. Эту гнусную и отвратительную роль червей, разъевших белое тело родной Матери-России, сыграли деятели “прогрессивного блока”»77.
Также Н. Е. Марков полагал, что русское Самодержавие привели к падению не только «темные силы», ибо «за дело взялись не бомбометатели из еврейского Бунда, не изуверы социальных вымыслов, не поносители чести Русской Армии Якубзоны, а самые заправские российские помещики, богатейшие купцы, чиновники, адвокаты, инженеры, священники, князья, графы, камергеры и всех Российских орденов кавалеры» 78. «Монархия пала не потому, что слишком сильны были ее враги, – писал Марков в эмиграции, – а потому, что слишком слабы были ее защитники»79.
Уже летом 1917 г. Н. Е. Марков создает в Петрограде подпольную организацию «Великая единая Россия», которая ставила перед собой цель спасти Царскую Семью (в эту организацию также входили видные правые деятели Г. Г. Замысловский, Н. Д. Тальберг, некоторые правые депутаты Государственной Думы, гвардейские офицеры). Кроме того, политик вошел в состав руководства конспиративной «Объединенной офицерской организации», главой которой являлся генерал Е. К. Арсеньев. Наряду с Великим Князем Павлом Александровичем и бывшим Председателем Совета министров А. Ф. Треповым с весны 1918 г. Марков входил в состав «Комитета петроградской антибольшевистской организации», которая являлась филиалом московского «Правого центра», и действовал под конспиративным псевдонимом «Tante Ivette». Планировалось привлечь германские войска и немецких военнопленных к планируемому государственному перевороту с целью последующего восстановления в России монархии. Лично Марков вел переговоры с доверенным лицом немецкого генерала Пауля фон Гинденбурга, однако из-за непомерных требований германской стороны достигнуть соглашения не удалось.
В это время Н. Е. Марков, по его собственному признанию, «переезжал из Петербурга в Москву и обратно, ночевал по пустым квартирам, каждый день рисковал быть узнанным на улице и арестованным». Вот как позднее он описывал этот период своей деятельности: «С малыми, случайно добываемыми средствами мы вынуждены были вести работу в сокращенных размерах, действовать с перебоями и промедлениями, располагали недостаточными силами, там, где требовались сотни людей, мы имели десятки. Но все же до последнего дня мы добивались и делали все, что было в наших силах для освобождения Государя и Его Семьи… Государя мы не спасли. В этом мы, монархисты, конечно, виноваты, и в первую голову виноват в этом я, Марков 2-й. Мы виноваты в том, что хотели, пытались, но не сумели спасти нашего Царя и Его Семью. Но в одном мы не виноваты – не виноваты в безучастии к судьбе нашего Государя. В этом виноваты не мы, а другие…»80.
8 ноября 1918 г., то есть уже после провала всех планов по спасению Царской Семьи и в разгар «красного террора», Н. Е. Марков уезжает из Петрограда и перебирается в соседнюю Финляндию. С конца того же года он активно участвует в Белом движении на северо-западе России: под именем Л. Н. Чернякова служит обер-офицером для поручений при Военно-гражданском управлении Северо-Западной армии. В 1918-1919 гг. он являлся членом «Братства Белого креста Великой единой России», стоял во главе монархического «Союза верных», в котором в основном преобладали офицеры, а также редактировал выходившую в Ямбурге газету «Белый крест», вскоре запрещенную за монархизм командующим армией генералом А. П. Родзянко. Следует также отметить, что в мае 1919 г., спасаясь от грозившего ему ареста, Н. Е. Марков при помощи гвардейских офицеров Александра и Сергея Гершель-манов (сыновей известного покровителя «Черной сотни» московского генерал-губернатора С. К. Гершельмана) покинул Финляндию и пересек Финский залив.
Созданный Н. Е. Марковым на территории Эстонии «Союз верных» в основном считал необходимым вести активную работу в Красной армии, которая, по мнению Маркова, должна была осуществить военный переворот, возглавляемый внедренными в Красную армию членами Союза. Отметим, что своим предшественником «Союз верных» считал Союз Русского Народа и другие прежние черносотенные организации. Руководящим органом Союза был «Тайный верх», в который входили сам Н. Е. Марков, князь А. А. Ширинский-Шихматов, сенатор А. А. Римский-Корсаков, генералы П. Н. Краснов и В. И. Гурко. Членство в Союзе имело две степени: «латники» и «воины». Как правило, открыто Союз не выступал, а предпочитал влиять на политику через своих членов. «Союз верных» активно действовал не только на северо-западе России, но и на Украине. В Украинский отдел Союза вошли полковник Александр Хомутов, бывший член Государственной Думы, националист Александр Гижицкий, черносотенцы Николай Родзевич, Борис Пеликан, Ефим Котов-Коношенко и др. Возглавлял этот отдел заместитель Маркова в Главном Совете СРН и последний редактор «Вестника СРН» Виктор Соколов, именовавшийся в то время Соколовым-Баранским. Кроме того, с монархической группой Н. Е. Маркова поддерживал активную связь и Киевский Cовет обороны при графе Ф. А. Келлере, в который входили члены «Союза верных» – полковники Андрей Пантелеев и Федор Безак.
Весной 1920 г., после того как армия Н. Н. Юденича потерпела поражение от большевиков под Петроградом, Н. Е. Марков вынужден был эмигрировать в Германию, где стал одним из организаторов берлинского «Русского общественного собрания», на базе которого соединялись русские правые монархисты. В конце того же года он вместе со своими соратниками создал Берлинское монархическое объединение, в орбиту влияния которого постепенно вошло преобладающее количество эмигрантских монархических групп. По словам А. В. Серегина, это объединение «пыталось предпринять шаги по выдвижению новых претендентов на престол, однако не смогло вдохнуть новый импульс в распадавшуюся “Рейхенгалльскую платформу”»81. Впоследствии «отстранение от руководства монархическим движением такого опытного политика, как Марков, привело к постепенной деградации “Рейхенгалльской платформы” к началу 1930-х годов»82. Кроме того, Марков являлся редактором монархического журнала «Двуглавый орел» (сентябрь 1920-1922 гг., Берлин; 1926-1931 гг., Париж), был одним из главных организаторов Съезда хозяйственного восстановления России в баварском городе Бад Рейхенгалль в 1921 г. – объединительного съезда право-монархической эмиграции. На этом же съезде Марков был избран председателем Высшего Монархического Совета (ВМС) и занимал эту должность в период с 1921 по 1927 г. В это же время Н. Е. Марков придерживался точки зрения, согласно которой русские монархисты должны в значительной степени дистанцироваться от Белого движения, встать между красными и белыми и «связать их». Также политик полагал, что возрождение России начнется с Земского Собора, который и призовет нового Царя.
Современный исследователь А. В. Серегин так пишет об этом периоде деятельности Н. Е. Маркова: «Возглавляя с 1912 г. СРН обновленческий, Н. Е. Марков предпринял попытку в эмиграции занять ту же политическую нишу, которую его организация занимала в дореволюционной России. Он стремился к воссозданию и пополнению путем жесткого отбора дореволюционного “Черного Блока” (объединение депутатов Государственной Думы и членов Государственного Совета, стоявших на платформе СРН), который в будущей России обладал бы всей полнотой законодательной власти. На этой основе им подбирался начальный состав ВМС. Всякие кооптации «со стороны» воспринимались Н. Е. Марковым крайне болезненно, так как они размывали четкую структуру “Черного Блока” в эмиграции»83. Думается, однако, что историк не совсем прав. На основании его выводов получается, что Н. Е. Марков, выражаясь словами А. В. Серегина, «воссоздавал» так никогда в реальности и не существовавший «Черный блок»!