Николай Марчук – Пепел (страница 13)
- По голове? – задумчиво сощурился Бриолин.
«Твари!» – подумал я и тут же выстрелил силой вокруг себя весь тот объем что успел накрутить к этому времени в солнышке…
Сила ухнула из меня круговым потоком мощно и солидно…но всё кончилось пшиком! Энергия растворилась в воздухе без следа.
- Сильно! – поморщившись как от зубной боли, уважительно цокнул языком Бриолин.
Замки стальных браслетов на руках и ногах вопреки моим ожиданиям так и не клацнули отлетевшими в сторону запорами…
Бам! – мне по затылку прилетела смачная затрещина я со всего маху ткнулся лицом в стол и раскровенил себе нос.
- Предупреждал же! – громадные и твердые на ощупь как куски камня ладони ухватили меня за виски и сдавили голову будто бы стальные тиски. – Охолонись паршивец! Дурь свою угомони, а то мигом из тебя душу вытрясу! – бородатый возница, ухватив меня за голову злобно шипел в ухо.
Кровь так и хлестала из расквашенного носа, а в голове будто бы мозг рвали кусачками, дергали его во все стороны и давили, давили, давили… боль была невыносимая, жуткая, алая! Перед глазами вспыхнуло море огня и обжигающего душу жара. Еще немного и мой череп треснет под таким напором будто бы переспелая бахча.
- А-аааа!!! Хватит! – с трудом удалось выдавить из себя чувствуя, как трещат кости черепа.
- Отпусти! – спустя несколько мгновений холодно приказал Бриолин.
Мою голову отпустили, давление схлынуло, но боль так быстро не прошла, мозг буквально пульсировал, как кипящее густое варево, так и норовя вытечь наружу через уши. Мне обтерли мокрой тряпкой лицо, крови из носа натекло так много будто бы мне не нос расквасили, а горлянку бритвой перехватили. Стало чуть легче, боль поутихла.
- Еще раз что-то подобное выкинешь, никаких кнутов и пряников не будет, - жестко произнес собеседник в дорогом костюме. – Усек?
- Да, - прошипел я, морщась от головной боли.
Энергия, выброшенная мной, могла с легкостью своротить бревенчатый сруб, но почему-то вместо мощного удара она буквально исчезла в никуда. Что такое? Почему это произошло?
- Захар, выключи! – брезгливо бросил Бриолин, вытирая струйку крови, выступившую у него из ноздри. – Алексей больше шалить не будет. Ведь не будешь? – взгляд у собеседника был такой, что я сразу понял: или я с ним договорюсь или живым мне отсюда не выйти.
- Не буду, - буркнул я. – Пряника я так понимаю теперь не будет?
- Ну почему же, - ухмыльнулся Бриолин, - будет, обязательно будет.
За спиной что-то щелкнуло и мерный гул, которым была заполнена комната и который я думал до этого гудит только в моей голове стих.
Что?! Как?
Неожиданно стало так легко дышать, что я даже захлебнулся от восторга и навалившейся благости, многотонная тяжесть схлынула, растворилась в воздухе, отступила.
- Полегчало? – спросил Бриолин.
- Да, - кивнул я, - что это было?
- Одно устройство, которое было обязано полностью задавить ваш Дар, но оно почем-то с этим не справилось.
- Неужели есть механизмы, которые способны задавить Дар? – искренне удивился я.
- Наука не стоит на месте, - развел руками собеседник, - если есть одаренные, то обязательно найдутся и различные устройства-механизмы, которые будут их подавлять. На каждое действие будет противодействие.
После того как таинственный механизм был выключен в комнате даже как будто воздух посвежел, а моя головная боль стала вполне приемлемой и терпимой. Я тут же выделил малую толику Дара, которая сконцентрировалась в районе сломанного носа, чтобы там запустились процессы регенерации и восстановления. Бородатый верзила за моей спиной громко выдохнул, как бы сообщая, что почувствовал мои манипуляции с внутренней энергией. Я проигнорировал его ахи-вздохи и продолжая вести разговор врачевал свой сломанный нос и ноющую голову.
- Кстати, как мне к вам обращаться, а то как-то неудобно. Моё имя вы знаете, а я ваше нет.
- Действительно, - делано хлопнул себя по лбу Бриолин, - Отдельный корпус военной жандармерии, звание называть не буду ибо меняются они у меня часто, а зовут меня Максим Иванович Галицкий и да, сразу отвечу, что из тех самых Галицких, которые князья, но в родовую летопись не вписан так как бастрюк, хоть папенька меня и признал, но дед категорически запретил являться на его порог, а без его благословения ни титула, ни части родовых денег мне не видать как своих ушей, - с широкой ухмылкой произнес Галицкий.
Князь Галицкий, но не князь, потому что бастрюк? А к чему он мне это рассказывает, обычно такими фактами с первым встречным-поперечным не делятся. Втирается в доверие, располагает к себе?
- Алексей Пепел, - в свою очередь представился я. – Безродный сирота, рад знакомству. По вашему виду не скажешь, что вы бедствуете, - осторожно заметил я.
- Я не бедствую, и вы не будете если сделаете правильный выбор. Скажите Алексей, а как вы относитесь к нынешней власти в России?
- Терпимо, - уклончиво ответил я.
Говорить правду сотруднику жандармерии было бы, мягко говоря, опрометчиво, а врать про то, что я души не чаю в нынешнем премьер-министре и депутатах Верховной Думы РФР по меньшей мене глупо, потому что мне все равно не поверят. А так вроде как серединка на половинку.
- Вот и я примерно так же, - кивнул бастрюк Галицкий, - скажу по секрету, что многие чины и служивые люди в РФР просто терпят нынешнюю власть, но терпение это не вечно, когда-нибудь оно лопнет.
- Мне не хотелось бы разговаривать на подобные темы, - раздраженно высказался я, совершенно не понимая к чему этот разговор.
- А чего так?
- Если вы хотите вывести меня на какую-нибудь крамолу, за которою меня вздернут на виселице, то не понятно, к чему такие сложности, раз у вас и так на меня компромата целый воз.
- А вы молодой человек весьма здравомыслящий, а это дорого стоит, - задорно усмехнулся Бриолин. – Захар, а ну расстегни нашего гостя, видишь не доверят он нам.
- Барин, может не стоит? – пробасил бородатый здоровяк.
- Расстегни, расстегни, я по глазам вижу, что Алексей не будет делать дурного. Видно же, что он сам уже заинтересован происходящим. Я, честно говоря, был против такого поворота событий, но там, - палец Галицкого ткнул в потолок, - хотели поглядеть как вы себя поведет в стрессовой ситуации.
- И как ожидания тех? – закатил я глаза к небу. – Не подвел я их?
- Не то слово! – подмигнул мне собеседник. – Вы прям как тот ловкач из авантюрных книжонок – еще бы чуть-чуть и сбежали, оставив с носом загонщиков. Признайтесь где проходили подготовку?
- Подготовку? – удивленно изогнул я бровь, крутя сжатыми в кулак кистями, затекшими после оков. – Семь лет в ватаге Седого, а до этого жизнь беспризорником и скитание по всей Руси – вот и вся моя подготовка.
- Ну да, ну да, - было видно, что Галицкий мне не поверил.
- Барин, малец-то Истинный, - неожиданно заявил Захар, - богом клянусь - Ведьмин сын он, как есть!
- Серьезно?! – от удивления хлыщ даже привстал из-за стола. – Это правда?
Предательский холодок страха пробежал по спине, ухнул вниз, сжав в паху всё в тугой комок. Этого вопроса я боялся всю свою сознательную жизнь. Я всегда скрывал что я - носитель Дара с рождения, что я – Ведьмин сын. С юных лет знал, что как только вскроется правда тут мне и конец: забьют камнями, разорвут на части, сожгут на костре, если повезет, то умру быстро.
- Да, - коротко ответил я делано спокойно и равнодушно.
Страхам надо смотреть в лицо иначе их никак не перебороть и тогда они съедят тебя изнутри. Это короткое «да» далось мне ой как не просто, я будто в ледяную полынью голышом сиганул.
Захар оказался не прост, похоже он тут не просто за ломовика-дуболома, коим хочет казаться, и голова у него варит что надо, вот так взял и с лету вычислил что Дар мне достался по факту рождения.
- А ну тогда это в корне все меняет, - как-то сразу поник Галицкий, - обидно, конечно, что так вышло, хотя, стоп, подождите, а как тебе удалось дожить до двадцати лет и не выказать, что Ведьмин сын?
- Не знаю, - пожал я плечами, - жил себе и жил, а что со мной должно было случиться?
Зачем мне все эти откровения? А как по-другому? Буду запираться, вмиг вытрясут из меня всю правду, ладно если еще не поломают всерьез, допытываясь до истины, уж лучше самому все рассказать - целее буду. Да и интересно, черт возьми, что это за Захар и князь Галицкий передо мной такие. А самое главное – зачем им я? А ведь новость о том, что я Ведьмин сын, а не получил свой Дар в результате инициации в Мёртвом городе явно выбила из колеи Бриолина. Интересно почему? Какая ему разница как я получил свой Дар?
- Чудны дела твои, Господи, - прошептал Бриолин, проигнорировав мой вопрос. - Так, ладно, об этом потом мы с вами молодой человек обстоятельно поговорим. Первое, что заруби себе на носу – ты не Ведьмин сын и никому об этом не говори. Кстати, а кто об этом вообще знает?
- А что это меняет?
- Много чего меняет. Ты на поставленный вопрос ответь! Кто знал, что ты не просто Одаренный, а именно – Истинный?
О, как? Истинный! Не ублюдок, не выродок, не Ведьмин сын, а - Истинный! Это что-то новое!
- Никто, - тут же ответил я, - до этого знал только Седой.
- А Вышинский?
- Нет, он думает, что я получил доступ к Дару уже здесь в Тобольске.
- Что и требовалось доказать! – довольный какими-то своими внутренними размышлениями Галицкий хлопнул ладонью по столу. – А налей-ка нам коньячку по рюмашке брат Захар, разговор с молодым человеком нам предстоит долгий, надо бы смазать голосовые связки и себе тоже плесни, да присаживайся к нам, а то стоишь как не родной, еще греха ради Алексей подумает, что ты мой крепостной.