Николай Леонов – Человек с лицом убийцы (страница 28)

– Извините, что перебиваю, Оксана Романовна, – поспешил возразить Гуров. – Но насколько мне стало понятно из этого отчета, в нем не все так уж гладко и четко описано. Там, например, не сказано, были ли у убитого прижизненные травмы.

– Наверно, это было невозможно определить, – немного подумав, ответила следователь. – Верхняя часть тела, голова и руки сильно обгорели.

– Ну и что? Кости-то остались целыми, – возразил ей Лев Иванович. – Просто экспертиза была сделана небрежно и, насколько я понял – это видно по дате, – была проведена уже после опознания Елизара его родителями. А раз тело было опознано, то основное, на что обращал внимание медэксперт, когда делал вскрытие, были травмы, полученные во время убийства, а не прижизненные травмы.

– Хорошо, пусть так, – не стала спорить Чернова. – В любом случае эксгумацию будут проводить только в целях забора материала для ДНК-экспертизы.

– А заодно и посмотрят на предмет упущенных моментов во время первого освидетельствования, – упрямо добавил Лев Иванович и встал. – Я могу идти? Мне еще кучу дел нужно успеть до встречи с судьей.

Оксана Романовна сделала вид, что задумалась, о чем бы еще спросить Гурова, но не найдя веских оснований для задержки, быстро посмотрела на часы и сказала со значением в голосе:

– Идите, мне самой уже нужно идти по делам. И держите меня в курсе расследования.

– Обязательно, – сдерживая ехидную улыбку, ответил Лев Иванович и быстрым шагом вышел из кабинета Черновой.

– И что ты по этому поводу думаешь? – Гуров кивнул на рисунки и фотографии, разложенные на столе.

Криминальный эксперт Виталий, как и все специалисты, работающие с фотороботами и портретами подозреваемых и имеющие художественное образование, скрупулезно изучил и рисунки, и фотографии. Он брал в руки то рисунок Антонины, то одну из фотографий и сличал их. После недолгих манипуляций он ответил Льву Ивановичу, указав на одну из фотографий:

– С большей вероятностью на рисунках девочки изображен вот этот человек. Я сужу по характерному, чуть выступающему вперед лбу и по форме носа. Смотрите. – Он указал на фото детали, которые привлекли его внимание. – На этой фотографии у парня лоб несколько круче, чем у его двойника, и переносица сильнее вдавлена, отчего выглядит курносым. А у этого, – Виталий показал на другую фотографию и на рисунок Антонины, – более плавный переход. А вообще отличные рисунки! – не сдержал восхищения криминалист. – Нам бы эту девочку в эксперты.

– Да, вот только где бы нам ее найти, – озадаченно почесал затылок Лев Иванович.

– Если жива, то со временем отыщется. Никуда не денется, – ответил Виталий.

– Вот именно – если жива, – вздохнул Гуров. – Ты можешь мне прямо сейчас аргументированно написать свое заключение? – спросил он. – У меня сегодня встреча с судьей, и мне нужно все, что может его убедить дать разрешение на эксгумацию и проведение экспертизы по идентификации останков.

– Без проблем, – ответил Виталий и повернулся к своему компьютеру. – Тут, собственно, все и так ясно, но раз нужно мое заключение, то я его сейчас вам накидаю в лучшем виде.

Эксперт застучал по клавиатуре, а Лев Иванович снова погрузился в размышления. Практически вся картина и старого, шестилетней давности, и нового преступления ему была понятна и очевидна. Он знал, как эти убийства связаны между собой, и даже догадывался, что могло двигать преступником, когда он совершал эти убийства. Единственное, чего он не знал – это какую роль во всем этом сыграла Антонина и где они оба – и девочка, и преступник – сейчас находятся.

«Предположим, что наш подозреваемый знакомится с Антониной не случайно, а с намерением через нее попасть в квартиру Шишковских, – рассуждал Гуров. – Ему не нужны деньги и не нужны какие-то ценные вещи. Если бы это было так, то он мог бы просто выкрасть у девушки ключи и, сделав дубликат, проникнуть в квартиру, когда там никого не было. Но у него совершенно другие планы, а поэтому он влюбляет в себя Антонину и делает ее зависимой от себя. Хорошо. Она не могла знать о его настоящих планах – убийстве ее приемных родителей. Для нее это было шоком. Отсюда и отчаянная эсэмэска к своей бывшей воспитательнице. Но почему она скрылась с убийцей? Вот вопрос. Увез он ее насильно, обманом или она уехала с ним добровольно? Судя по тому, что Антонина тщательно убралась в своей комнате и забрала с собой практически все свои вещи, она давно готовилась к побегу».

– Может, она все-таки изначально знала, что Шишковских убьют, но потом, в последний момент, испугалась? – Лев Иванович и сам не заметил, как высказал свои мысли вслух.

– Что? – отвлекся от компьютера Виталий.

– Нет, ничего. Это я не тебе. Просто вслух рассуждаю, – смутившись, пробормотал Гуров.

– А, понятно, – улыбнулся Виталий. – У меня такая ерунда тоже случается, когда задумаюсь.

Он отвернулся и снова стал печатать.

Через час после того, как Гуров вышел от эксперта, ему позвонил судья Крючков. Гуров уже начал нервничать и подумывал, что ему придется звонить Орлову и выяснять, не передумал ли судья с ним встречаться, как раздался звонок с незнакомого ему номера.

– Гуров? – поинтересовался густой бас на том конце связи.

– Он самый, – ответил Лев Иванович.

– Это Крючков, – назвался оппонент. – Слушай, полковник. У меня обстоятельства поменялись, и нашу встречу придется отменить, – заявил он без особых отступлений. – Давай ты мне сейчас быстро по телефону выложишь свои аргументы, а потом оставишь мне заявление и копии документов, подтверждающих эти аргументы. А я сразу же, как освобожусь, а это может быть или поздно вечером, или завтра утром, выдам тебе разрешение на все нужные действия. Что ты там хотел? Эксгумацию с целью забора ДНК?

– Да, – подтвердил Гуров и спросил: – Все можно отправить курьером или лучше привезти самому?

– Сам все лично и привези. Я предупрежу, и тебя проводят ко мне в кабинет. Все отдашь секретарю под расписку о принятии документов к производству. Понял?

– Понял.

– Не забудь указать, на каком кладбище и под каким регистрационным номером находится захоронение. Не на деревню дедушке же мне выписывать разрешение, – усмехнулся своей шутке Крючков. – Теперь докладывай, что за срочность у тебя образовалась.

– Есть большая вероятность того, что вместо Елизара Шишковского похоронен другой человек, а именно Игнат Тимофеевич Лопахин. Они с Шишковским когда-то вместе ходили в волейбольную секцию, а потом, по моей версии, встретились случайно в поезде. Один возвращался с отдыха в Сочи, второй после службы в армии, – стал рассказывать Лев Иванович.

Он выложил Крючкову все аргументы и доводы, которыми он руководствовался, чтобы получить разрешение на ДНК-экспертизу, и закончил словами:

– В общем, чтобы доказать, что Шишковских убил их родной сын, а не похожий на него Игнат Лопахин, и нужна эта экспертиза. Заодно будет доказан факт того, что шесть лет тому назад убит был не Елизар, а его сотоварищ по секции волейбола. Шишковский убил его, воспользовался его документами и жил под чужим именем. За один раз и раскроем старое преступление, и точно установим подозреваемого в убийстве Ирины и Валерия Шишковских.

– Разумно, – согласился Крючков. – Хорошо, я все принял к сведению. Привози документы. Разрешение получишь завтра утром в секретариате суда.

Он сразу же отключился, не дав Гурову даже попрощаться.

– Что ж, – пожал плечами Лев Иванович, когда закончил разговор с судьей. – Все, что я хотел, – я получил. Теперь осталась самая малость – найти Елизара Шишковского и Антонину.

В кабинет вошел Станислав и со смехом спросил Льва Ивановича:

– Это ты с кем опять разговариваешь?

– С тобой, с кем же еще, – быстро ответил Гуров и хитро посмотрел на Крячко.

23

– А ты почему сидишь в кабинете, а не едешь на встречу с судьей? – спросил Станислав, проходя к своему столу. – Отменили?

– Да, Крючков только что звонил и сказал, что ему не до меня. Но я переговорил с ним, и он дал добро на мою просьбу. Нужно только отвезти ему заявление и все необходимые документы. Обещал, что завтра разрешение будет готово. Сейчас все подготовлю и поеду.

– А я нам работу принес – список всех этих Лопахиных и Атлетовых. Вот только как к нему подступиться и с чего начать, не имею понятия. Как из всего этого множества узнать того, кто нам нужен?

Зазвонил внутренний телефон, и Гуров, сняв трубку и выслушав сообщение дежурного, коротко сказал:

– Да, пускай поднимется. К нам гостья, – проговорил он, когда трубка была водворена на место. – Пришла Инна Витальевна Скороходова.

Крячко удивленно приподнял брови, но ничего не ответил. Через пару минут в дверь кабинета робко постучали.

– Входите, Инна Витальевна, – крикнул Лев Иванович.

Когда женщина вошла в кабинет, Гуров поднялся ей навстречу.

– Проходите и садитесь вот сюда, – подвинул он ей стул. – Что привело вас к нам? Есть какие-то новости от Антонины? – с надеждой спросил он.

– Нет, никаких новостей от нее у меня нет, и я надеялась, что вы уже знаете, где она может быть. – Скороходова посмотрела на Льва Ивановича тоскливым взглядом. – Я спать вторые сутки не могу, все о девочке думаю. Взяла на работе несколько дней выходных. Ничего не могу делать, прямо руки опускаются, – торопливо, словно боясь, что ее прервут, говорила Инна. – Пришла, чтобы спросить, не могу ли я чем-то помочь с поисками Тони.