Николай Гацунаев – Серая кошка в номере на четыре персоны (страница 41)
О ф и ц е р. Мировая революция подождет. Сдавайте оружие.
Б е л о у с о в. Не много на себя берете?
Офицер подает знак. Из-за бархана поднимаются басмачи с ружьями наперевес.
О ф и ц е р. Считаю до трех.
Панорама по лицам красноармейцев.
О ф и ц е р. Раз…
Вскинули ружья, басмачи взяли на прицел бойцов.
О ф и ц е р. Два…
Высоко в небе чертит плавные круги коршун.
О ф и ц е р. Три!..
Звенящая, словно туго натянутая струна, тишина. Замерли бойцы. Белоусов, не торопясь, отстегивает кобуру, снимает портупею. Бросает под ноги Курбана.
Б е л о у с о в
О ф и ц е р. Не сомневался в вашем благоразумии.
К Курбану приближается, ведя в поводу коня, Харумбаев. Отстегивает на ходу шашку и кобуру. Хочет бросить. Курбан протягивает руку. Поколебавшись, Харумбаев отдает ему оружие. Курбан взвешивает на руке кобуру и насмешливо смотрит на Харумбаева.
Х а р у м б а е в. Пикнешь — убью!
К у р б а н
Один за другим проходят мимо Курбана красноармейцы. Падают на песок к ногам Курбана кобуры, винтовки, шашки. Офицер с усмешкой наблюдает с бархана.
О ф и ц е р. Вот теперь вы похожи на парламентеров, господин Белоусов.
Б е л о у с о в. Смеется тот, кто смеется последним.
Х а р у м б а е в
К у р б а н. Ты — мне?
Х а р у м б а е в. Дехканин, а с басмачами снюхался.
К у р б а н. Думаешь, по своей воле? Заставили…
Л е в и ц к и й. Нашел с кем разговаривать…
Б е л о у с о в. Спокойно, ребята. Спокойно…
Л е в и ц к и й. Сказать, чтоб мне этот шухер нравился, так нет же.
Басмачи окружают безоружный отряд и ведут по дороге.
А н н а с а а т. Хан-ага что скажет?
О ф и ц е р. Не твоя забота. Понял?
А н н а с а а т. Я понял. Посмотрим, как хан-ага поймет.
О ф и ц е р. Поехали.
Трогает коня.
А н н а с а а т. Куда? Здесь поедем. Напрямик ближе.
Дом Ахмедова. Входит шофер. Устало роняет пиджак на спинку стула. Оглядывается по сторонам.
А х м е д о в. Есть кто дома?
Видит на столе записку. Берет в руки. «Ушел к товарищу. Будем готовиться к экзаменам. Вернусь поздно. Ужин в холодильнике. Саат». Ахмедов кладет записку на стол. Снимает рубаху. Выходит из комнаты. Слышен плеск льющейся из крана воды. Часы бьют девять. Под ними в рамке фотография молодой женщины. Вытираясь, входит Ахмедов. Достает из шкафа пижаму. Открывает холодильник, достает бутылку кефира. Захлопывает дверцу. От сотрясения падает набок портрет. Ахмедов ставит его на место. Задерживает взгляд на лице женщины. Полой пижамы стирает пыль со стекла.
А х м е д о в. Запылилась, голубушка.
Садится к столу, наливает в стакан кефир. Пьет, продолжая задумчиво смотреть на портрет. Крупным планом лицо женщины. Изображение теряет четкость.
Шероховатая глинобитная стена. Выше над ней клочок неба с парящим коршуном. Прислонясь спиной к стене, сидит Таган, рядом с ним девочка.
Д е в о ч к а. Боюсь.
Всхлипывает.
Т а г а н. Не плачь. Наши придут скоро.
Д е в о ч к а. Ваши — кто?
Т а г а н. Красные.
Д е в о ч к а. А-а… Тебе больно?
Т а г а н. Звери они. Понимаешь?
Девочка отрицательно качает головой.
Т а г а н. Поймешь когда-нибудь.
Скрип отворяемой двери. В проеме — две фигуры. Аннасаат и ополченец. Аннасаат сильно толкает ополченца, и тот падает к ногам сидящих. Девочка, вскрикнув, вскакивает. Таган удерживает ее за руку. Ополченец бросается к двери, но она уже заперта. Яростно колотит в нее кулаками.
О п о л ч е н е ц. Убийцы! Палачи!
Т а г а н. Сапарбай-ака?
Ополченец оборачивается.
О п о л ч е н е ц. Таган? И ты здесь?
С новой силой барабанит в дверь.
Т а г а н. Не надо, Сапарбай-ака.
О п о л ч е н е ц. Чуяло мое сердце… Предупреждал тебя.
Т а г а н. Предупреждали…
О п о л ч е н е ц. Крепко ты меня подвел. Зачем обманул?
Т а г а н. Простите, Сапарбай-ака…
О п о л ч е н е ц. Прощай, не прощай, все равно теперь. А это кто?
Т а г а н. Гюль. В тугае встретил. Мама у нее умерла.
О п о л ч е н е ц. Время такое, голод…
Т а г а н. Что делать будем, Сапарбай-ака?
О п о л ч е н е ц. Помирать будем.
Т а г а н. А наши? Придут, выручат.