Николай Ежов – От фракционности к открытой контрреволюции. Нарком НКВД свидетельствует (страница 36)

Активно поддерживал эту линию на вредительство презренный изменник делу социализма – Радек. Вот что об этом подтверждает со слов Радека его ближайший соратник Сосновский:

«Из дальнейших разговоров с Радеком выяснилось, что террор, хотя и является главным и решающим средством борьбы троцкистско-зиновьевского блока против сталинского руководства, но не единственным.

Радек мне сказал, что в области хозяйственного строительства решено использовать все троцкистские кадры для организации и вредительства, для ослабления хозяйственных успехов руководства партии. Если умелой рукой создать определенные затруднения, диспропорцию в хозяйстве, перебои в снабжении топливом, сырьем, металлом – это должно заметно понизить быстро растущий авторитет Сталина и его штаба, а в нужный и в решающий момент ускорить полную катастрофу сталинского руководства. Руководство вредительской к.-р. деятельностью взял на себя, по словам Радека, второй член троцкистского центра Ю.Л.Пятаков»[176].

Общее руководство и организация разрушительной и диверсионной работы в СССР троцкистско-зиновьевским центром были возложены на члена троцкистско-зиновьевского центра – Пятакова. Пользуясь своим служебным положением, Пятаков начал постепенно подбирать и расставлять своих единомышленников – членов троцкистской организации, на важнейших участках промышленности, создав таким образом разветвленную троцкистскую вредительскую организацию, через которую должна была проводиться вредительская работа.

Вот, например, что сообщил на следствии о директивах Пятакова по организации вредительской работы, активный участник троцкистско-зиновьевской организации – Ратайчак:

«Пятаков совершенно определенно дал мне прямое задание вести работу на срыв оборонного строительства в химической промышленности. Он мне сообщил, что троцкистская организация ведет подрывную работу в промышленности и что мне предстоит осуществить ряд вредительских мероприятий и в первую очередь по срыву оборонного строительства в химической промышленности. Пятаков при этом сказал, что срывом ряда основных мероприятий партии и советской власти в области промышленности, троцкистская организация ставит себе задачу дискредитации ЦК ВКП(б) и советской власти»[177].

В других показаниях этот же Ратайчак рассказывает:

«В начале 1934 года после переделки мною, согласно указания Пятакова, плана строительства 1934 г., Пятаков дал мне поручение вести разрушительную работу на химических предприятиях для срыва выпуска продукции, особенно по минеральным удобрениям.

Пятаков мне прямо сказал: задачей организации является не только срыв нового строительства, но и срыв работы действующих предприятий, т. е. вывод из строя отдельных агрегатов на предприятиях»[178].

Еще один из наиболее активных сторонников Пятакова – Логинов, работавший на Украине в своих показаниях от 9 ноября 1936 года также подтверждает эти факты, останавливаясь на мотивах, которыми руководствовались троцкисты при переходе к методам вредительства. Вот что он говорит:

«На заданный мною Пятакову вопрос о сущности вредительских указаний, полученных от Троцкого, Пятаков сказал мне следующее:

«Вся страна видит огромные успехи сталинской политики во всех областях: в области промышленности, в области сельского хозяйства, в области культуры, воспитания детей и т. п. Рост мощи Советского Союза создает для него весьма устойчивое положение и в области международных отношений. Все это чрезвычайно вредит нашей работе и осложняет возможность нашей победы. Нужно всеми путями подрывать мощь Советского Союза и срывать дальнейшее его укрепление. Других путей, кроме применения системы широкого вредительства, нет. Это нужно понять. Особенно ответственная задача в этом направлении работы возлагается на нас – работников тяжелой промышленности»[179].

Об этом же подтвердил член украинского троцкистского центра Голубенко.

«Указания об организации вредительства в промышленности я получил во второй половине 1935 года в Харькове от Владимира Логинова. Это было незадолго после того, как я перешел на работу в систему НКТП. Передавая мне задания по организации вредительства в промышленности, Логинов тогда заявил, что эти задания исходят от Юрия Пятакова и имеют целью подорвать мощь советской экономики. Вредительство согласно указания Логинова должно быть направлено как в области организации труда на предприятиях, так я в области технологических процессов, обращая внимание на привлечение к этой деятельности вполне надежных и проверенных кадров из среды инженерно-технических работников»[180].

Такие же показания, подтверждающие активную руководящую роль Пятакова в организации вредительства в социалистической промышленности, дает и бывший работник Средуралметстроя Жариков. Вот что он говорил на следствии:

«Необходимо приступить к подрывной вредительской работе в народном хозяйстве СССР, которая разворачивается теперь по всей линии троцкистско-зиновьевской организации»[181].

Это же подтверждает и сам Пятаков в своих показаниях от 14 ноября 1936 г.:

«Указания, или вернее сказать, директива Троцкого, как мне ее передавал Л.Седов, состояла в том, что нам, троцкистам, надо в своей практической советской работе не содействовать, а наоборот, противодействовать укреплению режима.

Конкретно и практически это означало, что надо в народном хозяйстве, в промышленности переходить к методам вредительства».

Пятаков старается широко использовать свое служебное положение для развертывания вредительской работы, подбирая агентов из среды хозяйственников для выполнения этого черного дела.

Жариков, о котором мы уже упоминали, сообщает в своих показаниях следующее о директивах, которые он получил от Пятакова:

«До сих пор – сказал Пятаков – мы сталкиваемся с совершенно нелепым положением: в составе наших троцкистско-зиновьевских кадров, да и кадров правых, тоже имеется не мало крупных хозяйственников, занимающих руководящие хозяйственные посты, а в работе нашей организации это чувствуется совершенно недостаточно. Нередко наши хозяйственники, увлекаясь чисто деловыми хозяйственными задачами, забывают свою основную политическую цель. Создается нелепое, нетерпимое, двойственное положение: с одной стороны, мы усиливаем борьбу против ВКП(б), а с другой – руками наших же людей способствуем укреплению хозяйственного положения СССР и стало быть, тем самым, способствуем упрочению существующего режима. С этим надо покончить. Каждой наш хозяйственник, участник троцкистско-зиновьевской организации, должен вести активную подрывную работу, должен на своем конкретном участке работы способствовать провалу политики ВКП(б) и советской власти. И здесь нечего бояться громких слов. Да, мы идем на подрывную работу – подчеркнул Пятаков – и делаем это совершенно сознательно. Других путей, чтобы подорвать, а затем и свергнуть руководство-нет и не может быть. Только лишь люди, ничего не смыслящие в политике, могут тешить себя иллюзиями, что политика ВКП(б) будет изменена на основе внутрипартийной борьбы. Сейчас нужны более решительные, быстрые и эффективные методы борьбы.

Объясняя мне мою предстоящую роль в организации, Пятаков подчеркнул, что Урал – это 70 % союзной меди. Он далее сообщил мне, что ЦК ВКП(б) и советское правительство, в связи с нарастающей угрозой войны, усиленно бьет тревогу по поводу отставания медной промышленности и мобилизует вокруг этого вопроса партийную и советскую общественность. В связи с этим – добавил Пятаков – я в свою очередь посылаю на работу в медную промышленность наиболее проверенных участников нашей подпольной организации, ставя перед ними задачу срыва программы выпуска меди по действующим предприятиям, максимальной оттяжки строительства, а также пуска новых медеплавильных предприятий. Это – эффективнейший метод борьбы против руководства ВКП(б). «Удар до меди – это острейший удар против руководства»[182].

И нужно отметить, что если центру троцкистско-зиновьевского блока не удалось широко развернуть вредительскую деятельность, то «запасному центру», и в особенности его руководителю Пятакову, вредительская деятельность удавалась успешнее. Члены троцкистско-зиновьевского центра по условиям своей работы находились на таких участках, которые не давали возможности применения широкого вредительства. Пятаков же преступно использовал то доверие, которое ему было оказано назначением его на руководящую хозяйственную работу. Он активно осуществлял план подрыва нашей социалистической промышленности, стремясь насаждать своих сторонников контрреволюционной организации на промышленных предприятиях.

Троцкий и за границей подгонял Пятакова, давая директивы о необходимости всячески форсировать террористическую деятельность, а Пятаков старался быстрее осуществлять эту директиву. Пятаков сам признает в своих показаниях, что:

«В 1936 г., во время моего разговора с Сокольниковым, последний сообщил мне, что через Радека получена директива Троцкого о необходимости форсирования вредительской работы в хозяйстве. Сокольников сообщил мне, что Троцкий считает возможным в этих целях привлечь к вредительству другие к.-р. формирования»[183].

Эта директива Троцкого о развертывании вредительства, о привлечении к этому контрреволюционных реакционных сил всех направлений широко выполняется троцкистами.