Николай Дронт – Тихое баронство (страница 15)
– Кто как хочет. Но поместье в Довизе король заставил Стаха передарить.
– Поняла. А его кремы?
– Это полный восторг и нега для женской кожи. Шепну про кое-что для мужчин. Понимаешь? Но тут надо быть осторожным. Один старичок трех девок разом огулял и помер.
– Моему бы такое подсунуть.
– Что, он уже не…
– Меня уже не! А залезть под юбку какой-нибудь дуре-простушке он очень даже да.
– А у тебя на сердце кто-то есть?
– Как бы тебе сказать…
– Ничего не говори, и так все ясно – тебя надо свести с Тихим.
– Право слово, неудобно… Опять же не знаю, как муж отнесется… И зелий бы мне. Да и для мужа то чудодейственное снадобье.
– С зельями сложнее – их еще надо сварить, а компоненты редки и дороги. Впрочем, я слышала, что буквально неделю или две назад его корабль из колоний вернулся. Ему Лагоз разрешил три раза в год посылать за редкими реагентами и всякими травами. Для прибытку тоже, но этим купец занимается. Так что может сейчас у него что-то потребное появилось.
– Как бы узнать поточнее?
– Отец! Я хочу вернуться в башню и сказать этому Тихому, что он мне совсем не интересен!
– Да? Хм… Капа, что, юноша так эффектен?
– Причем здесь это? Он груб, нагл и совсем не достоин наших милостей!
– Шарли, помолчи! Я не тебя спросил.
– Ваша милость, молодой человек силен, статен и с боевым шрамом на лице. Многим глупышкам такой может сразу вскружить мечтательную головку.
– Я…
– Шарли! Еще одно слово и ты пойдешь к себе.
– Все равно! Я не глупышка!
– Ясно. С остальным, значит, согласна. Капа, что с источником?
– Источник Силы имеется, и он действительно могуч. Немного не нашей направленности, но пренебрегать таким нельзя.
– Как парень отреагировал на малышку?
– Серьезно совсем не воспринял, но, пока она говорила, откровенно ею любовался. Ничего такого, однако, как минимум, Шарлотта ему не противна.
– Зато мне он отвратителен!
– Ясно. Начальная позиция не так плоха. Во всяком случае, обоюдная выгода имеется – нам доступ к его источнику и зарядка амулетов, ему доступ к шахте, где добывают накопители для артефактов. У него гарнизон человек шестьсот, мы ему в приданое добавим гвардейскую полусотню «медведей». От него к нам зерно, от нас к нему меха, лес, деготь, воск, пенька и все такое. Хорошо же! А как моя младшенькая детишек нарожает, посмотрим и будем делить по склонностям к школам.
– Я не хочу… Я его не люблю… Я даже его не знаю!
– Ничего страшного, малышка моя. Познакомитесь. Главное, уважать друг друга, а там и любовь придет.
– Шарлотта, поверь – барон хорошая партия. Для тебя тоже. Он вежлив, не скуп и от него всякий час не воняет перегаром.
– Алиса, вы точно уверены, что Стах не кокетничает, а действительно не собирается становиться моим придворным?
– Да. Но, ваша светлость, вы поймите и барона – когда Тихий писал письмо под диктовку вашего отца, ему пришлось дать некие обещания, а с его магической силой откат просто ужасающий. Вы же его на себе ощутили.
– Ладно. Я поняла. А если его величество отзовет… Нет, так не получится. Хорошо… Плохо, конечно, однако я вас поняла. Вы считаете, что для заключения договора с мужем мне стоит передать печать Зеленоземья кому-то другому?
– Если великий герцог считает это необходимым условием, то нужно над этим хорошенько подумать.
– Я уже подумала – Стах останется вечным Хранителем Печати Зеленоземья, назло Эдмунду. А то как получается? Помните, что случилось, когда я Тихого, еще невестой, из придворных убрала? Жениха послушала.
– Да, конечно.
– Ко мне во фрейлины три девицы отказались идти. Что по салонам про меня болтали? Ничего хорошего. По совету дедушки назначила Тихого своим представителем, а папа предложил хранить в его башне личную казну. Эдмунд и тут подгадил – уговорил меня Стаха с этих должностей снять. Теперь ценные вещи с собой приходится возить, а про дела Зеленоземья никто ничего доложить не может. Где регулярные отчеты? Кто и кому их посылает? Вы знаете?
– Увы!
– Вот! Даже охранители не знают! А при Стахе все как на ладони расписано было. Если его последней должности лишить, что тогда случится? Как-нибудь утром проснусь и узнаю, что без меня указ проштемпелевали и я теперь не герцогиня? Ну, уж нет!
– Ваш муж…
– Не хочет договариваться – не надо. Не здесь, так в Зеленоземье проживу!
– Мне кажется, что не стоит думать о крайностях. Ребенок должен родиться в Айзенерде. Тогда отец его публично признает, народ будет радоваться, а у дворян не возникнут вопросы о наследнике, появившимся на свет в чужом для них герцогстве.
– И пусть! Зато я воспитаю ребенка истинным зеленоземцем. Как я сама!
– Хм, Лаура… Вы когда-нибудь в своей столице, в Зеленом Доле, бывали?
– Вот заодно и побываю. На доходы следующего года замок обставлю, маленький двор заведу. Мне много и не надо. Особенно после Айзенерда.
– Ваш муж тоже рассчитывает на некоторую долю доходов вашего герцогства.
– Пусть. Я даже соглашусь ему уделить то, что останется от обустройства моего жилища. Однако сначала спрошу, куда он дел деньги из моего приданого и доходов прошлого года.
– Вы вполне можете не тратиться, а жить тут.
– Я не чувствую, что здесь кому-то нужна.
– Ваш батюшка…
– Государь больше заботится о детях от мачехи. В его представлении я уже выросла, вышла замуж, то есть отрезанный ломоть.
– Вы не правы.
– Да? Тогда почему за сохранение провизии я должна дарить землю Тихому? Провиант куплен папой, отправляется к Эдмунду, а от моего герцогства отрезается долина!
– Она пуста и неплодородна.
– И что? Зато моя. Я ему уже подарила пустынную долину у озера. За ней начинаются коронные земли, дарите их.
– Ваша светлость! Барон Тихий в опале. Политические соображения и интересы короны…
– А про мои интересы все забыли?
– Давайте не будем горячиться! Вашему ребенку это вредно.
– Вот и не забивайте мне голову ерундой. Мне еще рожать надо. Я про Микаэлу спрошу… Она действительно без ритуала могла умереть при родах?
Следующий день прошел спокойно. Это если не считать реакции на новую библиотекаршу.
Я, конечно, на женщин поглядываю с удовольствием, но бросаться на ту, которую знаешь пять минут… Пусть она вдова и дворянка. Хотя не так – тем более она дворянка. Приказал одеться и вести себя подобающе. По просьбе Лауры принял вдову на службу. Но первым пунктом решил проверить, откуда она, такая бойкая, взялась, а только потом передавать через нее письма.
Кидор позже специально зашел для разговора. По его мнению, для столицы такая секретарша… библиотекарша простовата, но в нашем случае она неплоха и для мужского здоровья полезна. Несколько расстроил слугу, объяснил, что она принята по личной просьбе леди Лауры. Показал письмо и поделился своими соображениями о проверке вдовы. В этом вопросе получил полную поддержку и обещание помощи.
Черныш зашла следующей – и сразу отказалась присматривать за «новой наложницей». Та ей категорически не понравилась – вдовая, старая – около двадцати лет, наверняка не умеет ублажать господина и вообще… С трудом убедил, что Аделаида в таком качестве мною не рассматривается.