Николай Дронт – Отставник (страница 22)
В совещательной комнате, помимо местных служак, сидел эксперт из Городской управы. Оказывается, там есть специальный чиновник, который занимается катакомбами и входами в них из черты города. На совещание он прибыл с рулоном карт. Чин маленький – всего тринадцатый класс. Мундирчик чистенький, но потертый. Однако в глазах горит огонь энтузиаста, знатока и любителя своего дела. Еще пригласили пару городовых, немного в возрасте. Если чинуша из управы занимается больше теорией, то есть рисованием планов, то эти скорохваты скорее практики – ловят по подземельям несунов с товаром, к которому таможня, будем говорить мягко, не смогла приложить гербовую печать с короной и надписью «пошлина оплачена». Еще трое оказались просто начальники, они знают обстановку в окрестностях и настроения здешних обитателей. Лишних людей, сидящих просто для парада, не было. И это очень подняло мое мнение о начальстве околотка, да и вообще обо всей полиции в целом.
Заявил, что точки вноса контрабанды в катакомбы, места схронов и пути проноса товаров меня интересуют исключительно только с одной стороны – с ними рядом не может находиться логово чернокнижников. Те боятся огласки и всячески будут избегать лишних встреч. Если вычеркнуть эти проходы и другие, по которым за деньги водят желающих, то резко сократится район поисков. Полицейские со мной согласились, и следующий час на плане отмечались известные полиции места. Зеленым – пути контрабандистов, желтым – маршруты экскурсий. Синими крестами – точки, где случались несчастные случаи. Красным проходы в некоторые дурные зоны с повышенной опасностью.
Кстати, карта чиновника содержала ходы, не отмеченные на выданных мне планах. Но и на ней были пробелы, которые заполнены у меня. Придется самому, своими руками, объединять оба варианта в один общий. Перепоручить никому нельзя – секретность, понимаешь. Хорошо поработали.
Один из начальников пытался встретиться с представителями контрабасов. У тех есть свои карты, да и знатоки подземелий найдутся. Например, ходит такой парнишка – Афронька. Пацану всего лет десять, но он один из лучших знатоков катакомб. С раннего детства его отец с собой водил, а затем малыш сам стал лазить по проходам. Его бы стоило спросить, он в стороне от основных переходов гуляет, интересно ему. Одна беда – контрабасы капризные, они отказались сотрудничать. Им сообщили, что дело касается не их доходов, а подготовки покушения на государя, но им с полицией говорить западло, вот они и отказались.
Я ставлю вопрос ребром: не хотят по-хорошему – говорите по-плохому. Мальчонка нам не нужен, а вот с взрослых необходимо получить все потребное. Как? Не знаю, но придумайте что-нибудь.
Тут достаю кошель и начинаю выдавать людям на оперативные расходы. Десять дукатов картографу для отрисовки дополнительного набора карт. Двум городовым-скорохватам на амуницию и прочее еще по десятке, а остаток, семьдесят дукатов, всем присутствующим начальникам разом, для сбора информации и оплаты осведомителей. Объяснил: деньги из секретного фонда, болтать посторонним о них запрещено, отчета по тратам представлять не нужно, однако результат обязан быть и быстро.
Как люди прониклись! Заулыбались, заерзали на стульях. Один скорохват пообещал кому-то небо с овчинку, другой стал просто кулаки разминать. Начальники хором заверили: все будет. Только картограф начал было вякать: и половины-то слишком много, но тотчас сдулся под неприязненными взглядами местных. Действительно, чего это он? Дают – бери, бьют – бери и беги. Тем более сказано: фонд секретный, отчета представлять не надо.
Договорились продолжить завтра. Но больше встречать меня не будут, да и я отныне стану заходить без мундира. Один комплект карт взял с собой, картограф успел на него перенести пометки, сделанные на совещании.
На выход меня провожали все участники разговора. У кареты главный спросил:
– Ваше высокоблагородие, какого вы мнения о нашем участке?
Вокруг много посторонних греет уши, потому я свое решение скрывать не стал, сразу ответил:
– Очень доволен. Дорожки аккуратные, столбики красивые, перила чистые. Но главное – паркет у вас прекрасно натерт! Доложу государю о полном порядке в вашем околотке.
С этими словами сел в карету и укатил к себе домой. Сделал, что мог. Узнал много нового и интересного. Дальше пусть полицейские работают. Судя по всему, они справятся. Настоящие профессионалы, честно говоря, я так много узнать не ожидал.
Люди неторопливо, в некоторой задумчивости рассаживались за столом. Теперь не по чинам, а кто где хотел. Опять же чаю запросили на всех. Старший задумчиво промолвил:
– Значит, паркет у нас хорошо натерт? И столбики покрашены?.. Нет – красивые? Да уж… Я вчера на него посмотрел, сразу подумал – волчонок! Да, видать, ошибся – волкодав он, как есть волкодав.
– Ваше благородие, из лагозовских горлохватов он, выходец из его личного егерского полка. «Храбрость» и «Штурм» имеет.
– Сам на планке видел. Повезло нам, господарики мои, что мы волокитить не стали, сразу в работу включились.
– За такие монетки не грех и выложиться! Я, ваше благородие, знаю, кому по физиономии настучу сегодня. Все расскажет, шельма.
– А я…
– Тихо! Поднимаем по тревоге весь состав. Будет мало, у соседей подмоги запросим и в Городской управе.
– Облава? Кое-кто обидеться может… Да и плевать на них с высокой колокольни! Член Государственного Совета приезжал! Накося выкуси-ка! Утритесь и заткнитесь! У нас приказ!
– Не распаляйся. Правильно сказано – не захотели по-хорошему государеву делу помочь, сделаем плохо. Всех шустриков разом хватаем и запираем в холодную. Нашей не хватит, в городскую тюрьму отвезем. Перекроем входы и выходы, которые знаем. На тайники наложим арест.
– Можно и того… с конфискацией. Ну, я так… вслух подумал.
– Я поддерживаю! Уважать больше будут! Ваше благородие…
– Посмотрим. Может, и того… А может, кое-кому придется и приплатить. Не зря на расходы денег дали. Да! Про них никому! Понятно?
– Знамо дело!
– Разве мы без понятия?
– Как детишки говорят – чок-чок, язык на крючок. Кто заговорит, с того пятачок!
– Пятачком не отделаешься!
Вообще-то сегодня среда, а потому по расписанию должен состояться еженедельный большой прием в тронном зале. Но так как он первый в новом году, государь решил созвать на него всех важных людей королевства, причем не только дворян. Тронный зал для таких собраний маловат, поэтому действо намечено провести в бальном и, по ряду причин, в четверг.
Благодаря моим хлопотам оба моих протеже, купец Налор, папа Мимики, и коммерции советник Федул, получили место от делегации простолюдинов. Тесть был очень рад и горд. Федул прислал очередную шкатулку с комплектом изящных женских украшений, на этот раз полностью выточенных из яшмы. Стоимость материалов довольно умеренна, особенно по сравнению с прошлыми его подарками, однако не пара грошей. Зато искусность работы мастера и тонкость подбора камней выше всяких похвал.
Вернувшись домой, сразу позвал Кидора. Подробный разбор ситуации с приглашением в кофейню занял приличное время. Понятно, что Найджел желает примирения со мной. Неста, пожалуй, тоже, но скорее для укрепления влияния при дворе и особенно в Гильдии. Причем второе ей значительно важнее первого. Это следует из подставы с просьбой прислать мои соображения по поводу регламента.
Однако понятно и многое другое. Возможно, действительно у Терезы случилось пророческое видение. Возможно, оно касается нас обоих, ведь я девочке нравлюсь. Но пророчества касаются
Ведь девочка далеко не единственная кандидатура, есть и другие. Одна из которых стала выглядеть значительно лучше. Тут слуга рассказал про грандиозный, только что случившийся скандал. У графа Заозерского сын женился! Ладно без родительского благословления! Ладно без разрешения начальства полка! Такое иногда бывает. Главное – на ком? На актриске! Любовь у них, понимаешь! Причем тут это? Влюбился и люби себе сколько хочешь. Возьми на содержание и любись. Жениться-то зачем? Тем паче полным браком. Даже не конкубиной, а женой брать! Позавчера женился, вчера всем уведомления разослал, сегодня уже общество бурлит.
Даже не будем говорить о том, что женился без разрешения начальства и одобрения офицерского собрания. Из гвардейского полка человека сразу отставили за безнравственность. Актрисочка же до него и другим офицерам оказывала знаки внимания. Это еще мелочи!
В столичный храм пара побоялась идти, там брак едва ли затвердили бы. Через портал ушли в какой-то городок и сочетались в местной церквушке. Дворянина бы священнослужитель не принял, потому жених сказался простолюдином. Фамилию себе взял главного героя из водевильчика, в котором актриска субретку играет. Прямо так и назвался – Ухомашкиным. Представляете?!
Геральдический комитет услышал, сразу в Дворянское собрание запрос послал – сын графа Заозерского действительно из реестра выписался и простолюдином Ухомашкиным стал? Оттуда ответили, что прошения нет, но раз официально сказался простолюдином, значит, так оно и есть. Послали гонца стребовать объяснений. Того молодожены не приняли, сказали, решайте сами, нам все равно.