Николай Дронт – Отставник (страница 23)
Для отца это стало последней каплей. Он отказался от сына. А тому хоть бы что! Говорит, и так проживем. Главное, мы любим друг друга.
Когда дела плохо складываются и основной наследник выбывает из семьи, доля оставшихся детей всегда вырастает. Раньше за младшей дочкой Заозерских, которую не против просватать за меня, давали две серебряные шахты и портовый городок. Что к ним добавят сейчас? Не то чтобы девочка стала более предпочтительной кандидатурой, но в табеле невест произошла некая подвижка. Родители маленькой Терезы будут вынуждены с этим считаться.
Впрочем, я тоже в списке женихов стою не на последнем месте, многие семьи были бы рады породниться с родом Тихих. Кидор сделал многозначительную паузу и признался, что слуги благородных семей часто в курсе намерений хозяев. Кое-кто, не будем называть вслух знатные фамилии, наводил справки обо мне, об образе жизни и управлении землями баронии. Так вот, вывод был сделан самый положительный из возможных.
По поводу прошлых приказов домоправитель тоже все сделал. Некий почтенный господин сильно продулся в картишки. По сему поводу испытывает срочную нужду в наличных. Всего за сто дукатов готов расстаться с розарием. Тот ему «надоел», а мне вдруг «захотелось». Перенос приблизительно двухсот кустов в мое поместье обойдется еще в полста золотых, но занимающийся такими делами волшебник обещает, что всего через три дня кусты приживутся. Причем оплата перевоза, грунт, посадка и все прочее входит в объявленную сумму.
Дорого. Очень дорого. Однако мой ментор счел такую блажь полностью оправданной. Личный розарий иметь престижно и модно. Все, господа которые, заводят цветники для жен и дочерей. У меня при городской усадьбе и то есть с дюжину розовых кустов, как без них? Так что в числе башенных слуг скоро появится садовник.
Еще на мой суд представлены два прекрасных ларца заказанного мною размера. Один розового дерева, другой из сандала. Оба красивы, на обеих тонкая резьба в виде листочков-цветочков. На сандаловом много переплетенных виноградных лоз с дубовыми листьями – этим резчик задумывал показать единение мужского и женского начал. Почему так? Взгляд художника, понимаешь! Второй украшен абстрактным растительным орнаментом, его и выбрал.
На дрова куплена сажень колотой синелистной осины. Она специально на предмет кремации привозится из колоний. Из-за сильного жара и красивого пламени считается самым подходящим деревом для последнего костра богатых особ.
Чувствуется, Кидору очень любопытно, для кого такое куплено, но ни словом, ни взглядом слуга старается не выдать своего интереса. Просвещать не стал, ему не обязательно знать лишнее. Утром запечатаю покупки в свиток и унесу с собой.
Моя конкубинка уехала из усадьбы в свой дом, выделенный ей в приданом. Решила проверить лавку, тоже из приданого, и заняться примеркой платья. Получается, я зря спешил домой. Хотя у меня тоже личных дел невпроворот. Решил потратить вечер на книгу Бертиоса. Полистать, посмотреть, какие там заклинания.
Полистал. Проникся. Такая самоотверженность достойна уважения. Из так себе волшебника, отпрыска семьи рядовых чародеев, без особых задатков и дарований, имея пределом четвертый круг заклинаний, развиться до сильного магистра школы – формально Жизни, но реально Некромантии, это надо сильно постараться. И ведь в качестве начального бонуса, кроме сильного желания и упорства, хотя правильней назвать такое упрямством или упертостью… Так вот, в качестве начального бонуса выступил найденный в семейном архиве свиток с заклинанием Ограниченное Желание. Не слишком великий трамплин для начала пути.
Почему не слишком великий? Давайте подумаем. Желание – заклинание девятого круга, Ограниченное Желание – седьмого. Пусть первое для архимагов, но второе по силам любому магистру. Любому! Нет ограничений на школу, заклинание универсальное. Почему же магистры, а тем паче архимаги не бросаются ими налево-направо? Почему не торгуют свитками, пусть задорого? Почему Кольцо Трех Желаний относится к легендарным артефактам, а не блестит на пальце, не скажу любого богача – любой коронованной особы? Ведь желания имеют все, и многие готовы заплатить огромные деньги за осуществление того самого, заветного… Они готовы и в силах достать любые потребные компоненты, обеспечить необходимые условия, но волшебники не горят желанием обеспечивать рыночный спрос. Возможно, их что-то останавливает? Что? Что вообще может остановить всемогущего архимага, умеющего двигать горы и осушать моря?
Ответ вульгарен: чародеев останавливает стоимость. То, чего нельзя купить за золото, получить от щедрого короля или благодарной красавицы. Обычная простая и всем понятная цена – десять лет жизни заклинателя. Это помимо материальных затрат. Архимагами часто становятся в пожилом возрасте. Жертвовать солидным куском оставшейся жизни желающих маловато. Они скорее хотели бы ее продлить, но тут вступают в силу ограничения. Их тоже хватает.
Например, простая формулировка даст лишь десять лет жизни. Всего. То есть едва вернет затраченное. А сложные формулировки, позволяющие обойти ограничения, весьма ненадежны, трактатами на тему, как правильно формулировать свои желания, можно забить не одну магическую библиотеку.
Первое, что нужно помнить – «и» разбивает желание на части, и какая из них исполнится, решать совсем не вам. Кому? Об этом до сих пор у ученых нет единого мнения.
Выскажите «хочу жить долго и счастливо» и посмотрите, что получится – долгая жизнь в тюрьме вивисектора-экспериментатора или смерть от инфаркта в тот же вечер, в постели жаркой красотки.
Второе полезное знание – желание выполняется наиболее простым и доступным способом. «Хочу получить кучу золота!» – извольте. Вы оказываетесь на куче злата, в сокровищнице самого богатого местного дракона. Хозяин несколько подозрительно, но с неподдельным гастрономическим интересом разглядывает вас. «Хочу, чтобы передо мной лежал лучший артефактный меч, которым я могу пользоваться без вреда для себя», – вот он, красавец! Выйдя на улицу, узнаете, что у короля из сокровищницы украли его любимый клинок, сейчас все маги, полицейские, армия – вообще все ищут вора. Меч тебе не повредит, про остальных речи не было. «Хочу жить вечно» – живи, в собственном гробу, на ином Плане бытия.
Это я рассказал про самые очевидные ограничения, а их значительно больше, и далеко не обо всех я слышал. Впрочем, не все так плохо, некоторые смогли правильно сформулировать желание и так не хило поднялись во мнении волшебников. О них даже книжки писали.
Обычно люди пользуются простыми формулировками и получают простые результаты. Нелегендарный артефакт. Снятие простого проклятия или излечение немагической болезни. Возвращение жизни покойнику, но он должен быть рядом. Если его нет, для получения тела нужно отдельное Желание. Немагический предмет ценой до двадцати пяти тысяч золотом. И все в таком роде. Волшебник может попросить сотворить любое, даже неизвестное ему заклинание. Неизвестное, но доступное – до восьмого круга. Запрещенной школы – до седьмого. Немажеское – до шестого. Немажеское запретное – до пятого. Неплохо, но платить за такое десятью годами жизни…
У Ограниченного Желания возможностей еще меньше, а ограничений еще больше. Однако Бертиос смог четко сформулировать чего он хочет. Причем формулировку своего желания записал первым параграфом книги. Ограниченное Желание дает любое, возможно запрещенное для просителя, возможно даже немажеское заклинание до четвертого круга. Это и было пределом пылкого юноши, который в ответ получил знание подходящего и доступного ему ритуала. С точным соблюдением всех поставленных при формулировании Желания ограничений. Парень
Логично, третьим параграфом шло описание последствий и конечный результат. В процессе проситель имел возможность решающего выбора – принять или отвергнуть предложенные дары. Однако вместе с этим ему кристально ясно показывалось его посредственность и потолок того, чего он сможет достигнуть, отказавшись от предложенного. Редко кто сможет устоять после такого. Юноша не устоял.
Получил много – стал, как я правильно угадал, Анатомом или, как таких еще называют, Белым Некромантом. Кроме стандартных заклинаний Темного Искусства обрел знания, изложенные в некромантской книге по анатомии «Строение человеческого тела», вместе с навыками хирурга, правда, скорее химеролога. Научился в совершенстве сражаться ножом, больше похожим на ланцет. Мог «вспомнить» и дословно воспроизвести книгу доктора Элландры Толберт. Может, и не самой известной белой некромантки, но вполне готовой служить примером юноше, только вступившему на этот извилистый путь.
В качестве морковки узнал о существовании книги бывшей владычицы королевства мертвых Казерабет. «Искусство некромантии» – фолиант с полезными заклинаниями белой и серой некромантии, со способами создания и перезарядки некромагических артефактов, описанием видов нежити и многими, многими другими полезными знаниями.