Никодим Святогорец – Благонравие христиан или о том, как подобает и как не подобает поступать христианам (страница 27)

Размышления

Игры вызывают раздоры между супругами

Во-первых, игры порождают недоразумения, ссоры и разногласия между супругами; распри между отцами и детьми, изгнание сыновей и рабов из дома их отца и господина. Подтверждением тому служит Священное Писание. В 21-й главе Бытия мы читаем, как Исмаил играет с Исааком, досаждает Сарре и этим вынуждает Авраама изгнать Исмаила из дома вместе с его матерью Агарью, рабыней Авраама: «Видев же Сарра сына Агари египтянки, которого она родила Аврааму, играющим с Исааком, сыном своим, сказала Аврааму: изгони рабыню эту и сына ее... и явились эти слова весьма жестокими пред Авраамом о сыне его» (Быт.21:9–11). Вот так [простая] игра породила озлобление в семье, до той поры довольно мирной, Богом облагодетельствованной и благословенной.

Игры приводят к дракам и убийствам

Во-вторых, игры вызывают злые помыслы, драки, убийства и кровопролитие. В этом убеждает история из второй главы Второй книги Царств. Из нее мы узнаем, как однажды встретились у озера в Гаваоне два полководца. Один был Авенир, начальник войска Иевосфея, сына Саула, со своими воинами. Другой — Иоав, начальник войска Давида с Авессой и Асаилом, его братьями, тоже со своими воинами. Когда они сидели вместе, Авенир велел молодым воинам поиграть и позабавить их. «И сказал Авенир Иоаву: пусть встанут юноши и поиграют перед нами» (2Цар.2:14). Те встали перед военачальниками и принялись играть. Теперь посмотрите, как плачевно все закончилось. Когда воины начали игру, то помешались умом, и двенадцать юношей Авенира и двенадцать Иоава убили друг друга. Зло на этом не закончилось. Между войсками разгорелась настоящая битва, которая приумножила число убитых. «И произошло в тот день жесточайшее сражение» (2Цар.2:17). Авенир, увидев, что происходит, бежал. Асаил, брат Иоава, бросился за ним в погоню. Когда он настиг беглеца, получил удар копьем в спину и умер. Иоав и Авееса, увидев гибель брата, погнались за Авениром и его войском. Сражение продолжалось до заката солнца. В сражении войско Авенира потеряло триста шестьдесят убитых, у Иоава — девятнадцать.

Игры, особенно карты, порождают много зла

В-третьих, игры приводят к клятвопреступлениям, богохульству, лжи, гневу, убийствам, оскорблениям, сквернословию, превращающихся в запутанный клубок многих зол. Особенно этому способствует проклятая Богом игра в карты. Где карты, там — о Господи помилуй! О, кто в силах вытерпеть, слыша, как картежники сыплют клятвами, точно семечками? Как они распаляются гневом и приходят в ярость и становятся словно одержимые! Утратив всякий страх Божий, они разевают свои болтливые пасти, изблевывая хулу на Господа, на веру, на святых с большей дерзостью, чем неверующие и бесы. Как они бесчинствуют и орут! Как выходят из себя от злости, особенно когда не выигрывают, а все больше и больше проигрывают. Такие игроки, особенно картежники, приходят в совершенно безрассуднейшее состояние, что несчастные добровольно отдают себя в рабство, позволяют связать и продать себя кому угодно, как скотину. В 14-й главе «Политического театра» мы читаем о том, что в древности немцы докатились до дикости, играя в карты с невероятным отчаянием. Выигрывали они или проигрывали, сражались до конца. Стремясь сохранить свое имущество, несчастный ставил на карту даже собственную свободу, надеясь отыграться. Если он проигрывал, то становился рабом победителя. Кем бы он ни был — молодым, сильным и благородным, позволял победителю связать себя и продать, как раба, кому попало. Вот какие ядовитые плоды! Вот какие печальные последствия игр!

Игроков сравнивают с ворами

В-четвертых, игры, ко всему прочему, всегда становятся причиной того, что государственные должности зачастую занимают злодеи и развратники. Из них один становится правителем, другой — полководцем, третий — еще каким-нибудь важным лицом. А вследствие этого пустеют города и целые области, множество душ гибнет и идет в ад. Вот почему мы находим в истории повесть о том, как английский король Генрих назначал наиболее недостойных людей нагосударственные должности при одном условии: если они честно играли в карты. Прав был мудрый Аристотель, когда причислял к ворам корыстолюбивых, алчных, картежников и прочих игроков. «А вот, — говорил он, — игрок в кости, вор одежды в бане и разбойник тоже относятся к скупым, ибо их нажива позорна» (Никомахова этика. 4,3).

Поскольку воистину они тоже воры, лучше сказать даже хуже воров. Ведь разбойники и воры работают грубо и явно, и каждый может уберечься от них. Игроки же, особенно картежники, действуют скрытно и очень хитро, похищая из карманов чужие деньги без насилия. Поэтому божественный Златоуст был вынужден сказать, что игры вызывают не только богохульства, убытки и злобу, но и приводят к гораздо более страшным порокам. «Страсть к игре в кости часто производила богохульства, убытки, злобу, ругань и бесчисленное множество того, что гораздо хуже этого» (Беседы о статуях. 15). В книге «Грешных спасение»[75] рассказывается, сколько зла причиняет именно игра в карты. Позволю себе сказать, что эти дьявольские затеи охлаждают благочестие, убивают страх Божий, лишают божественной любви и опускают несчастных людей до крайней степени религиозного равнодушия и апатии. Они посвящают страстям дни и даже ночи напролет, а в Божий храм ни ногой — ни на вечерню, ни на утреню, ни на литургию, как велит христианский долг.

Какой вред игры наносят зрителям и как у нас называют ипподромы и театры

Сатанинские игры причиняют одинаковое зло как участникам и устроителям, так и тем, кто с радостью смотрят такие зрелища. Тот, кто следит за игрой, подобным же образом вредит своей душе, ибо видит нечестивые безобразия, похотливые лица, страстные движения, слышит грязную брань, богохульства, ложь, пошлость и насмешки. Проще говоря, зрители этих затей всеми своими чувствами сами вонзают в сердце бесчисленные жала сладострастия и вреда, чем убивают свои несчастные души. Они заражаются ослаблением благочестия, утратой страха Божия, нерадивым отношением к Христовым заповедям и в конце концов опускаются до высшей степени отсутствия страха Божиего и пренебрежения к собственному спасению и забвению Божиего Суда, о котором слышим мы за утреней и Божественной литургией. В Божий храм они не ходят, чтобы помолиться и исполнить свой христианский долг, но, едва забрезжит рассвет, спешат в притон или на ипподром наслаждаться дьявольскими затеями, сатанинскими зрелищами звериных боев. Так у них весь день проходит без молитвы, без Бога, как у нехристей и нечестивцев. О! Как можно удержаться от слез при виде того жалкого состояния, до которого докатились христиане! Златоуст совершенно справедливо называет ипподром, где проводят скачки безмозглых лошадей, «сатанодромом плотского лукавства» (Слово о цирке), а места, где играют в шашки, кости, карты, мяч, камешки, устраивают состязания и бои животных и прочие безобразия, — всеобщим училищем разнузданности, публичной школой блуда и прелюбодеяния, престолом и седалищем развратников, пристанищем, преисполненным всякой заразы, Вавилоном, адским огнем и прочими страшнейшими и позорными прозвищами. Христиане, по словам Златоуста, тоже не получат никакой пользы, если во время Великого поста займутся упомянутыми игрищами или станут ходить на подобные зрелища. «Какая выгода постящимся ходить на зрелища беззакония, посещать общее училище безстыдства, публичную школу невоздержания, восседать на седалище пагубы? Да не погрешит тот, кто сцену — это пагубнейшее место, полное всякого рода болезней, эту вавилонскую печь — назовет и седалищем пагубы, и школою распутства, и училищем невоздержания, и всем, что ни есть постыднейшего. Действительно, дьявол, ввергнув город в театр, как бы в какую печь, затем поджигает снизу». (О посте, сказанная в шестую неделю святой Четыредесятницы).

На играх гибнут зрители

Не хотели бы вы узнать, что смертью наказываются не только игроки и устроители игр, о чем уже упоминалось ранее, но и те, кто приходит просто посмотреть на них? Следуйте за мной. Мы отправляемся в Палестину. Там в одном большом доме собралось около трех тысяч иноплеменников, мужчин и женщин. Они пировали и прославляли своего бога Дагона[76] за то, что тот предал в их руки злейшего врага — Самсона.

Там же в темнице томился этот храбрый и несчастный, презираемый всеми ослепленный Самсон, которому они выкололи глаза. После того как иноплеменники поели, попили, повеселились, им захотелось поглумиться над ослепленным пленником. Они велели привести его из темницы. Когда узника привели, они приказали ему позабавить и рассмешить их какой-нибудь игрой. И Самсон стал играть, а они били слепого по лицу: «И тогда развеселилось сердце их, сказали: позовите Самсона из дома темничного, пусть он играет пред нами. И призвали Самсона из дома узников и играл пред ними, и заушали его» (Суд.16:25). Все зрители, мужчины и женщины, столпились на крыше огромного дома и смотрели сверху вниз на презренного пленника, который стоял между колоннами и играл для них. «Дом же был полон мужчин и женщин; там были все владельцы Филистимские, и на кровле было до трех тысяч мужчин и женщин, смотревших на забавляющего их Самсона» (Суд.16:27).