Никита Цой – Вдохновенные (страница 12)

– Ты будешь ходить с этим? – поморщилась её подруга. – Ужас, праздник же!

– Праздник – это когда ничего не сломалось, – вторила словам отца Лисса, после чего смущённо опустила взгляд. – Здравствуй, Хено.

– Ага, привет, – буркнул тот, оценивая взглядом её внешний вид. – У тебя руки хоть когда-нибудь бывают чистыми? Есть такая штука, мыло называется.

– Вот и вымой с ним свой язык.

Ханна фыркнула, закатив глаза – опять эти двое собачатся. Элиссандра совершенно не нравилась Хено, ведь имела привычку при любом удобном случае дразнить его. Иногда тот действовал на опережение, что только подливало масла в огонь.

– Хватит вам, сегодня же праздник! – звонко проговорила Ханна и снова мотнула косой.

Ей нравилось это делать. Голубая лента вновь чирканула по лицу Хено. Тот чихнул. Посмотрел в небо, прищурился. Чихнул ещё дважды.

Сам виноват – его была идея. Ханна сильно завидовала подруге, что у той коса гуще, красивее, и потому Хено придумал простое и эффектное решение с лентой, чтобы порадовать сестру и одновременно поставить на место зазнавшуюся Лиссу.

– Вот именно, Ханна, праздник! – заявила Элиссандра. – Пошли чудеса смотреть!

– В бездну вековников! – вмешался Хено. – Если хочешь, иди смотри их чудеса, а мы будем гулять.

– Ладно, ступайте. Может, и не увидимся уже. Я ж ненадолго совсем вырвалась.

– Хено, давай с собой её возьмём, ну пожалуйста, – Ханна состроила расстроенную гримасу. – Ты ведь постараешься не действовать на нервы моему брату, Лисс? – она выразительно посмотрела подруге в глаза, намекая, что если та хочет пойти с ними, придётся держать себя в руках. А затем обернулась к Хено. – А ты не будешь ссориться с Лиссой, верно?

Он закатил глаза, но отказать сестре не мог.

– Идём, лавка мастерской Гилдена должна быть где-то тут! – Ханна, с присущей ей лёгкостью и задором, увлекла всех за собой.

– Опять твои насекомые! У меня до сих пор мурашки, когда того паука вспоминаю.

Ханна уже не слушала брата, ведь, наконец, нашла то место, которое её так интересовало. Оттуда разливался звонкий смех детей, облепивших шатёр с игрушками.

– Хено, глянь-ка! – она указала на украшенную разноцветными лентами лавку, где старый телом, но вечно молодой сердцем мастер Гилден вертел в руках механического жука.

Тот щёлкал крошечными клешнями и дёргал лапками, вызывая у оравы детей восторженный смех. Замысловатые, сложные механизмы игрушки ярко блестели на солнце и выглядели слишком дорого.

– Я бы хотела себе такого.

– Это же детская игрушка, Ханна.

Хено не понимал странного влечения сестры к жукам, насекомым и прочей жуткой мелочи. Однажды она принесла огромного паука, держа его прямо на ладонях. Хено тогда не разделил её восторга, взяв с сестры обещание больше никогда не носить в дом всякую живность, которую та считает милой.

– Эта игрушка, – Лисса сделала акцент на последнем слове, – стоит целого года моей работы в мастерской. Смотри, корпус из латуни, пружины ручной работы. Не детская это безделушка, если честно.

– Такого не засунешь под подушку, – подхватил юноша, стараясь вытянуться посильнее, чтобы загородить собой обзор на лавку.

Безуспешно – младшая сестра была на полголовы выше него.

– Ну давай хотя бы посмотрим! – Ханна потянула его сильнее.

– Эй, – он мягко остановил сестру, удержав за руку.

Потом поймал её взгляд и, убедившись, что его точно слушают, медленно произнёс:

– Яблоки в карамели, помнишь? – задорная улыбка тронула его лицо. – На голодный желудок я гулять не буду. Сначала – еда, а потом тащи меня куда хочешь.

– Тебе лишь бы набить рот, – подала голос Лисса. – Лучше б вековников посмотрели.

– Ты ж хотела, чтобы я замолчал, Элиссандра.

– Почему вы двое вечно ругаетесь?

– Её спроси.

Ханна ждала очередного колкого ответа от подруги, но та промолчала, видимо, вспомнив о своём обещании. Это что, румянец? Странная она стала, аж на два года старше, а ведёт себя, как ребёнок. И Хено вечно недоволен, что она таскается с ними. Они же оба любят что-нибудь помастерить, но Лисса… почему-то вечно называет его наработки хламом. Конечно, её механизмы на порядок лучше. Однажды она из старого чайника и пары трубок сумела собрать масляную лампу, которая горела потом целый месяц.

И всё же подругу надо поддержать. Отец и так держит её в мастерской, не выпуская даже в праздники.

– Ты жуткий зануда, знаешь об этом? – с легким укором бросила она брату.

– Я догадывался, – закончил разговор Хено, понимая, что в любом споре он будет в меньшинстве.

Толпа стала реже, и они смогли ускориться.

Лисса что-то тараторила на фоне, возможно даже пыталась, в своей манере, поддеть Хено, но тот не слушал.

В моменте он услышал знакомый каждому мальчишке щелчок тетивы – где-то рядом работал тир. Парень не изменил направление, чтобы не дать сестре поводов для злорадства. Но мальчишеский азарт уже захватил сознание юнца, и он пытался выглядывать поверх толпы, в надежде найти взглядом заветный аттракцион.

Ещё щелчок! Восторженный крик стрелка, попавшего точно в цель!

– Дай разок стрельнуть! – кричал его товарищ.

Ага! Вон там, у храмовых стен!

Записав в уме направление для дальнейших гуляний, Хено ускорил шаг, направляясь к лавке со сладостями.

– Подожди!

– Ну чего ещё, Ханна?

– Давай ты на пару минут забудешь о своём желудке, – она указала пальцем на тир, после чего шепнула ему на ухо: – Хочу жука!

Хено присмотрелся. И правда, среди призов виднелся тот самый механический жук.

– А ты наблюдательная, когда тебе нужно.

– Я знаю, ты хочешь пострелять сильнее, чем съесть дурацкое яблоко. Выиграй жука, пока это не сделал кто-нибудь другой. Он там один только. Давай, для тебя это раз плюнуть.

– В прошлый раз у него ж ничего не вышло, – встряла Лисса.

– Я тогда просто отвлёкся.

– На что?

– На кое-кого, кто всё время болтает.

– Не выдумывай, Хено.

– Я был младше, а арбалет был большой и тяжёлый.

– Отговорки!

– Элиссандра! – Ханна зыркнула на подругу, веля ей умолкнуть.

Та закатила глаза, но всё же перестала донимать парня.

Хено раскраснелся от того, что сестре пришлось заступаться за него.

– Выиграй жука, братец. Пожалуйста! – не отставала Ханна, а затем с хитрой улыбкой добавила, – Если выиграешь, куплю твой любимый слоёный пешталь.

Это уже было серьёзной ставкой, перевешивающей любой голод.

– Ну хорошо. Но потом я всё равно куплю себе яблоко!

– Ты же ненавидишь даже запах яблок.

– Я люблю карамель!

Возле тира было уже не так много желающих пострелять. Компания мальчишек только что потратила все свои деньги в попытке выбить банки на время, чтобы впечатлить подружек.