Никита Лужбин – КУБ. Вариант 14 (страница 1)
Никита Лужбин
КУБ. Вариант 14
КУБ. Вариант 14
Вариант 14.
Perm, Russia
2026
ОГЛАВЛЕНИЕ
Авторское предисловие
Пролог: Загрузка
ЧАСТЬ 1: ЖИЗНЬ ЗДЕСЬ
Глава 1: Он
Глава 2: Искусство
Глава 3: Тишина
Глава 4: Отражения
Глава 5: Сектор М
ЧАСТЬ 2: СВЯЗЬ
Глава 6: Слияние
Глава 7: Объект М-1
Глава 8: Копия
Глава 9: Точка сбоя
Глава 10: Последнее искушение
ЧАСТЬ 3: СОЮЗНИК
Глава 11: Сигнал
Глава 12: Выбор
Глава 13: Они
Глава 14: Последний приют
Глава 15: Последнее осознание
Эпилог: Сброс
Авторское послесловие
Об авторе
Авторское предисловие
Представьте мир, где больше не больно. Мир, где горе стирается одним нажатием кнопки, а страх заменяется вечным покоем. Звучит как спасение, не так ли? Мы все иногда мечтаем нажать «удалить» на самых тяжёлых воспоминаниях. Забыть момент предательства, утраты или собственной слабости. Но у любого рая есть цена. И валюта в этом раю — ваша душа.
Что останется от человека, если вынуть из него всю боль? Пустая, гладкая оболочка, которая умеет только улыбаться.
Эта история — не о том, как сбежать из ловушки. Это история о том, как перестать хотеть в ней оставаться. О человеке, который оказался в стеклянном лабиринте системы КУБ.
Ему предлагают милосердный выбор: отказаться от мучительной вины и стать «улучшенной» версией себя. Счастливой, весёлой, ничем не обременённой, но пустой.
Он отказывается, потому что понимает страшную истину: наши шрамы, наша вина и наши слёзы — это не ошибки судьбы. Это единственное доказательство того, что мы когда-то любили и чувствовали по-настоящему. Без боли не бывает любви. Избавиться от неё, значит предать память о тех, кого ты потерял.
«КУБ. Вариант 14» — это леденящий душу психологический триллер о границах человечности. О том, как далеко готов зайти человек, чтобы защитить право на собственные шрамы, и какой ценой даётся право называть себя живым в мире, который предлагает только комфортное небытие.
Читайте внимательно. Делайте свой выбор. И помните: боль — это не то, от чего нужно бежать. Боль — это то, что делает вас настоящим человеком.
Пролог: Загрузка
Человеческое тело, застывшее в позе, которую принимают лишь те, кого вытащили из-подо льда спустя неделю, лежит на полу стеклянного куба. Оно на грани сна и смерти. Задержалось между вдохом и забвением.
Руки прижаты к груди, пальцы скрючены, будто держались за что-то очень долго. Лицо бледное, с сетью мелких морщин от обезвоживания. Щёки ввалились, а борода покрыта инеем, как в сильный мороз. На виске проглядывается шрам, почти слившийся с кожей. Тонкий след от катетера виднеется на запястье. Глаза открыты, а в глубине зрачков блестит искра, как упрямый огонёк, который отказывается гаснуть, даже когда мозг почти умер.
На нём потёртый тёмно-серый свитер с крупной фактурой. На шее толстый серый шарф с потрёпанными краями и короткой бахромой. Свитер не соответствует этому месту. Он больше подходит к зимнему парку тёплой зимой. К катанию с горки на детских санках или к утреннему завтраку на кухне после пробежки, когда тебе тепло и лень раздеваться.
На левом рукаве высохшее пятно от кофе. На правом маленькая дырочка, прожжённая костром прошлой весной. Из кармана тёмных плотных штанов, слегка засаленных на коленях, выглядывает деревянная ручка стального складного ножа. На ручке выжженная буква «А». Жена подарила его ему на день рождения.
Его грудь медленно поднимается, сердце бьётся, мозг работает. Сейчас в него вливают жизнь, эмоции, воспоминания. То, что начинается с аромата кофе и детского голоса.
Но все это всего лишь симуляция и первая ниточка лжи и обмана.
День 1. Утро.
— Папа!
Голос звучит как первый лучик солнца.
— Блинчик прилип к потолку!
Он пока еще не может пошевелиться. Но чувствует, как рука маленькой девочки, тянет его за рукав. Щёку касается тёплое дыхание с привкусом малины. В нос ударяет запах жареного тоста и аромат свежесваренного крепкого утреннего кофе. Где-то за спиной звенит ложка о фарфор — женщина накрывает на стол и смеётся. Её смех яркий, но немного хрипловатый. Видимо это его жена и дочь.
За окном серое дождливое утро, капли воды медленно ползут по стеклу. На подоконнике стоит горшок с увядающей геранью. На стене висит календарь с изображением гор, перевёрнутый на июль.
За столом сидит маленькая девочка. На вид ей около семи лет. В памяти мелькает, что её зовут Аня. Рыженькие волосы, собранные в хвост, перевязанный резинкой с единорогом. Царапинка на коленке, которая до сих пор не прошла, когда она пару дней назад упала с велосипеда. Она всегда смеётся, если чего-то боится и плачет, когда хочет быть услышанной.
Аня целует его в щеку и звонко говорит:
— Я тебя люблю больше всех.