Никита Бондаревский – Дети Андрима (страница 4)

– Я приказываю всем лордам и командирам собрать своих людей и вести их к Саддаларскому морю. Мои люди из Порта Бремон уже пришвартовали корабли у берегов наших, а потому мы готовы переплыть это море и атаковать Яхстроф, одну из столиц Мирдании, главного королевства скельдов!

В Мирдании, как и в других королевствах севера было по четыре столицы, четыре короля правили одним королевством, что могло показаться странным, но на тот момент скельды ещё не пришли к тому, чтобы всем королевством правил один король, а потому в разных частях Мирдании, были разные правила и разные указы. Люди присягали тем королям, чьи города находились ближе к их жилищу, или же к тем, кто, по их мнению, был больше достоин подобного титула по происхождению и поступкам.

Ликование не прекратилось, всё так же воодушевленно люди зашевелились и направились к выходу из Грандхауса. Король же из последних сил спустился сам и приказал подать ему карету, дабы он смог отдохнуть в дороге и набраться сил перед плаванием.

Спустя два дня и еще пару солнечных бликов, Армия юга дошла до Саддаларского моря и занялась подготовкой к отплытию. По пути ничего особенного не произошло, а король слегка восстановил силы и впервые за долгое время нормально поел. Подготовка шла долго, ибо десять тысяч воинов это не две сотни. Численность войска вселяла королю надежду на победный исход предстоящей битвы. Глубоко внутри Виатред понимал, что у Эорека не может быть столько же людей, да и вряд ли они вообще ждут нападения.

Спустя довольно длительное время, все пятьдесят семь судов были готовы к отплытию. Такого количества кораблей в одном месте, ильдены ещё не видели. Но, откуда у Альдрена столько кораблей? Довольно давно Альдрен помогал соседней стране Дальфии в войне против западных краёв. В основном все сражения проходили на воде, поэтому нужно было много кораблей, и королевство Альдрен, построило немало судов, из которых уцелело меньше половины, ибо бои там шли ожесточённые, да настолько, что воды в тех краях навсегда окрасились в бордовый цвет крови, за что они и называются «Красные Воды». Тем не менее всё шло так, как Виатред и планировал, и корабли уже отчалили, а скельды по мнению Виатреда ничего и не подозревали, но это не совсем так. У северного народа очень хорошо развита морская разведка, и каждый день в море выходит маленькое наблюдательное судно, дабы следить за горизонтом и докладывать в Яхстроф, в случае угрозы, что, собственно, и произошло в тот день.

***

Стоя на обзорной вышке, Хёрмунд увидел двух всадников, стремительно мчавшихся в Яхстроф. По одежде он понял, что это были моряки, видимо они что-то увидели.

Спустившись с вышки и дойдя до ворот, Хёрмунд приказал смотрящим открыть их, что стражники и сделали. Не видя препятствий, всадники стрелой залетели внутрь, и через какое-то время стук копыт был уже слышен по всему городу. Всадники доскакали прямиком до дома королей, на пороге которого сидел Эорек вместе со старостой города Эйландом. Эорек, завидев всадников, приметил на одеждах всадников символ в форме якоря, который пожирает акула, и понял, что это наблюдатели из морского городка Байос.

– Король Эорек, у нас для вас есть важнейшее донесение.

– Говори.

– Нами было замечено пятьдесят семь кораблей неприятелей, и по нашим расчётам, они прибудут к берегам Мирдании через два дня, рано утром.

– Пятьдесят семь? Сколько же там воинов?

– Мы думаем, что больше, чем пять тысяч воинов.

– Позовите Хёрмунда сюда, недовольно крикнул Эорек, в его голосе чувствовалась тревога.

– Я уже здесь Эорек.

– Ты же сказал, что ради своего сына он пойдёт на сделку!

Эорек, скрыв от Хёрмунда информацию, только что полученную от наблюдателей, тут же набросился на него с обвинениями.

– Ты о чём?

– О том, что пятьдесят семь кораблей плывут к берегам моего королевства, неся на себе великую армию, с которой нам не справиться одними лишь силами Яхстрофа!

– Корабли?

– Этот человек на стал бы мне врать, в данной ситуации, я больше доверяю ему, чем тебе. Ты не тот, что был, ты размяк, Хёрмунд.

– Должно быть Виатред совсем лишился рассудка, раз угроза жизни единственному сыну его не остановила, а напротив, побудила собрать армию.

– Мне уже всё равно, что там у него произошло, твой план не удался, друг. Что прикажешь делать теперь?

– Жечь, недолго думая ответил Хёрмунд

– Что?

– Жечь их на берегу.

– И как ты собираешься сжечь их?

– Мы возьмём мешки для зерна, заполним их пухом, соломой и свиным жиром, а также вымочим мешки в этом же жире, и они будут гореть даже под водой. Мы закопаем мешки в прибрежной зоне, создав целую линию из подобной ловушки и присыпем их песком, но так, чтобы не закопать мешки целиком, чтобы они могли загореться, а когда ильдены сойдут на берет, мы с помощью огненных стрел подожжём мешки и весь пляж затянет пламенем. Это посеет панику в стане противника, и воспользовавшись этим мы уничтожим их!

– Молись, чтобы это сработало. Отдай приказ. Мешков должно быть много, очень много.

Все подчинённые начали срочно выполнять приказ Эорека, но у того в голове были ещё две идеи. Первая – отправить гонцов в ближайшие города для просьбы о помощи. Вторая идея- манипулировать Виатредом и тянуть время используя его сына, ведь младенец ещё жив и здоров и находится в доме матери, где дети, чьи родители их бросили, жили там под присмотром женщин, которые хотели иметь детей, но не могли. Так, за сыном Виатреда решила заботиться одна молодая девушка, Гвира. Она была к нему очень добра и мила, в добавок ко всему, Хёрмунд её запугал, сказав, что, если с мальцом что-то случится, ей не сносить головы. Сам же Хёрмунд питал к мальчику очень тёплые чувства, и с каждым часом он думает о его жизни всё больше и больше.

– Хёрмунд, позови Гвиру, пускай принесёт отпрыска.

– Зачем он тебе?

– Не беспокойся, я не причиню ему вред, только если, не возникнет нужда.

– Не смей трогать мальчика!

Эти слова сбили Эорека с толку, ибо он думал, что Хёрмунд пёкся о нём только ради того, чтобы тот дожил до прибытия его отца, чтобы использовать его как предмет торговли, но нет, Хёрмунд сам начал питать к мальцу чувство жалости.

– Ты что же это, отцом стать решил?

– Ребенок ни в чём не виновен, он и так практически сирота, Виатред его уже не получит обратно в любом случае, а в этом ребенке течет пускай и не наша, но королевская кровь и, если ты вырастишь его как собственного, однажды он станет величайшим ринном скельдов.

– Чтобы ильден взошёл на трон севера? Ты себя вообще слышишь?

– Какая разница кто он по рождению, если он вырастет среди нас?

– В нём их поганая кровь, я никогда этого не сделаю!

– Наша кровь также красна, как и у них.

– Это ничего не меняет!

– Тогда, как всё закончится, и, если мы выживем, дай мне опекать мальца, я выращу из него настоящего скельда!

– Ладно, ты в праве делать что хочешь, он мне безразличен, но, когда его отец будет под моими стенами, я за себя не ручаюсь.

– Смерть Гилтреда не изменит ровным счётом ничего, а если ты так хочешь разбить Виатреда эмоционально, возьми из дома матери младенца по имени Грагки. Он на пару месяцев младше Гилтреда, разницы особо не видно. Ребенок родился слепым и с деформированной правой рукой, в этом мире ему будет трудно выжить.

– Что же, если тебе так дорого это дитя, можешь прямо сейчас забрать его и убраться подальше из Яхстрофа.

– Не говори так, я остаюсь тут, рядом со своим королем и народом.

После того как Хёрмунд сказал это, между старыми друзьями возникло неловкое молчание, оба не знали, что чувствовать, гнев, обиду, или безразличие. Во всяком случае это сейчас не так важно, ведь с каждым мгновением враг всё ближе, а потому надо доставить подготовленные мешки к берегу. Этим сейчас занималась половина всего Яхстрофа, другая же подготавливала оборону города, натачивала топоры, мечи, делала стрелы и натягивала тетиву на арки. Весь город был в работе, ибо ситуация была серьезная. Гонцов, кстати, Эорек послал сразу же, так что, если потянуть время, то тогда придёт подкрепление и поможет сдержать натиск. Но хватит ли им сил, чтобы справиться? Ответ на этот вопрос знали только боги, ибо они для каждого уготовили свою судьбу.

Ближе к вечеру половина всего Яхстрофа покинула город, другая осталась внутри для защиты города и прикрытия союзных войск при отступлении. Следуя к цели на значительном расстоянии друг от друга, Хёрмунд и Эорек разговор больше не возобновляли. Разлад бывает у всех, примирение придёт, а сейчас главное было сосредоточиться на предстоящей битве. Вышли скельды в вечер, чтобы за ночь успеть добраться до берегов и подготовить ловушку, дабы к утру быть готовыми к нападению.

Уже начало показываться светило, и северяне поняли, что скоро будет совсем ярко, а это значит, что враг скоро появится на горизонте. Уставшие после длительных работ по закапыванию мешков, они и не заметили, как показались корабли врага.

– Смотрите! Закричал один из воинов.

Остальные бросили пристальный взгляд туда, куда показывал этот воин и увидели корабли, их было так много, что. казалось, ими покрыто все водное пространство. Многие ужаснулись при виде этой флотилии, да что там многие, сам Эорек, не подавая виду, запаниковал.

– Так вот, как выглядит приближение погибели! Голос Эорека был хладен, как и обычно, но слегка дрожал.