Ники Вейлен – Потеряв всё, не потерять себя (страница 37)

— Я с тобой.

В туалете Вира внимательно посмотрела на меня:

— Ты в порядке?

— Мне… просто жаль Мэтта, — сказала я. — Он пережил страшную потерю.

На её лице мелькнуло сомнение, но она лишь кивнула:

— Подожди минутку, мне правда нужно в туалет, — подмигнула и скрылась в кабинке.

Я вымыла руки. Ледяная вода чуть отрезвила. Металлический блеск крана, ровный шорох — всё это на секунду показалось безопасным.

Я вышла в коридор и встала у стены, собираясь подождать её у двери. И вдруг услышала голоса. Узнала мгновенно: Мэтт и Брэд.

— Она не такая, как кажется, — голос Брэда был резким, почти обвиняющим. — Она врёт тебе.

— Не неси бред, — зло отозвался Мэтт. — Не лезь к ней.

— Ты ослеп. Тебя сносит от её внешности, но ты не видишь очевидного: она не та, за кого себя выдаёт.

— Повторяю в последний раз: ты ошибаешься. И не подходи к ней, — в голосе Мэтта прорезались угрожающие нотки.

Слова били по нервам, как ток. О ком они говорили? Обо мне?

Их шаги отдалились, голоса стихли. Я осталась одна, прижавшись спиной к холодной стене.

— Эй, пойдём? — голос Виры выдернул меня из мыслей. Она вышла, поправляя волосы. — Ты бледная. Что случилось?

Я покачала головой, натянула улыбку:

— Всё нормально. Пошли.

Когда мы вернулись к столику, разговор сразу же оборвался, как по щелчку. В воздухе повисло напряжение. Мэтт и Джек поднялись и помогли нам сесть. Внутри всё будто застыло в ожидании чего-то ещё.

— Всё в порядке? — спросила Вира.

— Конечно, детка, — ответил Джек, улыбаясь.

— Джек, — вздохнула она, — это уже раз сто за вечер. Перестань называть меня «детка», я серьёзно.

Ребята засмеялись. Смех был немного фальшивым, как плохо сыгранный дубль.

Я посмотрела на Мэтта. Он улыбался, но улыбка была натянутой, а в глазах всё ещё тлел гнев. Я чуть наклонилась к нему:

— Всё нормально? — тихо спросила.

Он коротко кивнул, даже не глядя на меня.

И тут прозвучал голос Брэда:

— Эмили, ты ведь не отсюда, да? — спросил он как бы невзначай.

— Брэд, — рявкнул Мэтт, — даже не начинай.

Я уже открыла рот, но Вира опередила:

— А какая вообще разница, кто откуда? Половина города приехала чёрт знает откуда.

— Просто любопытно, — пожал плечами Брэд, не отводя от меня глаз.

Тишина натянулась, как струна.

Новый удар:

— Эмили, — он намеренно выделил моё имя, — ты делала пластические операции?

Меня словно ударило током. Внутри стало резко холодно, как будто кто-то открыл окно зимой. Я спрятала руки под стол, чтобы он не увидел, как дрожат пальцы.

— Она ничего не делала, — резко вмешалась Вира. — Что за бред ты несёшь?

— Брэд, остановись, — низко, сдержанно прорычал Мэтт.

Тот будто не услышал.

— Вира, — спокойно сказал он, — ты всегда будешь говорить за неё? Она что, сама не может ответить?

В его голосе не было любопытства — один яд. Я подняла глаза и столкнулась с его взглядом: холодным, оценивающим, хищным. Сердце сбилось с ритма.

— Эмили, — он вдруг произнёс моё имя иначе, с нажимом, — или тебе больше нравится, когда тебя называют Элизабет?

Мир дёрнулся.

Имя ударило сильнее, чем любой звук. В висках глухо стукнуло, будто кто-то хлопнул дверью. Я резко подняла голову. Слова застряли в горле, не желая выходить.

В следующую секунду всё произошло разом.

Стул с визгом отодвинулся — Мэтт вскочил. Его кулак со свистом врезался в лицо Брэда. Тот рухнул на пол, с глухим стуком ударившись о доски. Джек и Джерри тут же подскочили, пытаясь удержать Мэтта, но он вырывался, как разъярённый.

— Она умерла! — кричал он, голос срывался. — Эмили — это не она! Элизабет мертва! Отпустите меня!

— Мэтт, успокойся! — пытался урезонить его Джек. — Брэд, ты совсем с ума сошёл?

Брэд с кривой усмешкой поднялся, вытирая кровь с губы тыльной стороной ладони. Красное пятно на коже показалось мне слишком ярким.

— Конечно. Умерла… — процедил он.

Мэтт снова рванулся вперёд и ударил его. Брэд снова упал. Стол дрогнул, бокалы звякнули.

Звук стекла, приглушённые крики, чьи-то руки, оттаскивающие кого-то в сторону, — всё смешалось в один гул.

У меня зазвенело в ушах. Картинка поплыла, лица расплылись, как акварель под дождём. Звуки превратились в глухой отдалённый гул, как будто кто-то закрутил громкость на ноль.

Земля мягко, но неотвратимо ушла из-под ног. Тело стало ватным, лёгким, как будто меня кто-то отцепил от реальности.

Последнее, что я почувствовала, — чьи-то крепкие руки, подхватывающие меня под локти и плечи. Тёплое прикосновение к щеке. Чей-то встревоженный голос совсем рядом — слова уже не различались.

А потом — темнота, густая и плотная, как занавес после последней сцены.

Глава 14. Мэтт. Между Элизабет и Эмили

В тот момент, когда я уже тянулся, чтобы врезать Брэду ещё раз, крик Виры полоснул воздух. Я обернулся — и увидел Эмили. Бледная, как лист. Широко раскрытые глаза, дрожащие губы. Она осела, как будто из неё одним рывком выдернули все силы. Я успел подхватить её, прежде чем она ударилась бы о пол. Лёгкое, чужое, безвольно обмякшее тело в моих руках — и я понял, что всё зашло слишком далеко.

— Эмили! — вырвалось у меня хрипло.

Музыка уже не играла, реплики парней растворились в гуле. В зале стало слишком тихо. Только тяжёлое дыхание, чьи-то быстрые шаги и стук крови в ушах.

— Дай сюда, — Вира была рядом. В глазах — ярость и стальной контроль. — Положи её на диван.

Я перенёс Эмили к мягкому дивану у стены. Аккуратно опустил, подложил под голову сложенную куртку. Лицо белое, ресницы отбрасывают тонкую тень на щёки. Носогубная складка чуть дёргается — слава богу, дышит.

— Джек, воды, — коротко бросила Вира. — И влажные салфетки.

Джек метнулся к бару. Я опустился на колени рядом, не сводя взгляда с Эмили.

— Она просто упала в обморок, — Вира говорила спокойнее, чем выглядела. — Не трясись так.

А я трясся. Внутри.