Никанор Стариков – Мехвод – 2. Армата (страница 2)

Моя оказалась стандартным офицерским кубиком: койка, откидной стол, терминал, шкаф, уборная с душем. Ничего лишнего. Только экран-имитатор, на котором по умолчанию плыли беззвучные кадры земного леса – настолько идеальные и безжизненные, что от них становилось только тоскливее. Я выключил его.

Положив нехитрый вещмешок на койку, я сел и уставился в белую стену. Два часа до первой тренировочной сессии. До циркового представления. Внутри клокотало унижение и злость. Винтики, канониры, демонстрация. Они видели в нас не солдат, прошедших через ад и установивших первый в истории человечества контакт с иной цивилизацией. Они видели в нас диковинку. Или угрозу, которую нужно поставить под контроль, вписать в таблицу, заставить танцевать под свою дудку. Вдруг я почему-то вспомнил маму и отца. Взял планшет и решил им написать, пока была возможность отправлять сообщения на землю: «Дорогая Мама. Я писал тебе совсем недавно, но два часа назад датчики приближения по другую сторону луны перестали работать. Это может быть просто сбой, мы не знаем. Нас отправляют проверить и починить их. Поэтому мы опять нескоро с тобой увидимся. По правде говоря, мы здесь так долго, что я уже не знаю, когда мы вернёмся на землю. Просто хотел сказать, как по вам с Отцом соскучился. Как смогу, напишу тебе ещё. Береги себя и передавай привет Отцу. Твой сын Дима».

«Анализирую доступные данные о капитане Макларен», – чуть не напугал меня Га, нарушивший молчание. Его голос в голове был единственным, что оставалось своим в этом стальном чреве. – «Открытые служебные записи скудны. Командир крейсера Церера, потерянного при непонятных обстоятельствах в поясе астероидов три года назад. Экипаж эвакуирован, корабль признан невосстановимым. После – год службы на Земле, в штабных должностях. Затем назначение на Армату, лично Берковым. Её авторитет построен не на уважении, а на страхе и безупречной эффективности. Ты был прав, вступив с ней в прямой диалог о субординации. Она уважает силу, но только ту, что действует в рамках её правил. Нарушив их сразу, ты обозначил границы. Следующий шаг – доказать, что внутри этих границ ты наиболее эффективный инструмент».

– А если я не хочу быть инструментом? – мысленно, с горечью, спросил я.

«Тогда тебя отстранят от командования группой. На Армате нет места балласту. Ты сам видел схему ПВО. Этот корабль – оружие. И всё на нём – это части этого оружия. Даже капитан».

Его холодная логика была неумолима, как физический закон. Я вздохнул, потянулся, почувствовав, как новые, усиленные мышцы отзываются плавной, почти кошачьей силой. Унижение нужно было трансформировать. Переплавить в холодную сосредоточенность. Так, нас учили. Так выживали. Примерно за час до сессии в каюту постучали. На пороге стоял Орлов. Он выглядел так, будто только что проглотил лимон.

– Командир, заселился? – спросил он, переступая порог.

– Как видишь. Присаживайся, если есть куда.

Орлов прислонился к стене, скрестив руки.

– Макларен… Жёсткая баба. Но дело говорит. На этом утюге, похоже, все винтики. Нам, наверное, повезло со Странником и Колесниковым. Там хоть личность ещё что-то значила.

– Здесь тоже, – возразил я. – Но только если личность работает с КПД выше нормы. Они хотят демонстрации? Получат её. Самую наглядную. Будем стрелять так, чтобы у них зубы заныли от зависти.

В уголке рта Орлова дрогнуло подобие улыбки.

– Ага. Особенно у этих… скептиков. Я уже успел намёков наслушаться в коридоре. Эти «Русские киборги», «ходячие сбои в системе», «дорогая игрушка». Один даже спросил, правда ли у тебя там, в голове, чип из розетки работает.

Я не удержался и фыркнул.

– Креативно. Что ответил?

– Предложил проверить лично. В тренажёрном зале. Он как-то резко вспомнил о срочных делах.

Мы помолчали. Шум корабля был ровным, как дыхание спящего дракона.

– Как думаешь, Волков справится? – спросил я. – Со Скатом и дистанционным управлением?

– Лёха? – Орлов усмехнулся уже по-настоящему. – Он и с полудюжиной пробоин в груди справлялся. Справится, конечно. Тем более теперь он у них там, на Альтере, как король – сидит в центре управления, попивает какао и целится в марсианскую пыль. Завидно, чёрт возьми.

Лёгкая шутка сняла часть напряжения. Мы были командой. Чужаками на чужом корабле, но командой. Это был наш главный козырь. В этот момент по кораблю раздался голос: «Всем канонирам взять снаряжение и подойти к своим турелям. Повторяю, всем канонирам к турелям». Я резко встал.

– Командир, где твой шлем? Без него нельзя. Ты что? Ну ты даёшь. Собирайся, а я пойду к своей турели.

Когда мы все оделись и собрались на платформе с капсулами для канониров. К нам подошёл техник. Каждому, – он указал на его капсулу утверждённой капитаном Макларен. Все, кроме, меня уселись в кресла, капсулы закрылись и куда по внутренним шахтам корабля разъехались. Меня же техник повёл чуть дальше по коридору.

– На предыдущей смене на вашем посту был Гуфи, так что приготовитесь. Всё управление будет сбито. – я молча кивнул, надевая на себя шлем.

Когда мы подошли к капсуле, из неё выбрался суховатый парень, с извиняющимся лицом. Посмотрел на нас и пошёл прочь. Я начал забираться в капсулу. В это момент прозвучал голос по всему кораблю: «Говорит капитан Макларен. Внимание, оранжевый код. Всему резервному составу на посты». На стене загорелись лампы освещения красным цветом.

– Похоже, вот оно. Эй, удачи. Увидимся там. – Закрывая мою капсулу, сказал техник. И я стал быстро подниматься по шахте вверх. Когда капсула остановилась, я оказался в кабине стрелка, с торчавшими из башни четырьмя турелями.

Глава 2

Ахиллес – это была сферическая капсула, подвешенная в самой верхней точке корабля, с панорамным прозрачным куполом из бронестекла. Вид отсюда был одновременно великолепным и душераздирающим. Бесконечная чернота, усыпанная немигающими точками звёзд, и далеко внизу – сияющая дуга Земли, уходящая из виду по мере нашего разворота. Здесь небыло иллюминаторов. Здесь был космос, прижатый к лицу тонким слоем непробиваемого кварца.

Усевшись в кресло оператора, система тут же подключила мой шлем и сообщила, что мне доступна внутренняя связь. Всё знакомое до боли. Но масштаб… На моих глазах возникали голографические метки: виртуальные цели, статусы соседних турелей, энергопотребление, траектории. Я был не просто стрелком, а частью нервной системы гигантского стального зверя.

«Интерфейс корабельного Ахиллеса примитивен, конечно, по сравнению с нашим Полиматом», – констатировал Га. – «Я могу напрямую подключиться к системе наведения, минуя защиту системы. Скорость поворота башни и точность стрельбы будет увеличена на две секунды, чем у лучшего оператора на этом корабле. Считаю, этого будет достаточно для демонстрации».

– А если нет? – мысленно спросил я, примеряя шлем.

«Не знаю Дим. У меня сейчас нет ответа на твой вопрос».

В наушниках шлемофона прозвучал неизвестный мне голос:– Капитан, калибруйте и будь готов к стрельбе через пять минут.– Кто на связи?

– Я техник, моё имя Сем. Я вас только, что посадил в эту капсулу.– А! Извини, Сем, я не успел узнать твоего имени. Так что мне делать дальше?– Ничего, всё в порядке. Я не понимаю, как Гуффи пользуется такими настройками? Я их полностью сброшу, а вы откалибруйте. Просто следуй указаниям программы на экране. Подождите. Всё, начинаем с отслеживания.

Взявшись за джойстики, я поводил стволами вправо, влево, вниз и вверх.

– Хорошо. Управление турелью полностью настроено. Теперь проверим механизм стрельбы. Снаряды ненастоящие, так что не бойтесь задеть своих.

Я нажал гашетку на джойстике, турели выплюнули очередь по целям.

– Отлично! И закончим точным наведением на цель. Я загружу в корабль покрупнее. Потренируйтесь целиться в конкретной части корабля.

На экране появился корвет с точками – указателями, куда именно мне нужно было стрелять. Двигатель, носовая часть и наконец нужно было сбить несколько башен защиты.

– С прицеливанием полный порядок. На этом всё. У остальных тоже всё, похоже, в порядке.– Спасибо тебе Сем за помощь!

В этот момент прозвучал голос Макларен:

– Все готовы? Маркус, система говорит тебе проверить наклон.

– По-моему, всё в норме, сэр. – ответил он.

– Хорошо. Ладно, закрыть рты и смотреть в оба.

– Вы знаете, что происходит? – не выдержал и спросил Маркус.

– Ты молча следишь за своим сектором. Вот что должно происходить. – Ответила ему Макларен.

– Думаю, это всё-таки учение.

– Что я сказала?– Простите, сэр.– Наконец-то. Всем молчать.Так минутку, у нас же учения. Что происходит? И я через секунду получит ответ на свой вопрос:

– Внимание, второй флот. Говорит адмирал Берк. Это неучебная тревога. Мы уже полгода воюем с новым врагом, намеренным сжечь нашу планету дотла, вплоть до последнего человека. Было немало битв. Было немало потерь. Каждый из вас неоднократно доказал, чего стоит, но сегодня я должен попросить вас о ещё большем. Сегодня мы дадим бой. Разведка обнаружила, что к нам приближается небольшая флотилия Роя из десяти кораблей. Не все из вас переживут этот день, но оплакивать их будет некогда. Это придётся отложить на потом, потому что на кону стоит двенадцать миллиардов душ на нашей родной планете. Вы должны понимать, с чем мы имеем дело. Но мы второй флот. История запомнит нас иначе. Можно не волноваться, будет ли она к нам благосклонна. Потому что сегодня наши действия будут говорить сами за себя. Мы ни за что не потеряем нашу планету. Мы не отступим. Мы победим. Мы обязаны. Мы сразимся, чтобы через 30 лет в кругу всех, кто вам дорог, когда у вас спросят, что вы делали во время битвы за Землю, вы могли сказать, смотря им в глаза, что вы держали строй. Мужчины и женщины второго флота. Я горд, что я сегодня с вами. Удачи. Отбой.