Ника Смелая – (Не)слуЧАЙная вдова, или Сердце в аренду (страница 6)

– Да чтоб тебя приподняло и шлёпнуло! – не сдержалась я и рванула что было сил.

Справилась, но на второй ноге не устояла и плюхнулась на мягкое место, вываливаясь из-за ширмы и крепко сжимая в руках испорченные шаровары.

– Мы ещё не венчаны, а вы уже из исподнего выпрыгиваете? Не ожидал от вас такого рвения.

Надо мной нависла высокая мужская фигура, заслоняя свет, падающий из окна. Будь на моём месте другая девушка, может, и не поняла бы сразу, кто именно зашёл в кабинет вместо доктора, но я узнала его сразу.

– Николай А. А. А. А…

– …лексеевич.

“Бонд. Джеймс Бонд,” – вспомнилась мне фраза из фильма, и я, пребывая в шоке от неожиданности, рассмеялась.

Глава 7 Осмотр

Судя по тому, как хмуро и недобро свёл брови Озеров, ему это смешным не показалось.

– Позвольте узнать, сударыня, почему вы не ответили на моё послание? – спросил он, подавая мне руку, чтобы помочь подняться.

Галантный какой! Если бы ещё не смотрел так, будто удавить готов, я бы растаяла.

– Я, кхм, ничего не получала, – решила, что подставлять Константина не стоит. Да и не уверена я была, что именно он прихватил записку. С поличным же не поймала. А вдруг она просто куда-то завалилась?

– Уверены? – одна бровь Ляксеича взлетела вверх. Не поверил.

От предложенной помощи я отказалась, поднялась сама, хотя и не без усилий. При этом судорожно соображала, куда же мне засунуть треклятые размахайки. Карманов у моего платья не было, а держать их в руках, продолжая беседу с Озеровым было как-то не комильфо. Недолго думая, зашвырнула их за ширму, отряхнула руки, хотя ничем их не пачкала, и приняла как можно более спокойный и уверенный вид. Так мне, по крайней мере, казалось.

– Конечно. Мне от вас скрывать нечего. О том, что у меня провалы в памяти, вам и так известно. Но касается это только прошлого. То, что происходит со мной сейчас, я прекрасно помню.

– Стало быть, вы не знаете деталей, касающихся бракосочетания? Отсутствие подтверждения было случайным? – уточнил синеглазый, делая шаг вперёд.

Я инстинктивно отступила назад к рабочему столу. Когда на тебя надвигается кто-то такой здоровый и недоброжелательный, хочется не то что попятиться, бежать без оглядки.

– Говорю же, ничего не читала. И вообще, я за вас замуж не собираюсь. С чего вы решили, что я согласна? – голос дрогнул, потому что Озеров резко подался вперёд, вынуждая меня снова отступить, но стол за моей спиной не оставил места для манёвра.

Так вышло, что теперь мы стояли слишком близко. Настолько, что я чувствовала тепло, исходящее от тела Озерова. Сегодня мужчина был одет не в костюм, а простую рубашку и коричневый жилет с гравированными металлическими пуговицами Из кармана виднелась уже знакомая цепочка от часов. Чёрные плотные брюки были выглажены так, что стрелки на них при носке не заламывались, а отполированные кожаные туфли поражали блеском и чистотой.

“Он сюда по воздуху что ли прилетел? Слякоть на дорогах, а на его одежде и ботинках ни развода ни грязинки,” – подумала, разглядывая своего нежданного гостя, который навис надо мной огромной скалой и сощурился так, что захотелось сквозь землю провалиться.

– Ваше согласие не требуется, – выдал он сквозь зубы. – Равно как и визит доктора, которого вы пригласили без моего ведома.

– Что вы имеете в виду? Я обязана вам о чём-то докладываться? С каких пор? – у меня глаза на лоб полезли.

Раскомандовался тут! Да кто он вообще такой?

– С тех пор, как понесли от меня. Господин эскулап уже ушёл. Я оплатил визит и поблагодарил за участие. Сообщил ему, что вы под наблюдением у другого врача, – мужчина подался вперёд, придавливая своим телом к столу так, что стало не то что некомфортно, а даже больно.

Меня настолько вывели из себя его напор и наглое поведение, что я в порыве протеста выставила руки перед собой и попыталась его оттолкнуть. Но куда мне? Тонкие худенькие ладошки упёрлись в непрошибаемую преграду, будто Озеров был не человеком, а роботом из качественной стали какого-то там супер-пупер сплава. Посчитала же культуристом? Вот и убедилась в этом на ощупь. Под пальцами бугрились очень даже внушительные мышцы, будто этот богатей не дома в кресле или на приёмах время прожигал, а работал грузчиком, не иначе.

– Да как вы смеете? Мой доктор, что хочу то и делаю. Мне что же нельзя ко врачу обратиться? – повторно попыталась оттолкнуть мужчину, чтобы увеличить расстояние между нами, так как начала ощущать себя ветчиной, зажатой между двумя кусочками тостерного хлеба. Причём одним – прожаренным с хрустящей аппетитной корочкой, а другим – холодным и чёрствым.

Теперь, когда такой горячий и пышущий теплом Озеров стоял ко мне вплотную, я поняла, что просто задубела. Заметила, что у меня даже ногти на руках посинели. Неимоверно захотелось прижаться к нему всем телом, чтобы хоть немного согреться. Но вместо этого я извернулась и… запрыгнула на стол, роняя на пол какие-то бумаги и отползая подальше от богатея. Хорошо, что юбка на мне была длинная и прикрывала то, чего на показ выставлять мне совершенно не хотелось.

– Нельзя! – рявкнул вдруг Озеров, хватая меня за пятую точку своими ручищами и притягивая обратно.

Этот мужлан буквально припечатал меня к себе, лишая возможности пошевелиться. Мы так и застыли в довольно пикантной позе. Я – остолбенев от его нахальства и всё больше замерзая, он – сама не знаю почему.

– Ш-ш-то именно? – опешила я, да и едва выговорила, так как у меня уже зуб на зуб не попадал. Эх, надо было хоть шаль накинуть. Что же я из-за ширмы без неё-то выкатилась? – Врача приглашать или на стол…

– Никто не должен знать, что вы в положении, – выдал вдруг Озеров. – По крайней мере, до свадьбы.

– Почему это? Да и не в положении я. Наврал ваш доктор. Быть не может, чтоб я была беременна, – огрызнулась, всё ещё пытаясь отодвинуться подальше.

– Может, Евдокия Петровна. Может. Вы просто не помните.

– Чего? Как спала с вами? Да я бы в жизни такого не забы…. не сделала, – чуть не сболтнула лишнего я. – За кого вы меня принимаете? Я многого не помню. Если даже это и правда, то, вы меня, часом, не изнасиловали?

– Это вы мне скажите, за кого вас можно принять. Сидите передо мной в очень даже доступной позе, без исподнего и до сих пор не влепили пощёчину за самовольство. Ни одна уважающая себя дама, а тем более вдова, так бы себя не вела. Если это правда, и я всё-таки принудил вас к близости, то, может, вам было со мной хорошо? – злорадно улыбнулся этот гад и совершенно внезапно сгрёб в объятья.

Хотела было ответить на его шпильку, но на меня снова накатила неожиданная слабость, такая, что я только дёрнулась разок, да и то несильно, а следом просто утонула в окутавшем меня тепле и приятном аромате, исходившем от Озерова.

– Хорошо, – промямлила, трясясь теперь уже всем телом и пытаясь согреться, и уткнулась носом в его крепкую грудь.

– Даже не станете отпираться? – буквально отдирая меня от себя, мужчина вдруг отстранился.

– Не-а, – буркнула я. – Можно ещё? – и потянулась к нему, чтобы ещё немного погреться.

– Что? Ещё раз принудить? – непонимающе уставился на меня Ляксеич.

– Нет. Погреться. Я так замёрзла, что сейчас, кажется, в обморок упаду, – призналась, отмечая, как Озеров вдруг осунулся и побледнел, поняв, о чём речь.

– Агриппина! – громко позвал мою помощницу по имени, не так, как ранее это сделала Лизонька. – Вертай эскулапа обратно! – как-то смешно и на одном им понятном языке приказал синеглазый. Не побрезговал к деревенщине обратиться?

Голова стала какой-то тяжелой, конечности перестали слушаться. Так сильно захотелось спать, что веки начали смыкаться против воли. Кажется, я обмякла в руках у Озерова, повиснув, как тряпичная кукла.

– Сию минуту, Николай Ляксеич, – услышала и провалилась в сон.

Проснулась на утро всё в той же спальне. Попаданства никто не отменил, обратно (где бы оно ни было) я не вернулась. И если мне не изменяла память (как Евдокии), то сегодня был как раз тот день, в который синеглазый богатей собирался на мне жениться.

Глава 8 Я всё улажу!

– Доброе утро, – поздоровалась с Агриппиной, заходя в непривычно тёплую кухню, ароматные запахи из которой сподвигли меня подняться с постели и поскорее одеться. – А чем это так приятно пахнет? Что за каша у нас сегодня на завтрак?

– Не будет больше каши. Доктор велел кормить вас мясом и поить молоком, – ответила мне женщина и улыбнулась.

Я не сдержала нервный смешок.

– Где ж нам их взять, если денег нет совсем? – поинтересовалась я, усаживаясь за стол и наблюдая за тем, как на тарелку мне кладут картофельное пюре на молоке с маслом и кусочек тушёной говядины. – Да и печь ты растопила рановато. Сама же говорила, что фабричные дрова брать нельзя.

– Так я не фабришными. Вы ешьте, ешьте, а то к вам скоро гости будут. Сил наберитесь для начала, – расставляя кухонную утварь по местам, предупредила меня Агриппина.

– Какие гости? – спросила, но за завтрак всё же принялась.

Плотный, но пришедшийся очень кстати приём пищи действительно придал мне сил и зарядил энергией. Само собой, я не помнила, как долго не ела мяса. Но, судя по вкусовым ощущениям, очень давно.

– Так Константин Иассоныч обещался ещё раз зайти. Пришёл спозаранку, принёс яиц, творогу и овощей. Я посетовала, что нам бы и мясо не помешало, так он убёг и вернулся уже с говядиной. Меня вон калачом угостил, – улыбнулась моя помощница. – Какой же всё-таки человек хороший.