Ника Лемад – Тайны Сирамизы (страница 6)

– И все же… – подтолкнул его Саф.

– И все же она мертва, – резко выпалил Лин. Осекся, испугавшись реакции на свой тон. Змей медленно повернул голову вбок, к нижней щеке прилипли ворсинки меха. На второй, видимой половине лица, идеально белые чешуйки вспороли безобразные струпы и остались там, переливаясь в мягких потоках света.

Лин против воли засмотрелся на изящные узоры живой брони.

Змей и не собирался вскакивать и наказывать его за дерзость. Он выглядел печальным; до жути правдоподобно повторял людские эмоции.

– Смерть она приняла от меня. – Саф удержал рассеянный взгляд Лина и повторил на случай, если некромант не понял: – Я убил ее.

– Зачем мне это говоришь? – прошептал Лин, заталкивая поглубже знакомую и преследующую постоянно тяжесть вины за смерть брата. Понимать и сопереживать змею – не допускал и мысли выискивать в них двоих что-то общее.

– Затем, что буду отвечать за это. Никогда не утаивал свои грехи.

Если произнесенные слова – правда, то подобная позиция достойна восхищения, вынужден был признать Лин; и вновь оставил это при себе. Не мог отделаться от ощущения, что все его убеждения неумолимо переворачивались с ног на голову.

Дело, должно быть, в ударенной голове и сладком змеином шипении, которым хозяева поливали по очереди его уши, иначе объяснить сомнения, зароившиеся внутри, не мог. Всем известно, что хранитель долины Сидэ – чудовище без жалости и совести.

Лин сдвинул брови, силясь вспомнить, что же такого жуткого совершал хранитель кроме того, что уничтожал поднятые трупы, шнырявшие в его же владениях.

– Я немного подслушал, о чем вы беседовали с Ниокой, – голос Сафа отвлек некроманта от копания в памяти, и Лин вздохнул. Потрогал лоб, который болел не меньше чем при пробуждении. – Не стану говорить, что сожалею о том, что принудил тебя, потому что ни капли не сожалею. Но я понимаю, в какой ситуации ты оказался, и постараюсь ее решить.

Лин выхода не видел.

– Тебе придется отпустить меня в Раксаку.

И тогда шакал, поставленный в известность самим Лином о важности девушки для белого змея, сможет лично испытать преданность хранителя мертвому императору. Пожалел, что так мало знает о магических клятвах и не может даже предположить действия Асафи в том случае.

Если его вынудят отрыть то, что охраняет, то сможет добраться в любую точку Нарсама; и до Яна с Нимоей в том числе. Без сомнений, придет в ярость подобную той, что владела им ночью. А ведь шакал не просто так боится хранителя Сидэ.

Додумавшись до такого, Лин испуганно уставился на Асафи.

– Ты сам убил всех там? – выкрикнул излишне громко в волнении. – И своих слуг тоже?

Саф смял в кулаках шелк, натянув его на себе с двух сторон.

– Да.

Краткий ответ, очень емкий.

Очевидно, что хранитель полностью осознавал, что перебил почти весь змеиный выводок. Удивляло то, что признал, хотя пришлый некромант знать не мог, кто кого там потрошил. Легко свалил бы на юнитов, обелил себя, и Лин этому бы поверил.

Выдохнул, перевернулся на спину. Хотелось есть, начало подташнивать от голода. Мертвая девушка стыла чуть дальше, и Лин припомнил, с каким отчаянием змей несся ему навстречу в снегах, чтобы забрать Тай; а после так глупо отнять ту искорку, которую спасал.

– Зачем ты ее убил?

– Не признал ее, – невыразительно произнес Саф. Слушал легкое дыхание Тай, без конца пробовал ее обновившийся аромат, прикрывал им свои ободранные, звеневшие нервы. – Ее запах был везде, а я… был не в себе. Теперь понимаю, что она хотела освободить сестру, я же увидел лишь нож рядом с Йеной. И решил, что Тай мне не простит, если я просто стану смотреть на жертвоприношение.

Дурная случайность, отрешенно подумал Лин. Конец нелепее и придумать сложно.

Порыв сказать что-то подходящее случаю Лин быстро задавил. Нуждался ли холоднокровный в сочувствии – пусть об этом заботятся его слуги.

Тут же мысли его вернулись к тем самым змеям, спорящим сначала у кровати, а потом перебравшимся куда-то недалеко.

– Твои… друзья…? Тот, который кричит громче всех, – по-моему, он очень зол на тебя и что-то замышляет. Я бы ему не доверял, слишком дерганый он.

– Он расстроен.

Лин, зная, что с пола его не видно, с досадой шлепнул ладонью по лицу и охнул, зацепив лоб.

– Он открыто говорит, что убьет меня и девушку! И с тобой что-то сделает, что ты и не вспомнишь ничего!

Саф воткнул в мех локти. Напрягшись, стиснув зубы, сел. Выдохнул, рассмотрел свои руки, растер ими плечи, шею, добрался до лица, там ощупал чешуйки, покрывшие одну щеку.

– Он ничего не сделает, Риор излишне импульсивен, – сказал так, будто для волнения повода не было. Чешуйки не спрятались сами, а при попытке затолкать их внутрь насильно встопорщились и застряли. Саф принялся отдирать корки под ними, протаскивая между пластинками длинные полосы цвета почерневшей ржавчины. Пальцы окрасились свежей кровью.

За этим занятием и застала его Ниока, вернувшись со скудным обедом для некроманта.

Лин, дернувшись и перевернувшись при звуке шагов, с этой самопомощью и столкнулся лицом к лицу; накатил новый приступ тошноты, с которым он едва справился, зажав рот рукой. Ниока же, едва заметно качнув головой некроманту, ограничилась укоризненным замечанием для Сафа:

– Успокой рефлексы, дай ранам затянуться. – Толкнув миску в деревянные руки некроманта, оторопело глядевшего, как змей снимает с себя слои кожи, опустилась на колени. – Дай помогу. Мне виднее лучше.

– Не могу смотреть… – простонал человек, вцепившись в простую железную миску изо всех сил. Едва опустил глаза вниз, на бурые куски остывшей чьей-то плоти, как, путаясь в своей тунике, едва не оторвав подол, слетел с кровати в поисках отхожего места, сунул голову в первую попавшуюся бадью и его вырвало.

Ниока, проводив человека глазами, молча продолжала свою работу, пока последняя из пластинок не утопилась внутри мышц.

– Перевязать?

– Не нужно, – отказался Саф. Подвигал щекой. – На воздухе заживление идет лучше.

– Есть хочешь?

Лин, белый как снег, пробрел мимо и заполз обратно на кровать. Сел, потерянно разглядывая свои руки. Саф вздохнул, плечом оттер стекавшую с подбородка кровь.

– Не стоит растрачивать ресурсы на переваривание, полный желудок только отвлекает.

Лин ногой отодвинул от себя миску.

– Тоже не буду, – прошептал, сглатывая желчь. – Уберите. Это.

Ниока подняла бровь в вопросе, и Саф глазами показал перенести пищу на столик. Некромант поест, как придет в надлежащее состояние. Обживший нору холод позволял не переживать за сохранность пищи.

– Тебе нужно спать.

Саф кивнул.

– Этим и собираюсь заняться. Чувствую себя сносно, но все же проверяй меня.

– Конечно, – Ниока собрала оборванную кожу в ладонь, внимательно осмотрела змея, потрогала короткие волосы у виска, пережженные кончики которых посыпались. – Может, все же переберешься на кровать?

Саф нерешительно перевел взгляд на замершего Лина, потом дальше, на видимый ему бугорок, под которым лежала Тай. Лицо его на миг перекосилось. С большим трудом заставил себя отвести глаза.

– Она меня боится.

– Она спит, – легко возразила Ниока. – Даже крепче чем спит. И знать не будет, кто ее греет. – Видела, как мучила Сафа потребность быть рядом, видеть Тай. – Лина я могу уложить и в своей кровати, это совсем близко, через стену, если так подумать.

Некроманта выпускать из поля зрения Саф не собирался ни в коем разе. В Ниоке не сомневался, как и в ее способности сохранить человека целым, но втягивать ее в противостояние с тремя убитыми потерями, разозленными змеями не было надобности, с охраной справится и сам.

– Никогда не думал, что скажу это… – проговорил, бесконечно долго поднимаясь на ноги. Придержал заскользивший по талии шелк, неуклюже стянул концы в узел. – Но скажу. Некромант, ползи к стене.

Лин, в свою очередь, никогда не помышлял услышать такое. Из-под спутанных клоков волос уставился на змея, всем видом спрашивая, что тот имеет в виду. Предположил бы, что его запугивают перед тем, как отправить в другой склеп, вот только Саф, согнувшись и двумя руками упираясь в перину, продавив ее своим весом, ждал, пока некромант именно переберется дальше, к стене, как ему и велено.

– Здесь самое безопасное место для тебя, – мягко прибавила Ниока в ответ на шок, расцветающий в сирени глаз. Расшатанные нервы дали сбой и Лин рассмеялся, озираясь вокруг себя. Коротко, пролаял хрипло и оборвался.

– Ни за что. Я на полу побуду, – сдавленно пробормотал, начиная кутаться в шкуры. Расстаться с теплом нагретых мехов, однако, было пытке подобно. Медлил.

– Некромант, – утомленно выдохнул Саф.

– Ты убить меня хотел! – выкрикнул Лин опущенной голове. Дивная снежная шевелюра заметно укоротилась, кое-где осталась длина не больше ногтя. Лин машинально потрогал свои грязные, слипшиеся волосы, на месте ли они. Вздувшийся лоб тупо ныл. – За деревней, в том поле! И убил бы, если бы не Тай! А теперь ждешь, что я посмеюсь и поверю, что то шутка была, а мы побратались навечно?

– Посмеялся же, – заметил Саф. – Чем дольше ты меня выматываешь, тем больше сна мне потребуется. Просто закрой глаза, рот и поверь, что пока я здесь, ничего с тобой не случится. Я твой щит.

– Пока она дышит, – глухо выдавил Лин, указывая на Тай. Саф согласился.

– И это тоже. Шевелись.

Лин беспомощно поднял взгляд к Ниоке, умоляя сделать хоть что-то, но она только убрала миску с покрывал.