Ника Лемад – Курс на север (страница 6)

Перед тем, как идти внутрь, он убедился, что Упырь здесь: тень, притаившаяся на крыше, изменила положение, дав понять, что следит за обстановкой.

– Думаю, ничего здесь нет, – проговорил Проводник, разглядывая железную дверь, отсекавшую звуки от улицы. – Заглянем потом на площадь?

Док кивнул и опять метнул быстрый взгляд наверх и в сторону, противоположную площади. С раздражением Проводник понял, что мертвец не только крыльями машет, а второе ухо сокурсника занято еще одним наушником; вероятно, и у Слепого есть связь с небом. А у него вот нет.

Док узнал о гостях прежде, чем далекое дребезжание переросло в рев, и успел свернуть к машине Хазина.

– Полиция, – показал губами, и посмотрел на занятых на скамье. Сид неслышно откатывался к стоянке, убирая с дороги препятствие.

– Раз приехали, нужно заходить, – посоветовал Проводник серьезно. – Нас запомнят быстрее, если метаться начнем. Или стоять столбом.

Док открыл заднюю дверь машины, намереваясь отсидеться в салоне. Сегодня обычное наблюдение, это не сложно.

– Поглядим, чем закончится, и кто кого куда уведет.

Слепой сообщил о такси, виляющем неподалеку. Дверь клуба распахнулась раньше, чем Проводник успел забраться следом за Доком, и улица резко огласилась хором музыки, воплей и ругани, со ступеней скатился некто, подобрался, огляделся и бросился бежать. Высокий визг резанул по ушам.

– Ах, какая досада, – проворковал Проводник почти ласково, созерцая открывшийся ему беспредел. В дверном проеме сцепились два охранника с отщепенцем, в котором сложно было не опознать старого знакомого, эту дворнягу, здоровую, неряшливую и увешанную кольцами и цепями. В клуб ему не попасть теперь, знал, как и то, что чудик в буквальном смысле лакал воздух: глубокий глоток – и он точно знал, сколько вокруг человек, кто чем пахнет и на каком расстоянии от него находится. Деля отвращение с восхищением, Проводник крутил кольцо в ухе. Отталкивающие манеры, цепкий взгляд, длинные сосульки волос, зачесанные со лба к затылку, по бокам череп выбрит, шея разукрашена татуировками, – презрительно фыркнув, Проводник продолжил разглядывать еретика, а тот, ничуть не смущаясь, отшвырнул охранников в глубь бара и под грохот падающих стульев разглядывал курсанта в ответ, кривя губы схожим образом.

– Проводник, – предупреждающе произнес Хазин, не выпуская обманчиво пассивного еретика из поля зрения.

– У нас с ним обоюдная неприязнь, – обронил Проводник, прищурившись на наклон головы, напугавший случайного прохожего, отчего тот скрылся с глаз быстрее, чем успел курсант моргнуть. Хазин продемонстрировал кастеты, приподняв бровь. – Так что не переживай сильно.

Странно, что не подоспели еще сирены – Упырь не мог ошибиться. Запоздало Проводник вспомнил, что им пора бы поискать другой наблюдательный пункт и оставить клуб с его посетителями. Крылатый станет их глазами.

Пес сунул руки в карманы шаровар и изогнул назад спину, прикрыв глаза ресницами. Выбравшиеся наружу охранники не рискнули снова нападать, кружили поодаль и не расставались с телефонами. Док нашептывал на ухо вернуться в машину. Хазин не выпускал свои кастеты.

И вроде бы мирно разошлись, каково и было пожелание куратора, но тут появилось у бара то самое такси, о котором предупредил Слепой, завизжали тормоза. На ходу распахнулась дверь, оттуда выпрыгнула пассажирка и покатилась по земле под самые ступени заведения. Врезалась в ноги еретика, схватила его за штанину, не удосужившись даже посмотреть наверх, вскарабкалась по нему, пробормотала извинения, и, сменив его ногу на металлические поручни, попрыгала наверх, скрылась в темноте, откуда не доносилось уже ни музыки, ни веселья.

Проводник переглянулся с Хазином. С любопытством наблюдал за новым лицом Упырь, разлегшись на крыше. Крылья подрагивали в волнении, закусил губу, нетерпеливо смахнул волосы и заправил их под тонкую шапку, чтобы не застили обзор.

Танцевальным клубом место, в которое она влетела, можно было назвать с большой натяжкой. Душное, темно-слепящее прожекторами, софитами и стробоскопами, о размерах которого сложно было судить, ничего не видя; истерика огней резко выделялась в неестественной тишине, в лучах света мелькали и пропадали замершие черные фигуры за столиками, тени у стен, блеск стекла на барных полках. Воняло сигаретным дымом и спиртом, всхлипывала женщина, приглушенно, будто зажимала рот, что-то мерно щелкало под потолком, как прокручивалась стертая шестеренка.

Аса Янистер не сразу увидела ворох между столиками, а, увидев, с трудом сообразила, что то такое. Постаралась дышать, процарапала ногтем по экрану телефона, лежавшего в кармане трикотажного кардигана, удерживала себя от немедленного вызова полиции. Шаркнула подошвой туфли по гладкому покрытию, за ногой протянулся темный след. Там, за ножками стула, метавшийся по залу цветной луч выхватил влажно блестевшие волосы. Короткие, слипшиеся.

На полукруг высокой спинки стула облокачивался мужчина. Лысый и небритый, в темной одежде, двумя пальцами правой руки удерживал рукоять мачете; тяжелый нож покачивался как маятник, загнутое к лезвию острие выглядело устрашающе, с заостренного кончика капало на сиденье. Левая кисть расслабленно свисала вниз. У него была рассечена бровь, по щеке сочилась кровь, которую он периодически подтирал плечом, на голом черепе переплетались шрамы как лианы. Глаза, глубоко посаженные, один темный, второй мраморный, затянутый бельмом, устремлены были на глотающую воздух Асу. Тонкая ткань черной футболки, повиснув на плечах, выставила все бугры мышц.

Такой вполне мог одной рукой перекрыть дыхание троим далеко не среднестатистического сложения мужчинам.

– Что? – спросил он у столбом стоявшей перед ним девушки. Аса недоверчиво перевела взгляд от обезглавленного тела на его убийцу, не связав никак музыкальное произношение с внешностью машины для убийств. – Шокирующая ситуация? Впервые сталкиваешься?

– Кто это? – спросила Аса. И голос все же дрогнул.

– Не знаю. – Еще одна капля в темную лужу. Всхлипы оборвались, за ними потянулось шарканье по полу, кто-то сбегал из клуба. На возможного будущего доносчика мужчина внимания не обратил. Разогнул плечи, о бедро вытер нож. – Ошивался тут. Мне не понравился.

Достойный аргумент для отрывания головы. Аса попыталась не думать о ней, не должной находиться отдельно от тела. Отвела глаза, но сосуды, жилы растянулись как бахрома, а отвратительное всегда притягивает. Взгляд метался между останками, притихшим контингентом, жмущимися к стенам официантами и не находил, за что зацепиться.

– Ты… Просто убил человека? – вырвалось у нее. – И стоишь здесь?

Мужчина выпустил стул. Аса, потеряв остатки самообладания, отпрыгнула назад и взгляд ее зашарил по залу в поисках подходящего предмета, который можно превратить в оружие.

– Уже ухожу.

Ровный безэмоциональный тон, окровавленная пятерня, пригладившая макушку и почесавшая затылок, полный раздражения взгляд – он совершенно не раскаивался в содеянном, более того, не придавал значения расчлененному трупу, нижнюю часть которого отодвинул с прохода ногой, на самом деле собираясь покинуть клуб.

– Ты убил человека! – потрясенно выкрикнула Аса, схватив бутылку с ближайшего стола, за которым двое парней сползали со стульев, пытались стать незаметными. Одного толкнула в плечо: – Звоните в полицию! Немедленно!

Парень неуклюже свалился на пол и ахнул, зажав рот рукой. Второй опасливо заглянул под стол, замер, боясь дышать.

Никто из присутствующих на покрытого шрамами и кровью убийцу не смотрел, ни единого движения не было сделано, чтобы достать телефоны. В зловещей тишине четко отпечатывались его неспешные шаги.

Это и есть еретики? Догадка промелькнула и пропала. Аса бросилась за убийцей с единственной дурной мыслью в голове, получит ли заражение крови, если он ударит грязным ножом.

Была цель задержать преступника до приезда шефа, который дал ей фору в полчаса. Перед этим попасть в машину, стоявшую у входа, а на преступника укажут свидетели. Остаться в живых. Оказаться как можно дальше от мачете.

Чудовищной силы удар кулака взорвался фейерверком перед глазами. Враз онемело лицо, а голова загудела как колокол. Выбросив перед собой руки, Аса отбила их о барную стойку и задохнулась, когда они резко сложились в локтях. Носом врезалась в дерево, стекла на пол, ничего не видя. На некоторое время мужчина выбил ее из реальности.

Вся его реакция выразилась в презрительном шипении. Не оборачиваясь, он проследовал к двери, охранники у стены не подняли глаз от своих ботинок. Спустившись со ступеней, свистнул, и его спутник зашагал за угол, забыв о курсанте, с которым переглядывался.

Проводник не двинулся с места – бродяги уходили вдвоем, без трофеев, о чем Док уже докладывал куратору. На этом миссия заканчивалась, и они могли устроить себе небольшое развлечение.

Все ближе звучали сирены, несколько машин, везущих в себе блюстителей порядка, петляли в ближайших улочках и вот-вот должны были свалиться на голову клубного администратора. Слепой в наушнике жужжал, чтобы Проводник засунул себя в машину. Хазин взялся за ручку дверцы и уже потянул ее на себя, когда дверь клуба опять распахнулась, грохнув по стене, следом на нее упала девушка из такси, едва стоящая на ногах. Держась за кровивший нос, она вертела головой в стороны, а, увидев двоих, выводящих из теней мотоциклы, отчаянно завизжала, перегнувшись через поручни.