Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 33)
Присцилла, взглянув на меня, нахмурила брови над своими готическими глазами. Она словно вдруг осознала, что в мире есть настоящая темнота — нисколько не привлекательная и ни капли не модная.
— Итак, что нам делать? — спросил Ларри, натягивая большие резиновые перчатки вроде тех, в которых моют посуду. Меня удивило, что он согласился помочь.
— Нам надо забрать отсюда их вещи, — сказал я. — Хозяин скоро придет за ключом. Уже конец месяца.
— Большую часть нужно отправить прямиком в мусорный бак, — сказал Ларри. — Это место похоже на гигантский сортир. Кстати, вы знаете, что сила туалетного смыва распыляет частицы фекалий на двадцать шагов? Вспомните об этом, когда в следующий раз будете чистить зубы щеткой, которая стояла в трех шагах от толчка.
— Ларри, пожалуйста, — устало произнес Сэм.
— Это словно Господь… ты не видишь его, но знаешь, что он существует. Он всюду. На стенах, на раковине, на полу. В воздухе, которым ты дышишь. Ты моешь руки, потом прикасаешься к крану — и вуаля! Опять весь в дерьме. Честное слово, если бы люди знали, что на самом деле представляет из себя мир, если бы они понимали, что нас окружают бактерии…
— О господи, Лар, давай ты заткнешься? — рявкнул Сэм.
— Я не понимаю, как это может не волновать тебя, Сэмстер.
— А я не понимаю, почему тебе не насрать. Цилла, возьмешь на себя Сарины вещи? Раз уж ты девушка…
— По крайней мере формально, — вставил Ларри.
— Ты бесишься, потому что у тебя сиськи больше моих, — сказала Присцилла. — И мое имя —
— Неважно, — ответил Сэм.
— Ненавижу, когда меня зовут Цилла. Я не ребенок.
— Как скажешь.
— Полный отстой.
— Слушайте, у нас мало времени, — сказал Сэм. — Если мы не хотим платить за следующий месяц, нам надо вывезти все отсюда сегодня. Так что давайте браться за дело.
— Вот еще на тему дерьма, — не унимался Ларри. — Если бы люди после посещения туалета мыли руки не только водой, но и мылом, то случаи диареи сократились бы вдвое.
— Включая словесный понос? — спросил я.
— Ты такой юморист, Хен, обделаться можно.
— Пахнет так, словно ты уже это сделал, — сказала Присцилла.
— Неудивительно, что ты сдвинулся на микробах, — сказал я. — Я бы тоже ими увлекся, если б мне пришлось всю жизнь смотреть на свой пенис через увеличительное стекло.
— Откуда ты знаешь, большой у меня член или нет? — всполошился он.
— Сэм мне все рассказал, — заверил я Ларри. — Про твое «Одноглазое чудо» — это ведь чудо, если у кого-нибудь в принципе получится его разглядеть. Сэмстер, кстати, сейчас, если как следует присмотреться, его можно и на гугл-карте увидеть. Они научились фотографировать такие крохотули из космоса.
— Нет, вы серьезно обсуждаете пенисы в присутствии маленького ребенка? — спросила Присцилла и, закатив глаза, взяла Ишмаэля за руку. — Идем, Иши. У нас есть дела поважнее, чем слушать треп этих лузеров.
Она увела его.
Я пошел за ними в комнату Ишмаэля, и мы затолкали его вещи в большие пластиковые мешки. Не то чтобы их у него было много: мешок одежды и еще мешок с парой игрушек, его любимым покрывалом, несколькими раскрасками и школьными принадлежностями.
Когда мы перешли в соседнюю спальню, Присцилла, осмотрев Сарины вещи, заметила:
— Да твоя сестра настоящая фанатка «Уолмарта».
— Всю одежду можешь не собирать, — сказал я. — Только то, чтобы ей было во что переодеться, когда она вернется домой.
— Когда? Ты имел в виду «если»?
— Не знаю.
— Если б мне надо было возвращаться
— Иногда, — признал я.
— Раньше я думала, что мои родители — катастрофа, но они и в подметки не годятся твоим. Ты когда-нибудь думаешь об этом? О том, что сделали твои мама с папой?
— Иногда.
— Ладно, это не мое дело. Прости.
— Ничего.
— Никогда не угадаешь, что у людей в голове, да? — Она сделала паузу, чтобы посмотреть на меня своими густо накрашенными глазами.
— Наверное.
— Тебя разве это не бесит?
— Ну, точно не веселит.
— Бенд по идее должен быть таким идеальным тихим маленьким городком. Ха! Он больше похож на вампирское логово. Вот доучусь этот год и наконец-то отсюда уеду. Скорей бы уже. Иногда кажется, будто весь город тонет, а я — единственная, кто знает об этом.
— Странная аналогия.
— Ты меня знаешь. Я и сама странная. Вы правда собираетесь заботиться об Ишмаэле?
— Хотим попытаться. А что?
— Ничего. Просто, по-моему, это так мило. Я бы не отказалась от родителей-геев. Они наверняка были бы не хуже тех, что у меня есть сейчас. И уж точно не хуже
В ее словах был резон.
Присцилла заглянула вглубь шкафа.
— Я что-то нашла. — Она достала с верхней полки обувную коробку и какой-то альбом. Присев на кровать, она открыла его. Он был набит вырезками из местных газет. С первой страницы смотрело мамино фото. Заголовок сверху гласил: «Трагедия в округе Монро».
— Не показывай ему, — приказал я.
— Всему Бенду известно, что с ними случилось. Рано или поздно он тоже узнает. Они же, в конце концов, его дедушка с бабушкой.
— Если ты не против, я бы предпочел не рано, а поздно.
Она закрыла альбом.
— В один прекрасный день, знаешь ли, тебе придется об этом заговорить.
— Ну, сегодня точно не этот день.
— Как знаешь.
Я взял обувную коробку, снял крышку. Внутри лежало перепачканное тряпье и одинокая гильза от дробовика. Я отложил коробку в сторону, гадая, какого дьявола Саре понадобилось держать у себя в шкафу эту дрянь.
Глава 40
Законный опекун
— Вы его опекун?
Миссис Керли — директор начальной школы Винегар-Бенда — оторвалась от бумаг на столе и посмотрела на меня теплым взглядом своих темных глаз. Поскольку за плечами у этой чернокожей женщины был диплом колледжа Лиги плюща, считалось, что с ней нашему маленькому городку до крайности повезло. С другой стороны, она выросла в Бенде, а значит была одной из своих. Многие полагали, что ей стоит заведовать образованием всего округа, — когда она станет постарше. А на данный момент ей было всего немного за тридцать.
Был понедельник, утро, и я пытался записать Ишмаэля в школу.
— Не знаю, — признался я честно. — Так далеко еще не зашел. Мать его бросила, так что сейчас им занимаюсь я. Я и Сэм.
— Сэм?
— Сэм Рейкстро. Мы живем вместе. Он менеджер во «Всегда экономь». Его родители…