Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 105)

Это правда?

Позже, пока я, стоя в церковном холле, наливал себе кофе, ко мне подошла мисс Джейн Стэтлер.

— Хен, это правда? — вопросила она, крепко установив трость между ног.

— Что правда, мисс Джейн?

— Что ты гомосексуалист. А ты думал, о чем я?

— Ну…

— Ну тогда благослови тебя Бог, и это все, что я имею сказать. Как по мне, миру бы не помешало еще немного гомосексуалистов. Один стрижет меня много лет. Серьезно, нам такие люди нужны.

— Что ж, спасибо, мисс Джейн.

— А то развелось нынче всяких стилистов! Да я бы им ослиную гриву не доверила подравнять, не то что волосы человека. А эти девицы, разгуливающие с челками до самых носов… идиотки, Хен, честное слово. Мир заполнили одни идиоты. Сколько их пересидело у меня за партами в школе, не сосчитать. Если уж в мире есть место для идиотов, то найдется место и для тебя, и для всех остальных гомосексуалистов, которые хотят жениться и заводить детей. Все лучше, чем ездить в Мемфис в бар с голыми титьками. Разве я не права? Это, конечно, просто мое личное мнение, и если захочешь получше понять, что я имею в виду, то когда-нибудь я расскажу тебе историю своей младшей сестры Си Си. Она была замечательной женщиной, и я ни слова в ее адрес не потерплю. Господь не создает плохих людей. Разве я ошибаюсь, Хен?

— Нет, мэм.

— И ты, Хен, не плохой человек. Если хочешь знать мое мнение — а оно никого больше не интересует, потому что я старая, и у меня с Четвертого июля не шевелилось в кишках, — но если ты меня спросишь, то я скажу, что тебе надо вернуть сюда свою тощую задницу и снова играть на мессах. Без тебя все не так, Богом клянусь, и я не знаю и знать не хочу, почему тебя выгнали, но думаю, что кое с кем в этой церкви следует хорошенько поговорить. Так, а где теперь твой мальчуган?

Я опустил глаза и ничего не ответил.

— Не переживай, — непререкаемым тоном сказала она. — Если Господь послал тебе испытание, он же и проведет тебя через него. Если, конечно, речь не о каком-нибудь жирном богатом ублюдке и игольном ушке, потому что жирным ублюдкам через игольное ушко не пройти, и это ясно, как день. Кто это там? Вдова Руби? Прошу прощения, Хен.

И мисс Джейн торопливо ушла.

Глава 133

Я должен жить дальше

— Что мы здесь делаем? — спросил Сэм.

— Просто идем со мной.

Я вышел и побрел между надгробными плитами, пока не нашел могилу мамы и папы. Сэм молча встал рядом со мной. Через минуту он взял меня за руку.

— Я никогда их не навещал, — сказал я, глядя на двойное надгробие. — Должно быть, это тетя Ширли заказала плиту, потому что я этого не помню.

— Ради твоей матери она взяла все хлопоты на себя, — напомнил мне Сэм. — Помнишь? Ты отказался, потому что был зол.

Я кивнул. Потом долгую минуту смотрел на надгробие и могилы.

— Хен, что мы здесь делаем? Холодно, и нам надо быть дома, готовиться к возвращению Иши. Завтра слушание.

— Я и готовлюсь.

— О?

— Мне надо сказать маме и папе, что я больше не могу таскать их с собой. Я должен жить дальше. У меня теперь есть и другие дела. Я не хочу, чтобы они думали, будто мне стало на них наплевать, потому что это неправда. И вместе с тем правда. Бессмыслица, да?

— Нет, почему.

— Ты поговорил с адвокатом про усыновление? О том, чтобы усыновить ребенка за пределами штата?

— Хен, ты же знаешь, что да.

— Значит, вернем мы Иши назад или нет, мы усыновим ребенка? Да? Мы станем семьей?

— Если ты этого хочешь — конечно, но сначала мы вернем Иши.

— Я совершил с ним ошибку. Пообещал то, что не мог ему дать. Но я больше не повторю ее.

— Никаких ошибок ты с ним не совершил. Разве можно было предугадать, что случится?

— Я причинил ему боль.

— Неправда.

— Я не должен был давать Иши надежду. Я не должен был обещать, что он сможет остаться у нас.

— Мы вернем его, поэтому заканчивай так говорить. Хен, дико холодно. Зачем мы сюда приехали, черт побери?

— Мне надо сказать маме и папе, чтобы они убирались к дьяволу из моей жизни. Пусть убираются на хер, и все. Хватит преследовать меня каждый день. Мне жалко их. Правда жалко. Не хочу показаться грубым, но я в том, что они сотворили, не виноват.

— Никто никогда и не обвинял тебя.

— Я хочу, чтобы они оставили меня в покое. Не могу я больше этого выносить, и у меня больше нет слез их оплакивать. Я устал. Очень устал.

— Я знаю.

— Просто пусть оставят меня в покое, и все.

— Так и будет.

— Я больше не хочу о них думать. Я попросил сестру Асенсьон, чтобы она попросила отца Гуэрру отслужить мессу за упокой их душ, но это максимум, что я могу для них сделать. Я хочу, чтобы все закончилось прямо сейчас. Пусть оставят меня в покое. Я хочу жить своей жизнью, заниматься тем, чем хочу. Как думаешь, они поймут меня?

— Уверен, что да.

Мы надолго замолкли.

— Ну? — наконец спросил Сэм.

— Мне надо сделать еще одну вещь, а потом можно будет уйти. Посмотри, никто не идет?

— Мы здесь одни.

— Следи все равно.

— Зачем?

— Затем, что я хочу помочиться на папочкину могилу.

— Хен!

— Он заслужил это. И мне потом станет легче.

— Ты не станешь этого делать!

— Смотри.

Пока он не успел остановить меня, я расстегнул джинсы, взялся за член и выпустил струйку мочи.

— Господи, Хен! — сокрушенно воскликнул Сэм.

— Извини, но я хотел это сделать очень, очень давно.

Стоя там с членом в руке, я впервые за несколько лет испытал небывалое чувство свободы. Вместе с мочой, лившейся на могилу отца, с моих плеч словно стекал тяжкий груз.

— Я не верю своим глазам, — пробормотал Сэм.

— Мама меня понимает.

— Ну а я — нет. Все. Теперь мы можем уйти?

Глава 134

Судьбоносное заседание