Ник Перумов – Зона магов (страница 33)
Твердислав кивнул. Не было смысла спорить; сам же он оставался в твердом убеждении — они найдут Аэ в тот миг, как внутренне сочтут себя готовыми к этому, готовыми очень-очень глубоко в душе, куда не дотянуться простым волевым усилием. Сколько не повторяй “халва”, во рту слаще не станет, но можно поверить, что ешь лакомство, и тогда действительно почувствуешь его вкус.
Ночь они решили провести на торжище. Тащиться по неведомым чащобам в темноте никому не хотелось.
* * *
На рассвете Исайя произвел ревизию сделанных им запасов и остался доволен. Этого должно было хватить на неделю пути, а там, как он выразился, что-нибудь непременно подвернется.
Дорога через лес оказалась и труднее, и легче, чем они это представляли. Легче, потому что жара убила почти весь подлесок, иссушило лесное разнотравье, почти убила кустарники; идти по широкой тропе было легко, но та же жара делала дорогу мучительной. Твердиславу приходилось напрягать всю волю, чтобы залпом не выпить всю дневную порцию воды.
Леса казались безжизненными. Все, кто только мог, бежали их пораженных засухой краев. Тропа была пустынна, никто не спешил к покинутому торжищу, и Твердислав невольно подумал — а как же вампиры и крылатые ухитряются доставить все товары точно к прибытию каравана?
К вечеру, измученные зноем, все трое почти валились с ног. Правда, Кео обнаружил неожиданные познания в местных кореньях, выкопав целую дюжину корявых коричневатых корней, сохранивших в своей глубине кисловатый, приятно пощипывавший нёбо сок.
На второй день пути трое странников достигли первого селения вампиров. По пути им не встретилось ни каменоломен, ни смолокурен, ни углежогных промыслов, и Исайя вполне серьезно возблагодарил за это судьбу — кто их знает, этих кровососов!
На границе круга полей путников окликнула стража — Исайя высоко поднял левую руку с надетым браслетом-пропуском. Больше вопросов им не задавали.
Твердислав во все глаза глядел на открывшийся ему древесный город. Островина очень высоких темных деревьев, прячущиеся высоко в кронах домики, отсюда кажущиеся изящными елочными украшениями; правда, видно, что селение пограничное — промежуток между вековыми стволами перекрыты высоким плетнем, наверху натянуты сети — чтобы крылатые не смогли ворваться с воздуха.
Возле ворот их вновь остановили. Здесь, помимо самих вампиров, несли стражу вооруженные увесистыми дубинами мохнатые великаны, рабочая сила кровососов. Это было новшеством — в первое свое появление Твердислав такого не видел.
Внутри селение ничем не отличалось от того, где Твердислав побывал. Исайя остался разговаривать со старейшинами, знавшими язык южных торговцев, а Твердислав отправился бродить по поселку — ему хотелось найти статую Аэ. Он не сомневался — такие должны стоять в каждом городке кровососов. С ним увязался также и Кео. Твердислав уже давно собирался спросить у Исайи, что он собирается делать с этим волею судьбы приставшим к ним мальчишкой, но все как-то откладывал.
Твердислав не ошибся. Деревянная статую Аэ и в самом деле нашлась — в самой середине поселка, у подножия громадного неохватного дерева, перед длинным обложенным закопчёнными камнями кострищем. Юноша невольно представил себе, что же именно жарили на этом очаге и его чуть не вырвало. Нет, все-таки странная была фантазия у Аэ, если Умница оставила в своем мире такое...
Фигура девушки была вырезана мастерски. Не неподвижный идол, какой встретился Твердиславу прошлый раз — нет, здесь мастер сумел поймать движение: прижав руку к груди, Аэ вся словно тянулась навстречу чему-то неведомому, но радость на ее лице от этой встречи была также передана с необычайным искусством. Была проработана каждая деталь, каждый завиток волос, даже легкая сеточка смешливых морщин у глаз; создавший скульптуру был настоящим мастером. Это было даже больше, чем портрет; несколько мгновений Твердиславу казалось, что он видит живую девушку, для чего-то облачившуюся в этот странный маскарадный костюм.
По бокам появилось несколько вампиров, казалось, они глядели на Твердислава с неодобрением. Юноша поспешил поклониться изваянию.
Где же ты, своевольная хозяйка этого мира? Ты ведь не из тех, кто бросает свои творения на произвол судьбы. Ты часто появляешься здесь, твой облик известен многим. Тебя боятся и почитают. Ты — Хозяйка; но вот как же мне призвать тебя?..
Можно, конечно, было спросить у здешних обитателей; но дипломатия с вампирами Твердислав оставлял на самый крайний случай — он ничего не мог поделать с собой, странный этот народ возбуждал в нем острую неприязнь. Быть может, Исайя сумеет, у него это лучше получается.
Взгляд Твердислава невольно коснулся деревянных глаз статуи. Гладкая коричневатая поверхность, отполированная до блеска; искусная рука мастера так подобрала дерево, что на месте глаз располагались следы сучков — казалось, Аэ ласково и радостно смотрит на него темными неподвижными зрачками. Почти такими же, как в жизни.
Твердислав вновь надеялся на пробуждение того сверхчувства, что могло бы помочь ему отыскать Умницу; но нет, на сей раз его ждало разочарование. Потоптавшись у статуи еще некоторое время (и не забыв поклониться ей, прежде чем уйти), они с Кео отправились на поиски Исайи.
Координатор сидел на низкой лавке возле самого плетня, что опоясывал все селение. Исайя казался довольным, он даже что-то мурлыкал себе под нос. Твердислав немедленно пристал к нему с расспросами и вот что рассказал координатор:
Он, разумеется, тоже выразил желание поклониться изображению Хозяйки. Не видя в этом ничего дурного, вампиры отвела координатора к статуе. По дороге он задал немало вопросов; большинство ответов были заведомо вздорными и потому он не станет их даже пересказывать, однако кое-что ему, Исайе, показалось небезынтересным. Ну, в частности, то, что Хозяйку можно, оказывается, призвать. Это поистине страшный обряд, требующий огромных жертв и свежей крови, но он возможен и якобы даже пару раз имел место в прошлом, когда НАРОД оказывался на грани полного истребления в войне с крылатыми. А самое главное — что сейчас, из-за небывалой засухи, НАРОД вновь стоит у самой пропасти, спасти от падения в которую якобы может только Хозяйка. Такие вот слухи.
— И когда же они намерены вызвать эту свою Хозяйку? — подавили нервную дрожь, спросил Твердислав.
— Для этого должны сговориться все вожаки всех родов. Дело в том, что обряд требует, как говорили у нас, крупных ассигнований и больших материальных затрат, роды же неодинаковы по богатству, поэтому идут споры о том, кому и сколько следует внести в общую копилку. Политика всюду политика — что у нас, что в Сенсорике. Интересно только, как Умники все решали между собой?.. Короче, кровососы пока еще не сговорились, но, я думаю, когда припечет еще сильнее — лето ведь, оказывается, еще не вошло в полную силу — волей-неволей придут, как говорится, к консенсусу.
— Ты предлагаешь ждать? — спросил Твердислав.
— Ни боже мой! — затряс головой Исайя. — Ничего мы ждать не станем. Действуем по прежнему плану. Я осмотрел невольников... — лицо координатора омрачилось. — Бедняги. Готовы были на все, чтобы их выкупили. Чистить отхожие места и спать в хлеву. Я их понимаю, — Исайя поежился. — Наши маленькие друзья, хозяева этих премилых домиков не только кровопийцы, они еще и каннибалы. Такая вот история... Ну да мы им не судьи. Не нами придумано — не нам и расхлебывать. Что стоишь, вождь? Нам для ночлега это место отвели. Ложись, завтра в самую рань, пока жары нет, дальше двинемся...
Так началась их дорога по диковинной стране, населенной люто ненавидевшими друг друга племенами. Узкие лесные тропы сменялись полями, иногда попадались иные хозяйственные заведения рачительных вампиров — мельницы или распилочные. Иногда встречались небольшие караваны с товарами — встречные кровопийцы глядели хмуро, на вопросы — если среди них оказывался кто-то, знающий южное наречье — крайне неохотно. Дела шли все хуже и хуже. Цены на привозные товары повышались, цены на товары самих вампиров падали. Все меньше и меньше оставалось воды. Начался падеж скота. Во всех родах урезали дневные порции. Кое-где вспыхивали настоящие сражения за воду. Об обряде Призыва Хозяйки слышали все, но никто не мог сказать, когда же это наконец случится.
Проплутав по лесам вампиров добрых две седмицы, трое усталых путников наконец достигли лесной окраины.
Перед ними расстилалась глубокая, обширная долина. Когда-то по ней текла река, бравшая начало на вечных снегах Диких гор — сейчас русло полностью пересохло, оставив лишь широкую полосу грязноватого ила, гниющей травы и дохлой рыбы, не привлекшей даже вездесущих трупоедов.
На противоположном берегу, где вновь начинались леса, на высоком крутояре возвышался огромный глиняный холм. Сперва Твердиславу показалось, что он видит нечто среднее между ласточкиным гнездом и муравейником; затем в глаза бросились сновавшие в воздухе крылатые фигурки, и юноша понял, что перед ними — одно из Обиталищ Небесного народа.
Это было внушительное зрелище. Исполинская постройка явно служила крепостью, все входы и выходы размещались высоко над землей, а подходы к жилищу Роя были дочиста выглажены и выложены глиной, так что враг не нашел бы на ближних подступах никакого укрытия. На самом верху тоже дежурила стража; Твердислава, Исайю и Кео заметили издалека, и тотчас же поднялся переполох.