Ник Картер – Конвенция ассасинов (страница 9)

Семена сомнения были посеяны. Теперь им оставалось только прорасти.

Мужчина на пассажирском сиденье похлопал водителя по плечу. — Сверни в тот переулок, налево! — рявкнул он. Когда машина остановилась, а маленький «Пежо», ехавший следом, притормозил у бульвара возле пруда, главарь бандитов скомандовал: — Возьми Спенсера и осмотри черный вход. Если там охрана — дайте сигнал. Либо уберем их, либо найдем другое место, чтобы прикончить этого шутника.

Двое мужчин вышли из машины, оставляя глубокие следы на свежем снегу. Боевики из «Пежо» тоже попытались выйти, но им махнули рукой — оставаться на местах. Картер остался на заднем сиденье наедине с одним стрелком. Спереди, наставив на Ника автомат .45 калибра, сидел второй головорез. Снег за окном повалил еще сильнее.

Картер решил, что у него есть максимум две минуты. Действовать нужно было так, чтобы люди в «Пежо» ничего не заметили, пока он не будет готов к встрече с ними. Мокрый снег облепил заднее стекло «Рено», скрывая салон от посторонних глаз. Ник понял: пора. Он засунул руки в карманы пальто.

Человек на переднем сиденье видел это движение, но не придал ему значения. Он знал, что Картера обыскали: его «Люгер» и стилет «Хьюго» лежали в кармане напарника, сидевшего рядом с Ником. Но бандит не знал о потайном шве в левом кармане Ника, который позволял Киллмастеру достать «Пьера» прямо из-под одежды.

Картер извлек маленькую яйцевидную газовую бомбу и поднял её так, чтобы охранники видели. Те уставились на предмет с легким любопытством. — Что это за штука? — спросил стрелок рядом. — Оказывается, это бомба, — спокойно ответил Картер. Его левый большой палец лежал на ударнике, а правая рука — на ручке стеклоподъемника. Он лихорадочно рассчитывал время: на сколько он сможет задержать дыхание и сколько секунд потребуется газу, чтобы вырубить этих людей. Выпрыгнуть из машины он не мог — люди в «Пежо» расстреляли бы его в упор.

— Бомба? — ухмыльнулся бандит с автоматом. — Ты думаешь, мы в это поверим? — Верьте во что хотите, — сказал Картер. Он бесшумно наполнил легкие воздухом. Боевик рядом потянулся, чтобы отобрать игрушку. Картер выдернул чеку и поднял бомбу к потолку.

Смертоносная струя газа ударила стрелку прямо в лицо. Его рука безвольно упала. Картер, всё еще не дыша, направил струю на водителя. Затем, зная, что детонатор вот-вот разнесет корпус и мгновенно выпустит весь оставшийся сжатый газ, Ник бросил шипящий шар на переднее сиденье и упал на пол. Прогремел негромкий хлопок.

Картер считал секунды. Сорок... Воздух в машине стал сизым. Дыхания больше не хватало. В салоне воцарилась гробовая тишина. Ник приподнялся, убедился, что двое снаружи еще не вернулись, и приоткрыл правое окно. Прижавшись губами к щели, он сделал глоток ледяного парижского воздуха и снова запер окно.

Он подождал еще тридцать секунд, чтобы газ окончательно убил врагов, затем опустил стекло полностью и жадно задышал. Бандиты в «Пежо» видели его голову, но в сгущающихся сумерках и снегопаде не поняли, что произошло.

Ник действовал молниеносно. Он забрал свое оружие у мертвеца на заднем сиденье и перелез вперед. Мотор работал — водитель оставил его включенным для обогрева. Забрав автомат у второго трупа, Картер швырнул его назад. Глядя в зеркало, он убедился, что хвост не шевелится.

Ник начал медленно сдавать назад, не вызывая подозрений. Когда до «Пежо» оставалось футов двадцать, он резко взревел мотором и протаранил бок второй машины. Удар сбросил легкий «Пежо» под насыпь, прямо в неглубокий замерзший пруд.

Шины взрыли снег и асфальт. Картер рванул по Аллее де Лоншан в сторону Елисейских полей. Его целью был офис Amalgamated Press — прикрытие для связи с Вашингтоном. Он не мог вернуться к Жизель. Пока не мог.

В офисе AXE симпатичная секретарша провела его в тыловую комнату. — В «Рено» найдете двух мертвецов, — бросил Картер дежурному агенту. — Отравлены газом. Вот их пушки. Вызовите жандармов — пусть заберут тех двоих на ипподроме и троих из пруда. И мне нужны патроны для «Люгера» и новые газовые бомбы. — Конечно, Ник. И еще Хоук прислал блок твоих сигарет с фильтром. Они прибыли утром. — Спасибо, — выдохнул Картер. — И принесите поесть. Я не ел со вчерашнего дня.

Через пятнадцать минут, расправившись с сэндвичем и холодным пивом, Картер затянулся сигаретой с золотыми инициалами. Он набрал код. Через тридцать секунд на зашифрованной линии раздался голос Хоука: — Есть новости, N3? Ник подробно доложил обо всем, начиная с Танжера.

— Насчет «польского маяка», — сказал Хоук. — Я заставлю компьютеры попотеть. Ты уверен, что они покинули Париж? — Да. В Орли три человека, подходящих под описание, вылетели рейсом на Стокгольм сразу после полудня. Погода здесь дрянная, аэропорты скоро закроют. — Стокгольм — это только первая остановка, — проворчал Хоук. — Сталин и Васко в бегах уже три недели. У нас есть их парижские адреса, но теперь они бесполезны. — Возможно, нет, — возразил Картер. — Человеческая беготня может дать больше, чем компьютер. Дайте мне адреса, я проверю. Любой клочок бумаги может стать зацепкой. — Хорошая мысль. Перезвони через два часа. И не смей действовать в одиночку без моего приказа.

Когда Ник расшифровал пришедшее по телетайпу сообщение, его кровь похолодела. Два адреса были на авеню Сен-Клу. Один из них принадлежал Жизель Мондье. Неужели она была частью этого плана? Картер отказывался в это верить, но факты были против неё.

Проверка адресов подтвердила масштаб заговора. Генерал Хулио Васко прибыл из Кубы шесть недель назад, наняв американских наемников через связи в Майами. Когда их группа стала слишком большой для отеля, они сняли дом на бульваре Бино, а три недели назад — особняк на авеню Сен-Клу, всего в трех кварталах от Жизель. Там к ним присоединился Миня Сталин. Соседи описывали лидера как высокомерного латиноамериканца с белой бородой и невзрачного русского с глазами, «способными вбить гвоздь в дуб».

В пустых домах Ник нашел лишь окурок авиабилета на имя Ричарда Краузе. Последним местом в списке был дом Жизель.

Картер припарковал арендованную машину за квартал и дошел пешком. Снег валил стеной. — Николас! — выдохнула Жизель, открывая дверь. Она выглядела так, будто увидела привидение. — Здравствуй, Жизель, — сказал Картер, пристально глядя ей в глаза. — Но как... они же... я имею в виду... — Это долгая история, — спокойно прервал её Ник. — Коротко говоря, я выбрался. И не думаю, что твои друзья скоро вернутся.

— Парижская полиция уже задерживает боевиков, а трое ваших иностранных приятелей на пути в Стокгольм. — О чем ты говоришь? — Она казалась искренне озадаченной. Ник заметил, что её глаза покраснели и опухли от слез.

Он начал по порядку, объясняя, как выбрался из ловушки у ипподрома и что узнал об отъезде Райны Миссу, Мини Сталина и генерала Васко. — Я почти хочу, чтобы их самолет разбился в этот шторм, — пробормотал Картер, проходя в гостиную, где весело полыхал камин. — Но мне нужно быть на том самолете. Скажи мне, Жизель, почему они не взяли тебя с собой на этот «праздник»? — Зачем им брать меня? О, Николас, неужели ты думаешь, что я одна из них? — А разве нет? — Нет, конечно нет!

— Тогда почему ты не вызвала полицию, как только мы вышли из дома? У меня было чувство, что ты хочешь помочь. Глаза Жизель опустились. Картер коснулся её подбородка и приподнял её голову, заставляя карие глаза встретиться с его взглядом. — Я задал вопрос, Жизель. Мне нужен ответ. — Клянусь тебе, — прошептала она, и слезы снова выступили на глазах, — я ничего не знаю о планах этой женщины, кроме того, что она хочет убить тебя. Я не с ними.

Жизель рассказала о визите Райны. Та убедила её, что Ник — наемник североафриканского диктатора, повинный в смерти её отца. — Я не знала, что всё это ложь! — рыдала она. — Я поняла, как мало знаю о тебе. Я слишком доверчива. Когда я вышла из дома, я чувствовала, что происходит что-то ужасное, но не понимала, что именно.

Картер слушал молча, видя боль в её лице. Он понимал, что она говорит правду. — Хорошо, — сказал он, отходя к огню. — Но как ты узнала, что Райна лжет? И зачем примчалась к ипподрому? Она рассказала о походе в библиотеку и газетных архивах. — Тогда я поняла, что её отец заслужил смерть, а она — тюрьму. Но я до сих пор гадаю: кто ты на самом деле?

— Ты была права в своих догадках, — мягко ответил Картер, впервые чувствуя вину за свою ложь. — Я не могу сказать, на кого работаю, но поверь: эти трое затеяли заговор, который может привести к Третьей мировой войне. Я должен их остановить. Но всё же... почему ты не вызвала жандармов? Ты фактически подписала мне смертный приговор. — У меня не было выбора, — прошептала она.

Ник закурил и подождал, пока она успокоится. — Что случилось после того, как меня увезли? — Райна позвонила из аэропорта. Её рейс задержали. Она хотела знать, мертв ли ты. Я как раз тянулась к телефону, чтобы позвонить в полицию. Она остановила меня. Она сказала, что у неё есть доступ к такой мощной компьютерной сети, что она узнает о звонке мгновенно, даже если я буду звонить не из дома. Она угрожала взорвать мой магазин, дом и убить меня сегодня вечером. Я испугалась, Николас. Я обменяла твою жизнь на свою...