Ник Гернар – Солнце (страница 40)
По правде говоря, эту комнату с кучей каких-то коробок, ящиков и ободранными крашеными стенами трудно было назвать кабинетом главы корпорации. Только огромный компьютерный стол в глубине комнаты намекал, что здесь все не так просто и в этой дыре обитает кто-то действительно важный.
Лекса мгновенно подорвалась с места, как будто с момента нашей переписки только и делала, что ждала меня.
Одета она была довольно непривычно — в грубые тактические штаны со множеством карманов и нашитых петель для подвесов, ботинках и черной футболке без рисунка. Волосы убраны в хвост, на лице — ни грамма косметики.
Но, черт возьми, как же от нее волшебно пахло!
Она обняла меня, и я вдруг понял, что тот дурманящий запах, который я выискивал у нее на шее, под грудью и с внутренней стороны локтевых сгибов — это не ароматический компонент ее парфюма. А естественный запах тела.
Горячие руки на моей шее, упругое прикосновение груди, и то, как она с улыбкой выдохнула мое имя, разом перенаправило мои мысли в совершенно другое русло. Хотелось запереть эту двойную дверь, посадить Лексу на стол, запустить огрубелые руки ей под футболку…
Я выпустил ее из своих рук и решительно отстранился.
— Присядь-ка. Есть вопросы.
Лекса глубоко вздохнула.
Послушно вернулась за стол, плюхнулась в скрипнувшее кресло.
— Это из-за скандала? — спросила она, опустив глаза.
Я вздохнул. Подвинул стоявший в стороне стул и сел напротив нее.
— До сих пор я никак не вмешивался в твои деловые взаимоотношения и прочие корпоративные нюансы. Но то, что происходит сейчас, я просто так оставить не могу. Они почуяли кровь и будут рвать тебя на части, пока их кто-то не остановит. Я должен знать, кто это сделал. И почему. А еще необходимо срочно запросить верификацию видео у другой компании, которая по своим масштабам не уступала бы «Всевидящему Оку». У тебя есть что-то на примете?
Лекса шумно выдохнула. Сжала побелевшими пальцами виски.
— Я бы с радостью, но… Есть одна проблема, — тихо проговорила она.
— Какая⁈
— Это видео… Не фальсификация.
На несколько секунд я даже дышать забыл.
Сидел с замершим выдохом в легких, смотрел на Лексу и не верил собственным ушам.
— Не. Фальсификация, — проговорил я, наконец. — Погоди, дай-ка я соображу…
Лекса встрепенулась.
— Слушай, я знаю, как это выглядит! Но на самом деле все было не так! Видео смонтировано из двух эпизодов! И без контекста оно воспринимается совсем не так, как должно!..
— А вот сейчас помолчи, — мрачно перебил я ее.
И Лекса осеклась. Глаза ее покраснели.
Твою мать… Она и правда все это сделала.
— Давай так, — проговорил я, и голос прозвучал неожиданно сипло и незнакомо, будто шел не из моего горла. — Я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Четко, коротко, без всей этой вашей женской мишуры, без попыток выкрутиться и оправдаться. Только факты. И не врать! Не прощу.
Лекса всхлипнула. Подняла на меня глаза.
— Хорошо.
— Ты стреляла в ту девушку?
— Да! Но ты не видел, что там творилось вокруг. Она бросилась к машине…
— Стоп! Следующий вопрос — что там грузят на видео?
— Это оборудование для полного погружения, — ответила Лекса, немигающим взглядом уставившись в одну точку. — Оно просто очень дорогое, а у меня есть люди, которые его используют…
— Достаточно, — перебил я ее.
— Послушай, на самом деле все не так плохо, как кажется! С той девушкой… Там случилась неразбериха, возле машин в тот момент собралась целая толпа людей…
Разумеется, целая толпа. Люди просто хотели сбежать из этого ада, пока ты грузила свое ценное оборудование. А ты испугалась и начала стрельбу.
Корпораты в принципе имеют привычку относиться к людям, как к дровам.
Быть добрым вообще очень непросто.
И я сам в общем тоже не с крыльями…
Так почему у меня никак не получается оправдать эту стрельбу? Почему внутри так гнусно?
— Перестань, пожалуйста. Чем больше ты пытаешься мне объяснить, тем хуже все это выглядит, — заметил я. — Давай оставим это. У меня есть еще вопрос. В какой командировке ты только что была? И какие вопросы там решала?
Лекса вздрогнула. Съежилась под моим взглядом.
— Я тебе наврала, — еле слышно проговорила она. — Я… была в рифте.
Я невесело усмехнулся. Покачал головой.
Прекрасно.
Прямо-таки восхитительно. Я ведь был готов влезть в любую кашу, чтобы защитить ее.
А мне, оказывается, просто врали.
— В фамильном рифте Ладыженского? — холодно спросил я.
Разноцветные глаза Лексы расширились.
— Откуда ты знаешь?
— Неважно. Просто «да» или «нет»?
— Да.
— И за что он тебе сделал такой подарок?
Лекса нахмурилась. Ее лицо теперь было неподвижным, как каменная маска, но из глаз закапали театральные слезы.
— Я не опубликовала имеющийся на него компромат.
— Компромат какого рода?
— У него пристрастие к маленьким детям. Я получила видео и шантажировала им Ладыженского. Послушай, я не знала, что все так обернется! У меня имелась информация, что есть некий закрытый клуб для верхушки, который любит оригинально развлекаться. Что у них тем есть шлюхи обоих полов и они всегда берут с собой детский хор из ТЦ. Я навела справки через одну девицу и оказалось, что к ней по этому поводу даже кто-то обращался с просьбой о мести. Якобы детей заставили петь хоралы в голом виде. Я закупила микрочипы и попросила установить их нескольким детям из этого хора… Монгол, я не знала, что там будет такое!..
Я шумно выдохнул. В висках застучало.
Ты с кем вообще спал, Монгол?
Надо было остановиться на первых двух вопросах.
Надо было остановиться…
— Слушай, я не могла обнародовать эти материалы. Просто, потому что это было бы бессмысленно, у меня нет ни власти, ни влияния посадить такого, как Ладыженский! И твой друг «Биосад» мне бы тоже не помог! Потому что у них самих рыло в пуху! Все, что я могла — это изъять неблагополучных детей из ТЦ у их родителей и учредить приют, чтобы у них было какое-то будущее!..
— А у тебя был бы билет в фамильный рифт Ладыженского, — мрачно закончил я фразу. — Я все понял, Лекса. Может, я и выгляжу, как доверчивый идиот, но не настолько же. Детский приют она собрала…
Лекса подняла на меня взгляд, которого я до сих пор у нее не знал.
Яростный. Жестокий. Злой.
Она стиснула руками край стола и тихо проговорила: