Нэтали Штиль – Греческие каникулы (страница 3)
– Приступай. Если я понадоблюсь, буду там. – и она ткнула пальцем в потолок, имея ввиду верхнюю палубу.
К полудню спина уже ныла, а руки пахли чистящим средством. Команда собралась на обед в кру-салоне, где пахло чесноком и специями – Мохаммед на кухне готовил что-то острое.
– Как первый день? – спросил Хакан, подвинувшись, чтобы дать ей место.
– Пока живая, – устало улыбнулась Лиза.
– Подожди, пока начнётся сезон. Тогда узнаешь, что такое настоящая работа.
После обеда Айла провела её по яхте, показывая потайные места:
– Здесь хранится запасной сервиз, тут – экстренная аптечка, а это, – она понизила голос, – личный кабинет Самира. Даже не думай туда заходить.
Они обошли все помещения, Айла ознакомила её с пожарными выходами из каждой кабины, на случай эвакуации.
Когда рабочий день наконец закончился, Лиза едва держалась на ногах. Она приняла холодный душ, так как нагреватель воды вышел из строя и рухнула на койку.
– Выжила? – усмехнулась Айла, разглядывая её красные ладони.
– Чуть-чуть.
– Завтра будет легче.
За иллюминатором мерцали огни марины. Лиза закрыла глаза, думая о маме, о деньгах, о том, что впереди ещё много таких дней.
Но она справится. Обязательно справится.
Пять дней пролетели в однообразном ритме: подъем в семь, быстрый завтрак, уборка, помощь на кухне, снова уборка. Лиза уже научилась отличать средство для полировки красного дерева от воска для палубного настила, знала, в каком шкафу хранятся запасные комплекты белья для гостевых кают, и даже освоила хитрую систему складывания салфеток, которой требовал Мохаммед.
Айла ознакомила её со всеми привычками и вкусами гостей и хозяина, которые, кропотливо записывались в отдельный журнал. Лиза знала, что Господин Самир предпочитает черный кофе без сахара, его мать пила холодную воду с тремя каплями розовой воды каждое утро, а лучший друг семьи- господин Ибрагим любит растворимым кофе Nescafe с двумя ложками сливок и сахара.
Порой, Лизе казалось, что она спит. Роскошь хозяйских комнат, сменялась теснотой и изношенностью кру-помещений. Серый Ростов из её ночных кошмаров, сменялся голубой лазурью Красного моря. Вечные отдыхающие, гуляющие по Марине в дорогих одеждах и круглосуточная работа в резиновых перчатках, как два разных мира, две планеты.
Вечер пятого дня. Команда собралась за ужином в кру-салоне. Капитан Мустафа, обычно немногословный, на этот раз отложил газету и внимательно посмотрел на Лизу.
– Завтра у тебя выходной, – объявил он, и в его голосе звучала необычная мягкость. – Первая неделя – самая тяжелая, а ты справляешься неплохо. Молодец!
Лиза, с набитым ртом (она за пять минут до этого буквально набросилась на еду, не замечая, как проголодалась за день), замерла, переставая жевать.
– Выходной?
– Да. Спи сколько хочешь, иди в город, на пляж – делай что нравится. Главное, – капитан поднял палец, – не возвращайся пьяной и не пропускай ужин.
Команда засмеялась.
– В Эль Гуне есть отличный пляж в бухте, – подсказала Айла. – Там чисто и не так много туристов.
– И не забудь крем от солнца, – добавил Хакан, с ухмылкой разглядывая её бледные, ещё не привыкшие к египетскому солнцу плечи. – Иначе сгоришь, как цыплёнок на гриле.
– А если… если вдруг понадоблюсь? – неуверенно спросила Лиза.
– Если Босс вдруг объявится, мы тебя найдём, – Алиджан хлопнул её по плечу. – Расслабься, новичок.
После ужина Лиза вернулась в каюту, упала на койку и уставилась в потолок. Выходной. Целый день без швабры, тряпок и бесконечных «срочно перестелить каюту номер три».
Она закрыла глаза, представляя, как завтра будет лежать на песке, слушать шум волн, гулять по городу и ни о чем не думать.
За иллюминатором покачивались отражения огней на воде, и яхта тихо поскрипывала, убаюкивая её перед долгожданным днём свободы.
Глава 4. Выходной
Лиза открыла глаза и сразу поняла – выспаться не получилось. Внутренние часы, уже настроенные на жесткий ритм яхты, предательски разбудили ее ровно в семь, несмотря на то, что сегодня был ее выходной.
Она потянулась, глядя на спящую Айлу на нижней койке. В каюте царил полумрак – солнце только начинало пробиваться сквозь иллюминатор.
Лиза ещё понежилась в постели, если её можно было так назвать. Первые три дня она постоянно ударилась головой о слишком низкий потолок. Повезло, что обивка потолка была мягкой и она, при всем желании, не могла себя травмировать.
Она подождала, когда “час пик” в кру закончится и вылезла из кровати, протиснулась в ванную комнату.
Душевая была крошечной – деревянная решетка под ногами, миниатюрная раковина и едва помещающийся унитаз. Маленький иллюминатор пропускал ровно столько света, чтобы не чувствовать себя как в камере. По периметру помещения задергивалась шторка для душа, чтобы оградить стены и сантехнику от лишней влаги во время того, как кто-то принимает душ.
После душа, необходимо было протереть стены и поверхности, убрать за собой, что бы содержать санузел в постоянной чистоте. Это было негласное правило для всех.
Лиза надела короткие джинсовые шорты, просторную белую майку и, поймав свое отражение в зеркале, на секунду задумалась. "Совсем не похожа на ту Лизу, что приехала сюда неделю назад". Загар еще не успел проявиться, но в глазах уже появилась какая-то решительность.
– Все будет хорошо, – повторяла она как мантру, последнюю неделю и только сегодня она в это почти поверила.
Выйдя из кабины и пройдя по коридору, Лиза обнаружила, что команда уже разошлась по своим делам – в кру-салоне пахло свежим кофе, но никого не было. Из кру по узкой лестнице она поднялась в кухню.
На кухне царила тишина – Мохаммед, видимо, уже ушел за продуктами. Всё поверхности блестели, работала посудомойка. Лиза быстро сделала себе бутерброд с сыром и ветчиной, взяла банку содовой из холодильника и, бросив все в рюкзак, направилась к выходу.
Яркое солнце ударило в глаза, когда она вышла на палубу. Воздух был свежим, еще не раскаленным от дневного зноя.
– Куда собралась, новичок?
Хакан, с мокрыми от пота волосами и закатанными рукавами, чинил что-то у борта.
– В город, – ответила Лиза, поправляя рюкзак на плече.
– Одна? – он приподнял бровь.
– А что такого?
– Ничего. Только не теряйся, – он ухмыльнулся. – И не забывай, ужин в семь.
– Не забуду.
Сойдя по трапу, Лиза замерла на мгновение, ослеплённая солнечным светом, отражающимся от водной глади. Гараж был открыт. Цезарь и Алиджан наклонились над мотором “Зодиака” – небольшой моторной лодки. Она пожелала им хорошего дня и повернулась навстречу городу.
Перед ней открывалась панорама старой набережной Эль-Гуны – города, который часто называли "египетской Венецией".
Слева и справа тянулась вереница пришвартованных яхт – от небольших изящных катеров до роскошных белоснежных гигантов, чьи мачты покачивались в такт лёгкой волне. Их полированные борта сверкали на солнце, словно драгоценности в лазурной оправе залива.
Справа раскинулся широкий песчаный пляж с массивным деревянным баром в центре. Под тростниковым навесом уже расставляли шезлонги, а бармены в ярких гавайских рубашках готовили стойку к дневному наплыву гостей. Рядом возвышалась башня администрации марины. Откуда совершалось управление и контроль за всеми входящими и выходящими лодками.
Город просыпался: сначало обслуга, а гораздо позже все остальные.
Слева, будто охраняя покой набережной, выстроились двухэтажные пентхаусы в арабском стиле. Их резные балконы и огромные панорамные окна смотрели прямо на залив, предлагая богатым жильцам бесконечный спектакль из меняющихся морских красок.
Лиза свернула с набережной в узкий переулок и сразу попала в другой мир. Эль-Гуна, этот искусственно созданный рай, казалась сошедшей со страниц сказочного альбома.
Каждый дом здесь был выдержан в едином стиле – охристые стены с деревянными голубыми ставнями, резные деревянные балкончики, увитые бугенвиллией. Даже вывески кафе и магазинов выполнены в одинаковой цветовой гамме, создавая ощущение идеального, почти кукольного мира.
По мощёным улочкам сновали разноцветные тук-туки и медленно плыли дорогие автомобили. Местные жители – загорелые, одетые в лёгкие льняные костюмы – неспешно перемещались между роскошными апартаментами и тенистыми террасами ресторанов. Казалось, что все они были знакомы друг с другом. При встрече они ждали руки и прикладывались щеками.
На самом берегу залива, в тени раскидистых пальм, располагалось легендарное кафе "Seven Stars" – одно из старейших в Эль-Гуне. Его терраса с резными деревянными перилами и белоснежными скатертями будто приглашала отдохнуть от палящего солнца.
Некоторые столики стояли так близко к воде, что, порой, долетали брызги от всплеска воды о бетонные плиты.
Лиза замерла перед витриной, где в идеальном порядке были выставлены нежные бисквитные торты с ягодными муссами, хрустящие эклеры с глянцевой глазурью, миниатюрные тарталетки с идеальными карамельными розочкам, восточные сладости, пропитанные медом и розовой водой.
Аромат свежей выпечки, ванили и обжаренного миндаля оказался сильнее её силы воли.
Она устроилась за столиком в дальнем углу террасы, где тень от пальмы создавала приятную прохладу. Официант в белоснежной рубашке и черном галстуке моментально появился рядом:
– Что пожелаете, мадемуазель?