Нельсон Бонд – Эти миры должны жить! (страница 2)
- Я еще раз говорювам, - поклялся Гэри, - камера не двигалась! Действие, которое вы видите наэтих снимках, это всего лишь одно из двух: либо камера запечатлела движениесамой кометы, либо, — он глубоко вздохнул, - это эффект, который оказало насветовые лучи кометы ее присутствие в нашей галактике!
Д-р Энджерс бросилна него быстрый обеспокоенный взгляд.
- Что это значит?Наша галактика! Боюсь, вы переутомились, мой юный друг…
- Минуточку,доктор! У меня есть еще одно доказательство. - Молодой человек запустил руки всвой портфель. - Доктор Брайант, позвольте задать вам вопрос. Если бы вас попросили назвать самую загадочнуюиз всех астрономических головоломок, что бы вы выбрали?
- Красноесмещение, я полагаю.
- Совершенноверно! С начала девятнадцатого века и по сей день одной из загадок, котораяудивляет и ставит в тупик ученых, является очевидное движение нашей Вселенной.Согласно всем свидетельствам, наша вселенная состоит из множества галактик,каждая из которых убегает от всех остальных с невероятной скоростью. Это мызнаем благодаря «красному смещению», которое можно назвать эффектом Доплера,применимому скорее к свету, чем к звуку. Когда одна звезда, комета илигалактика приближается к другой, направляя свои световые волны на соседнююзвезду, световые волны космического тела укорачиваются и смещаются в фиолетовуюсторону спектра.
Точно так жеудаляющееся светило притягивает свои волны, и высота его излучения обозначается«красным смещением». Наблюдения научили нас трагической лжи о том, что все во Вселенной убегает отвсего остального. Мы научились верить в «расширяющуюся вселенную». Но, - Гэриснова ткнул пальцем в фотографии, - изучите эти поля! Эти тонкие линии -спектрографы кометы, которую вы только что видели. Согласуются ли они с нашимиустоявшимися теориями?
- Но этоневероятно, Гэри! - Доктор Брайант вытаращил от удивления глаза. - Если комета на ваших снимках приближалась кнашей галактике - как это, несомненно, и было - и должна была постояннодемонстрировать фиолетовое смещение. Но вместо этого здесь показано красноесмещение до момента отклонения от своего обычного курса, а затемфиолетовое! И к какому выводу вы пришли, мой юный друг?
- Существуеттолько один возможный вывод.- серьезно сказал Гэри, - Наука заблуждалась почтитри столетия. Наша Вселенная не расширяется. Все остальные галактики не разбегаются в разные стороныот нашей. Большая Вселенная устойчива и безопасна. Движется только нашамаленькая солнечная галактика. А мы сжимаемся!
Глава 2
Нора Пауэлл былаявно не в своей тарелке. Это было видно по ее глазам и по тому, как раздраженноона выпятила нижнюю губу. Она окатила холодным взглядом своего новогоначальника и спросила:
- Не будете ли вытак любезны объяснить это более подробно, доктор Лейн?"
Гэри не нуждался впонуканиях. Именно эта теория была причиной его необычной резкости, его вспышкигнева на ракетном аэродроме озабоченности, которой был отмечен его обратныйполет с Луны на Землю. Ему отчаянно хотелось убедить доктора Брайанта, и всех остальных,что от этого поразительного открытия нельзя было отмахнуться.
И что еще болееудивило Гэри, он обнаружил в себе желание доказать Норе Пауэлл, что на самомделе он не такой уж «людоед», каким она его теперь считала, и что у егогрубости было оправдание. Он заговорил, излагая аргументы, которые былипродуманы во время полета со спутника Земли.
- Вы все знакомы стеорией «расширяющейся» или «пузырьковой» вселенной. Мы приближаемся кпониманию этого, думая о нашем существовании, нашей вселенной, состоящей изтрех пространственных измерений с одним временным продолжением, и как о сфере,которая полностью состоит из поверхности. М это не просто полая сфера, как выпонимаете. Все, включая пустое пространство, твердую материю и энергию,находится на поверхности этой гиперсферы. Таким образом, наша галактикапредставляет собой одну точку, расположенную на поверхности сферы, состоящей измиллиарда галактик. Существует теория, согласно которой есть «нечто», что«раздувает» этот пузырь, и что по мере расширения, расстояние между галактикамиувеличивается, так что они кажутся похожими друг на друга.
Главнымвозражением против этой теории был неразрешимый вопрос — во что расширяется этагиперсфера, поскольку содержит в себе все Пространство и Время?
- Как я понимаю,вы отвергаете эту теорию? – Несколько язвительно перебил его Доктор Анджерс.
- Полностью, -смело заявил Гэри, - и определенно! Она не разрешила и никогда не разрешит парадоксы, которые мынаблюдаем. Я убежден, что, хотя Большая Вселенная может быть замкнутой иконечной, она не расширяется, а полностью статична, поскольку поддаетсяреальному и постоянному измерению.
- Но, доктор Лейн,- вмешалась Нора, - принципы относительности! Величина сокращение по Лоренцу...
- Я все объясню, -настаивал Гэри, - если вы согласитесь с моей новой основной предпосылкой. - Он ненадолго задумался,как лучше изложить свою идею, затемпродолжил. – Давайте предположим, что вы стоите в центре большой комнаты, стеныкоторой приводятся в движение какой-то машиной, удаляясь от вас. Если бы вымогли измерить это движение спектроскопически, вы бы наблюдали явление«красного смещения», верно?
- Да, Гэри.Такова, по сути, связь нашей галактики с Большей Вселенной в ее нынешнем понимании, - согласился ДокторБрайант.
- Так и есть, нопредположим, что вы неподвижно стоите в этой самой комнате, и какая-то страннаясила воздействует на вас, заставляя уменьшаться в размерах! Тогда что бы выувидели?
Глаза девушкирасширились и она воскликнула:
- Что вселеннаяубегает от вас! И ваш спектроскопический анализ показал бы «красное смещение»?– Нора повернулась к двум пожилым мужчинам. – Доктор Брайант... докторАнджерс... он прав! Теперь я понимаю, что означали эти картинки! Комета, войдяв нашу сжимающуюся галактику, резко изменила свой курс...
Глаза иностранногоученого под тяжелыми веками затуманились от нетерпения, он сочувственно улыбнулся.
- Очень интереснаягипотеза, мой юный друг. Но было бы безрассудством основываться на такихнеубедительных доказательствах. Ваша камера, несмотря на вашу уверенность,могла разболтаться. Ваш спектроскоп мог быть не отрегулирован... по любой изтысячи причин. - Пухлая рука ученого быстро нырнула в портфель и извлеклаоттуда плоскую круглую коробку с пленкой. - Это тот рулон, на котором…
- Не делайтеэтого! - Гэри буквально выкрикнул этислова, бросаясь вперед и едва успел помешать пожилому ученому открытьконтейнер. Он грубо вырвал банку из рук доктора Анджерса и быстро осмотрелтонкую металлическую пломбу. Убедившись,что она цела, он подумал о том, чтобы извиниться.
- Вы должныпростить меня, сэр, но это дополнительные материалы, они еще не былиобработаны.
Маленькийчеловечек понимающе кивнул.
Доктор Брайант,слишком погруженный в свои мысли, чтобы заметить эту сцену, задумчиво поднялголову.
- Тем не менее,Гэри, мисс Пауэлл затронула важный момент. А как насчет нашей известной ипроверенной небесной механики?
- Моя теория, -твердо сказал Гэри, - делает ее еще более обоснованной. Другими словами,принципы уравнения Лоренца по-прежнему справедливы, но мы должны научитьсяинтерпретировать их под новым углом. Меняется не критерий, а наблюдатели! Мы,жители этой сокращающейся галактики, которая, одна на всех просторах ВеликойВселенной, становится все меньше!
- Но... но почему,Гэри?
- Этого я не знаю,- признался Лейн. - Но это проблема, которую мы должны решить, и побыстрее.Или...
- Или? —подсказала Нора Пауэлл, когда он заколебался.
- Или... - мрачнозаключил Гэри. - Забвение! Если я не допустил серьезной ошибки в своих первыхрасчетах, существует предел, которому может противостоять вещество при сжатии,и этот предел быстро приближается. Вещество не может сжиматься вечно. Если мы несможем найти способ освободиться от странной силы, воздействующей на нас извне,- Гэри обвел рукой сгущающиеся сумерки на Земле, - наши Земля и Солнце, наширодственные планеты, наша галактика - все это обречено!
После этогозаявления Гэри Лейна в комнате воцарилась тишина. Но сейчас не было момента для сомнений. Что-то от егоубийственной серьезности передалось его слушателям. Их голоса были приглушены, словно вблагоговейном страхе перед величием его предупреждения. Малдун, конечно, ужезнал и уже верил. В глазах Норы светилось доверие. Широкие светлые бровидоктора Анджерса были нахмурены, и ангельскую маску на его лице прорезали белыеморщинки сосредоточенности. Доктор Брайант кашлянул, сплетая длинные, умелыепальцы в мысленную цепочку. Но именно иностранный ученый нарушил молчание. Голосом,который можно было бы принять за мягкий упрек, если бы его акцент не был усиленноткой, близкой к тревоге, он сказал:
- А вам некажется, что вы немного драматизируете, доктор Лейн? В конце концов, это всеголишь гипотеза. Совершенно новая и, с вашего позволения, самая неправдоподобная.
- Новая - да, -почти резко согласился Гэри, - но не такая уж и неправдоподобная, доктор, нетак ли, Флик? - Эксперт по операторам кивнул. - Мы знаем, и у нас естьдополнительные доказательства. Эти кассеты с пленкой дают половину информации,простая математика все остальное - в комплекте. Флик, давай-ка ты поработаешь сэтими снимками прямо сейчас. Мы им покажем..