Нелли Шульман – Вельяминовы. Начало пути. Том второй (страница 33)

— У нас разные представления о чести, сеньор Вискайно, — сухо ответил Ворон.

Степан зажег свечу в фонаре, висящем на переборке. Девочки даже не проснулись. Эстер только поближе прижала к себе дочку. Одевшись, Ворон взглянул на лунную дорожку.

—Черт, когда же будет ветер, — вздохнул он, — странно, рыбы вокруг столько, что хоть руками ее лови. Грендал говорит, матросы шепчутся, что все из-за «Святого Фомы». Не надо было его трогать, — капитан прислушался, — вахтенный свистит, ветер вызывает. Хотя Йохансен говорил, что если ребенок на корабле родился, то это отличная примета. Все будет хорошо, — Ворон вдруг похолодел.

—Господи, о чем я только думал, какой дурак я был. Йохансен рассказывал о таких банках. Никакая это не банка. Надо немедленно сниматься с якоря.

Взбежав по трапу, он спокойно сказал Грендалу, стоявшему вахту:

—Уходим отсюда. И разбудите мистера Фарли, я останусь здесь.

— Что случилось? — в лунном свете серые глаза Грендала казались серебряными. Степан поднял якорь.

—Идите, мистер Грендал, — сухо сказал капитан, — выполняйте распоряжение.

— Будите всех, спускайте на воду шлюпки, — велел Ворон, когда Фарли появился на палубе, — надо отойти как можно дальше. Придется на веслах, ветра нет. Провизия и вода подготовлены. Мистер Фарли, садитесь в шлюпку с испанцем и моей семьей, возьмите еще пару матросов. Вы, мистер Грендал, с остальными.

— Что это? – Фарли указал на вспучившуюся поверхность воды. —Что это, капитан?

— Делайте, что приказано, — Ворон коснулся горячего якоря, — идите сюда, — подозвал он помощников, — потрогайте.

— Да что это внизу? – прошептал Грендал.

— Мы бросили якорь на склоне подводного вулкана, — вокруг «Звезды» пузырилась вода, — в любой момент может начаться извержение. Я пущу ее в дрейф. Будем надеяться, что появится ветер, — Ворон нежно погладил обшивку борта.

— Надо быстро убираться отсюда, иначе мы взлетим на воздух. Потом мы пришвартуемся к «Звезде». Хватит болтать, начинайте работать, — Степан пробормотал:

—Пришвартуемся, если от нее что-то останется.

Шлюпки спустили на воду и он крикнул:

—Все в порядке?

—Да, — донесся до него голос Фарли.

Ворон понял, что никогда еще не бросал свой корабль.

—Прости, девочка, — он быстро спустился по веревочному трапу.

— Я сам сяду на весла, — сказал он первому помощнику.

—Ворон, — Эстер, закутанная в темный плащ, отодвинула капюшон. Дочка спокойно спала в холщовой перевязи у нее на груди.

— Все будет хорошо, — нарочито спокойно сказал Степан, работая веслами, — мы прогуляемся и на рассвете пришвартуемся обратно. Не волнуйся, радость моя.

Вискайно изумленно вгляделся в Эстер.

—Вы женщина?

— Да уж не мужчина, — сердито буркнула она, не отрывая взгляда от стройного силуэта медленно дрейфующей «Звезды».

Степан, зевнув, приподнялся со дна шлюпки.

— На пару миль мы отошли, — сказал Фарли, что стоял вахту, — вот и Грендал с ребятами. Может, вернемся, капитан?

— Нет, — зачерпнув теплой воды за бортом, Ворон умылся. Все вокруг спали. Робкий рассвет поднимался над серым океаном.

—Рано еще, мистер Фарли, «Звезда» слишком близко к вулкану. Как и мистер Грендал, впрочем, — Степан выпрямился.

—Уходите оттуда!

— Капитан, — заорал Фарли, — смотрите!

Поверхность океана вспучилась. Взлетевший на восемьсот футов в небо фонтан воды и дыма поднял шлюпку Грендала. В воду полетели куски лавы и камней. Степан закрыл собой жену и дочь. Мирьям, проснувшись, заплакала.

—Сейчас, детка, — Эстер дала дочери грудь, — Ворон, что там?

Почти двадцатифутовая волна перевернула «Звезду» вверх килем. Выброшенная вулканом лава заколотила по днищу, доски потрескались, барк медленно погружался в море.

— Там, — Степан откашлялся — неприятность.

Когда волна дошла до них, она была уже шести футов и шлюпку только качнуло.

— Подбирайте все, — распорядился Степан, — нам сейчас любой кусок дерева пригодится. И провизию тоже, если что—то выплывет.

Когда море утихло, они выловили единственного выжившего со второй шлюпки. У Грендала была разбита голова. Увидев его ожоги, Эстер шепнула мужу:

—Я взяла с собой снадобья, но…

— Посмотрим, — ответил Ворон. Он велел:

—Мистер Фарли, давайте проверим, сколько у нас припасов. И согните кто-нибудь гвоздь. Не вся рыба издохла, какая-нибудь должна была остаться.

— Капитан, где мы? – Вискайно вгляделся в поверхность океана. —Смотрите, может быть, нам высадиться на скале?

Ворон усмехнулся.

—Скала еще дымится, сеньор Вискайно, и дня через два уйдет обратно под воду. Нам нужен ветер, — взглянув на бессильно обвисший парус, Степан подавил ругательство.

— И все же где мы? Где берега? – испанец оглянулся.

— Берега, — ядовито ответил Степан, — вас какие берега интересуют, сеньор? Африка отсюда в трех тысячах миль, Южная Америка – в тысяче. До юга, — он усмехнулся, — ближе, миль семьсот. Только там еще никто никогда не бывал.

Коснувшись губами щеки жены, он заставил себя добавить:

—Все будет хорошо. Мы выберемся.

—Он умирает, — Эстер разбудила мужа. Степан протер глаза и хрипло спросил:

—Как ветер, мистер Фарли?

— Никакого ветра, — пробормотал помощник, склонившийся над бортом шлюпки, — и рыба вся ушла, со вчерашнего дня ни одной ни поймали.

— Все из-за него, — злобно сказал один из матросов, показывая на Вискайно, сидящего на корме, — его корабль был проклят Господом, и он тоже! Выбросить его в море, и все. Еще тратим припасы на католическую собаку, мало они нас топят и вешают!

Плеснув в лицо забортной водой, Степан спросил:

—Как Мирьям?

Посмотрев на спящую в перевязи дочь, Эстер ничего не ответила. Степан коснулся губами лба девочки:

— Ничего. Если подует ветер, то мы дойдем до земли, что видели с корабля сеньора Вискайно. Там наверняка найдутся источники, — он повернулся к матросам, — и на моем корабле никто никого не будет выбрасывать за борт. Первый, кто заговорит о бунте, получит пулю в лоб. Пистолет у меня в исправности.

Встав на колени, он прошептал:

—Мистер Грендал, вы хотите передать что-то жене, детям?

— У меня никого нет, — обожженные, распухшие губы человека еле шевелились, — только мать, миссис Маргарет Грендал. В Плимуте, на Бедфорд-стрит, собственный дом. Рядом с церковью святого Андрея.

— Я знаю, — Ворон ласково взял его за руку, — я все сделаю, мистер Грендал.

— Спасибо, — моряк устало закрыл глаза.

Слыша свой голос, Ворон скрыл вздох:

—Господи, сколько раз мне еще это говорить, сколько... Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться. Если я пойду и долиною смертной тени, то не убоюсь зла, — он перекрестился:

—Упокой Господи, душу раба Твоего, Томаса Грендала, и даруй ему обитель под сенью присутствия Твоего.