Нелли Шульман – Вельяминовы. Начало пути. Том второй (страница 12)

Архиепископ поднес к ее губам распятие. Она отвернулась. Его высокопреосвященство кивнул Джованни.

—Начинаем.

— Помните, — шепнул святой отец, привязывая ее к столбу, — что бы ни случилось...

Отдав ему свечу, Эстер закрыла глаза. Джованни поджег хворост.

Спрятавшись за углом бедного глинобитного домика, Мануэла не отрывала глаз от Диего.

—Хоть бы на меня взглянул, — вздохнула она, — хоть бы раз.

Мануэла встрепенулась. Хосе недоуменно сказал:

—Мама, что это? Зачем жгут?

Женщина рванулась за ним, но Хосе был быстрее.

—Нет, — мальчик вбежал на пустырь, — не надо! Тетя Эстелла, я вам помогу!

— Хосе! – Мануэла ринулась следом. Пламя разгоралось под ветром. Ребенок потянулся к огню.

— Сынок! – Мендес поднялся, но донья Каталина положила толстые пальцы на его руку.

—Диего.

— Отлично, только не садись, — Ворон прицелился.

Женщины завизжали. Мендес, качнувшись, рухнул на скамьи. Из пробитой пулей глазницы хлестала кровь.

— Давай, мой хороший, — Ворон хлестнул жеребца. Конь прыгнул со скалы прямо в костер.

—Хосе, не надо! – заорала Эстер. Огонь подбирался к ее ногам. —Мануэла, забери его!

Бросившись к ребенку, индианка упала. Солдаты начали стрелять.

—Мама! — отчаянно закричал Хосе. Веревки лопнули.

—Святой отец, — успела улыбнуться Эстер. Женщина ахнула. Мужская рука, подхватив ее, легко подняла в седло.

— Пригнитесь, — велел Ворон, — сейчас все будут палить, и я тоже.

— Дон Эстебан, — пробормотала женщина.

— Сэр Стивен Кроу, к вашим услугам, — Ворон пришпорил жеребца.

—Лима меня надолго запомнит.

Джованни пришел в рощу на закате. Увидев Эстер во власянице, он протянул женщине тюк с одеждой.

—Я подумал, что вам понадобится.

— Спасибо, — она подняла измученные покрасневшие глаза. —Что с Мануэлой?

Джованни покачал головой.

—Она умерла мгновенно, не поняв, что случилось.

— А Хосе? – женщина опустила лицо в ладони.

— Наплакался и заснул, — священник помолчал, — он немного обжег ручки, но все скоро заживет. Я о нем позабочусь, не волнуйтесь.

— Я бы взяла его в Лондон, — вздохнула женщина.

— Даже не думайте, — Ворон указал на садящееся солнце, — собирайтесь, дорогая сеньора. Все вернулись, пора отплывать. Как ваше плечо, святой отец?

— Болит, — хмыкнул Джованни. — Архиепископ хочет выхлопотать мне награду от ордена за смелость.

— А я теперь куда? – Эстер прислонилась к стволу дерева.

Ворон молча разглядывал обритую голову женщины, ее опухшие веки.

—Отправитесь на одном из барков в Панаму с доном Мартином, — хмуро сказал он, — там люди надежные. Вы их знаете, все будет хорошо. До осени вы окажетесь в Лондоне.

— А вы? – женщина все смотрела на него.

— Я перехвачу серебро и пойду на юг, а потом в Карибское море, — коротко ответил Ворон. — Переодевайтесь, мы снимаемся с места.

— Все будет хорошо, помните,— ворчливо сказал Джованни. Священник поцеловал ее в высокий теплый лоб. От женщины немного пахло дымом. Джованни вспомнил золотые холмы под Римом, древнюю дорогу и шум сосен над головой.

—Как у вас говорят, — добавил он, — до ста двадцати лет вам!

— Спасибо, — Эстер прижалась щекой к его руке, — спасибо за все.

Джованни взглянул на жесткое лицо Ворона.

—Капитан, я хотел бы кое-что сказать вам на прощанье.

Он хмыкнул.

—Этого мне делать совсем нельзя. Узнай Джон обо всем, он бы мне голову снес. Но я не могу иначе.

— Что? – поинтересовался Ворон, когда они отошли в сторону.

Джованни вдохнул свежий осенний воздух.

—Может быть, вы обо мне слышали. Меня зовут Джованни ди Амальфи.

Ворон побледнел.

—Врете. Его казнили в Риме семь лет назад.

Джованни вытащил из-за ворота сутаны простой медный крестик.

—Узнаете?

Лазоревый глаз блеснул ледяным холодом. Ворон сомкнул пальцы на рукояти шпаги.

—Что вам надо?

— Я знаю, что Мария умерла родами. Дитя тоже не выжило, — Джованни помолчал.

—Скажите, чей это был ребенок?

— Моя жена, — Ворон остановился, будто споткнувшись, — умерла, рожая мою дочь. Убирайтесь отсюда, святой отец, пока я не выпустил вам кишки.

— Прощайте, — Джованни пошел по взбегающей на холмы тропе на восток, к медленно темнеющему небу. Ворон ощутил боль в правой руке. Он не почувствовал, как, вытащив шпагу, крепко зажал ее в ладони. Кровь капала, собираясь в лужицу на сухой траве. Убрав клинок, капитан вернулся в рощу.

Эпилог

Карибское море, лето 1584

Кабатчик указал на неприметную дверь в углу.

—Иди туда. Если что, то я тебя не видел, и не знаю, кто ты такой.

Худенький юноша кивнул. Откинув со лба черные кудри, он шагнул через порог. Внутри было темно. Натолкнувшись на скамью, юноша сочно выругался.