Нелли Игнатова – Время любить. Первая любовь (страница 15)

– А, может, вы и поженитесь? – лукаво спросила Маша.

– Может быть, когда-нибудь, – подруга скромно опустила глаза и добавила: – Мы с Максом в среду пойдём в кино. Хочешь с нами?

– Не-ет, – протестующе протянула Маша. – Я же не идиотка, идти куда-то с влюблёнными. Третий лишний, Танечка, знаешь такую прописную истину?

– Знаю, знаю, – отмахнулась та. – Но я тебя приглашаю потому, что Максим сам предложил позвать тебя с нами в кино.

– Ага, так я и поверила, – усмехнулась Маша.

– Нет, правда, – поклялась Таня. – Он сказал, что я могу тебя позвать с собой, если хочу. А я хочу.

Но Маша всё равно не поверила.

– А кто провожал тебя вчера домой? – поинтересовалась Таня.

– Никто.

– Ой, я удивляюсь, какие у нас парни дураки! – возмутилась Таня и добавила поучительно: – Но тебе и самой надо быть смелее! Активнее! Вот, посмотри на Ольку Шишкину: ты в сто раз умнее и красивее. И ты почти весь вечер провела одна, а она ни одного медленного танца не пропустила. А всё потому, что вела себя активно и раскованно!

– Скорее навязчиво и распущенно, – заметила Маша и добавила: – А я кокетничать не умею и не хочу.

– Но иногда это просто необходимо! – убежденно сказала подруга. – Иногда надо самой сделать первый шаг, а то так и останешься одна на всю жизнь.

– Не останусь, – буркнула Маша. – А ты сама, что ли, на Максима вешалась?

– Нет, конечно! – возмущённо возразила Таня. – Но «глазки построить» пришлось.

– Когда влюблюсь в кого-нибудь, тогда и буду «глазки строить», – сказала Маша.

Они еще поболтали, и Таня ушла домой. Только Маша собралась снова заснуть, как к ней прибежала Оля.

– Маш, привет! Дашь мне ту кофточку, которую тебе мама привезла из Болгарии в прошлом году? – с порога спросила она. – В субботу в ДК приедут артисты из областной филармонии, Лёшка меня пригласил. Так дашь?

– Дам, дам, – ответила Маша, подумав: «Интересно, зачем Ольке моя кофта? Вот будто у самой надеть нечего. Да у неё нарядов в три раза больше, чем у меня. А, понятно, Олька пришла похвастаться, что Лёшка пригласил её на концерт, а кофточка – только предлог».

– Спасибо, Маш, я знала, что ты меня выручишь, – поблагодарила Оля. – Ну, как выпускной, когда вы по домам разошлись?

– В шестом часу утра. На берег Вятки ходили, за село, костер жгли, – рассказала Маша. – Договорились встретиться там же через три года. Записки написали, кто чего добьётся за это время, запечатали их в бутылку и закопали. Было весело. Зря ты рано ушла.

– Да, наверное, – согласилась Оля. – Жалко, что меня с вами не было... Но мы с Лёшкой тоже неплохо провели время. Помнишь, по селу гуляли? Так вот, когда мы с «ашниками» третий раз встретились, в сквере у музыкалки, Лёшка схватил меня в охапку, и утащил за дерево. «Никуда больше тебя не отпущу», – сказал он, и мы пошли гулять вдвоём. На лодке катались... А потом он меня домой проводил. Ой, Машка, он так здорово целуется! Я думала, так только взрослые парни умеют.

– А мы разве не взрослые? – улыбнулась Маша.

– И правда, взрослые, – засмеялась Оля.

Маша дала подруге кофточку, и та убежала. Поняв, что спать больше не хочется, пошла завтракать.

Едва Маша успела выпить чаю, как пришла Лена. Она всё еще была в нарядном костюме, который выглядел изрядно помятым. Где ж она его так уханькала-то?..

– Маш, извини, что я так рано, – сказала она чуть виновато. – Но мне надо с кем-то поговорить, а то я так ужасно себя чувствую...

– Что случилось? – спросила Маша, но Лена продолжала говорить, не обратив внимания на вопрос.

– Я решила пойти к тебе, потому что знаю, ты умеешь хранить чужие тайны.

– Да что случилось-то? – переспросила Маша заинтригованно.

– Ой, Машка, случилось такое, что я даже не знаю, рассказывать ли... Но если прямо сейчас с кем-нибудь не поговорю, я... просто сойду с ума!

Маша еще ни разу не видела Лену такой взволнованной, растерянной и неуверенной. И еще так неряшливо одетой.

– Лен, успокойся, и расскажи, что произошло, – она подошла к подруге, обняла, усадила на диван и села рядом. – Ты же знаешь, я ничего никому не расскажу.

– Ладно... – вяло сказала Лена и вдруг встрепенулась: – А твоя мама дома?

– Нет, в огород ушла.

– Хорошо... Тут такое дело... Когда мы на выпускной шли, я и не думала, что Володька мне нравится. Только когда Танька спросила... А он вдруг пригласил меня на танец. Мы разговорились. Я раньше всех наших ровесников салагами считала. Да и сейчас считаю, но Володя не такой. Он взрослый, и мне было с ним интересно. Ты же помнишь, наверное, я весь вечер с ним танцевала. Один раз отлучилась по надобности, так эта толстуха Приходько его тут же сцапала. Не ожидала от неё такой прыти... Я потом спросила у Володьки, зачем он согласился с ней танцевать, а он ответил: «Мне её просто жалко стало. Я подумал, ну не развалюсь же, если разок потанцую с Наташкой. А она взяла и сказала, что любит меня». – «А что ты ответил?» – спросила я. «Сказал ей, что люблю тебя», – ответил он. Я усмехнулась: «Шутишь, да?» – «Нисколько, – ответил он. – Я на самом деле тебя люблю». – «А почему раньше не говорил?» – спросила я, а он ответил: «А потому, что ты всё время с другими парнями дружила, меня не замечала. Скажи, я нравлюсь тебе хоть немного?» – «Нравишься», – ответила я.

Лена помолчала. Маша не торопила её, и подруга продолжила:

– Знаешь, Маш, я думала, что после женитьбы Игоря уже никого не смогу полюбить. А тут почувствовала, что влюбляюсь... Мы с костра одними из первых ушли. Хотели побыть вдвоём. Володька меня до дома проводил, но не ушёл, и мы еще погуляли за околицей, у речки. Он про себя всё рассказал, а я ему – про себя. Я даже призналась, что все парни меня почему-то бросают, и он заверил, что никогда не бросит. А я пообещала ждать его из армии. Он ведь осенью уже уходит... Он обнял меня и стал целовать. Это было так здорово, у меня аж голова закружилась. А мы на плотике стояли, равновесие потеряли, и оба плюхнулись в воду. А ночью, знаешь, не жарко было, и я предложила Володьке пойти погреться к нам в баню. Её вчера утром топили, и там еще было тепло. Мы разделись, одежду выжали, сушить повесили, и в одном бельё остались. Ну, и... – Лена прервала рассказ долгим вздохом. – Короче, нас так друг к другу потянуло, что мы не удержались... В общем, переспали. Он совсем недавно ушёл. Маш, ты теперь будешь презирать меня, да?

– Почему? – удивилась Маша.

– Ну... Мы же поступили плохо...

– Лен, ты любишь Володьку?

– Люблю, конечно! Я никого еще так не любила! – Лена вскинула опущенную голову.

– Тогда за что тебя презирать? Теперь вы просто поженитесь, и все.

– Поженимся, конечно, но не сейчас, а когда Володька придёт из армии. Могли бы и сейчас, но мне еще нет восемнадцати, да и ему будет только в конце августа... Предки ни за что не согласятся сейчас... А если узнают, что мы сделали... маму точно удар хватит, а папа меня просто убьёт.

– Не переживай, Леночка, – мягко сказала Маша. – Я никому не скажу. Главное, что вы любите друг друга, и всё равно поженитесь. А сейчас, или потом, неважно.

– Правда? – воспрянула духом Лена.

– Конечно, – уверенно кивнула Маша.

– Спасибо тебе, Машенька, – с чувством проговорила Лена.

– За что?

– За то, что поддержала меня, – ответила подруга и поднялась с дивана. – Ладно, пойду. Ужасно хочется спать. Я еще совсем не ложилась. Но если бы с тобой не поговорила, мне было бы не уснуть... Да, Маш, если вдруг моя мама спросит, скажешь, что мы вместе с вечера пришли, а потом я у тебя сидела?

– Конечно, Лен, не беспокойся. Только давай твой костюм отутюжим, а то твоя мама мне не поверит.

Маша погладила блейзер и юбку подруги, и Лена ушла. А Маша смотрела ей вслед и завидовала.

«Все мои подружки влюблены, – с грустью думала она. – А когда же я?.. Когда придёт моё время?»

ГЛАВА 4. ЛЮБОВЬ И КАРТОШКА

Июль 1980 – август 1981гг.

«Мы не расстанемся никогда», – сказал Лёшка Элле, но пришлось: через два дня после выпускного бала она уехала с родителями на юг на месяц. А Лёшка отправился в Молому. Он любил проводить лето здесь, и приезжал каждый год с четырнадцати лет. Первое лето в Моломе он был пастухом, а в следующие годы освоил и другие деревенские специальности – работал на зерносушилке, на сенокосе, на заготовке силоса и в овощехранилище. У него в селе появилось много друзей и знакомых, но лучшим другом оставался Сергей Коновалов. Правда, пошёл второй год, как Сергей в армии.

Когда Лёшка приехал в Молому, сенокос уже начался. Он попал в бригаду к девушкам, чему они очень обрадовались. Он работал с ними два лета назад на зерносушилке, вместе с Серёжкой. Тогда они были совсем девчонками, а сейчас он увидел прелестных девушек, и ему было приятно находиться в их обществе.

Самая юная в бригаде – пятнадцатилетняя Галя Дорофеева, зато самая бойкая, поэтому по праву её выбрали бригадиром. Галинка стала очень симпатичной. Света и Люда тоже похорошели. А Вера, некрасивая от природы, повзрослев, тоже стала чуть симпатичнее.

Особенно красива стала семнадцатилетняя Карина, почти не уступая в красоте Элле. Лёшка улыбнулся, вспомнив, как два года назад они с Серёжкой пугали девчонок на зерносушилке в ночную смену. Завернувшись в простыни, с диким воем, внезапно выскочили из темноты, как привидения. Девчонки с визгом разбежались, кто куда. Карина залезла на сушильную печь высотой пять метров, и боялась оттуда слезать. Лёшке с Серёжкой пришлось потрудиться, снимая её оттуда. Сейчас ему почему-то стало стыдно за тот глупый поступок.