Нэд Николсон – Коп-стоп (страница 6)

Второй патрульный, обморочно закатывавший глаза, глухо сказал из-под прижатого к лицу смоченного водой платка, что случилось очередное отравление сахаром. Джин поинтересовался, почему он так решил, и стремительно бледнеющий офицер, обливаясь потом, проводил детектива к обочине. Там, в кустах можжевельника, лежал перевернутый седан, задние колеса которого все еще вращались. Патрульный пояснил, что они уже спускались к машине и обнаружили внутри заблеванный собственными внутренностями труп водителя, а вокруг, вперемешку с кровью, виднелись лужи кофе.

Джинджер заскользил вниз по откосу, поднимая клубы пыли, и пробрался к авто, оставляя колючками зацепы на брюках. Детектив заглянул в салон, зная, что увидит ужасное, но все равно не сумел подготовиться. Погибла вся семья, все четверо. И даже питомец. Сейчас было не разобрать, была ли это кошка или мелкая собака.

Джин попытался разглядеть в этом смердящем месиве хоть какие-то улики, может, нерастворившийся сахар или что-то похожее, но не смог. Удушливая тьма заволокла салон, а красная пелена ярости застлала взор детектива. Подавив рвотный позыв, Джин отстранился от седана как раз в тот момент, когда под капотом что-то лопнуло и заискрилось. Джин стремительно вскочил обратно по откосу и схватился за протянутую патрульным руку. Офицер вытянул его на дорожное полотно, подальше от опасности, и вместе они направились прочь из этого филиала ада на земле. Джинджер узнал у патрульных, где находилась ближайшая закусочная, из которой мог выехать этот водитель, и поспешил туда.

Монти пристально глядел на хмурого детектива. Будто ожидал чего-то. Чего-то большего, чем очередная порция жутких подробностей. Лицо бармена казалось спокойным, но губы поджались и побелели. Взгляд его древних глаз стал тяжелее великих пирамид, глубже бездн Тартара. Но Джин этого не замечал, всматриваясь в крохотные пузырьки пены во вновь наполненной кружке. Он сжимал ее напряженными пальцами, поворачивая то вправо, то влево. Янтарные блики плясали по лакированной столешнице барной стойки. Джинджер больше не различал ни тепла вентиляции под поручнем для ног, ни звуков музыки под потолком. Он весь обратился в воспоминание, заново переживая мрачные обстоятельства своего последнего дела. Кто-то расслабленно двинулся к стойке из глубины зала, но Монти отвадил его, коротко, едва уловимо качнув головой.

Детектив Пиклз припарковался на гравийной площадке возле летней веранды и зашел в прохладное помещение закусочной. Внутри, должно быть, пахло хорошо, даже аппетитно, но желудок до сих пор сжимался тугим узлом, а в носу застряли отвратительные запахи горелой плоти и разлившейся аккумуляторной кислоты. У официантки за прилавком Джин узнал, что все неиспользованные посетителями пакетики выбрасываются, а новые уже давно хранятся под замком в витрине для пирогов. Если водитель отравился сахаром здесь, значит, убийца каким-то образом сумел подкинуть яд совсем недавно.

Джин все еще считал, что расследование шло в ложном направлении. Отравитель вполне мог работать на одной из фасовочных фабрик и отравлять приправы во время смен. Но в полиции эту теорию почему-то сразу отбраковали. Массовые облавы на производственный сектор раздуют бюджет еще сильнее, и среди начальства покатятся головы. Никто не желал привлекать миграционную службу, а это непременно случится, если придется проверять заводы в южных штатах.

Как и ожидалось, камер наблюдения в помещении закусочной не оказалось, а те, что висели на улице, передавали изображения отвратительного качества. Одна из камер и вовсе снимала какую-то серую муть. Когда Джин обратил на это внимание охранника, тот уверенно заявил, что под объектив попала влага и поэтому изображение такое расплывчатое. Джин сухо поинтересовался, почему дефект до сих пор не устранили, на что охранник ответил, что это не его работа. Он заявил о неполадке, но босс ничего не предпринял. Так камера и работает уже третий год.

За неимением других зацепок Джин решил следовать чутью. Он понимал, как это непрофессионально, но другого выхода не видел. Детектив поинтересовался у охранника, в какую сторону трафик на шоссе плотнее в это время суток, и направился туда, решив, что Сладкоежка предпочтет двигаться с толпой, в которой ему будет проще раствориться. Как сахару в горячем капучино.

Глава 5. Затор у закусочной, бестактный Арсений и гренки с той стороны

Иногда стоит просто довериться чутью. Через пару часов бесцельных блужданий по захолустным трассам Джин свернул к очередной закусочной, обогнул ее и пристроился в конце очереди к окну выдачи заказов. Совсем скоро сзади Джина подпер грузовик службы электрификации. Каждый раз, когда автомобили сменялись возле окна выдачи, грузовик подпирал задний бампер Джина почти впритирку, будто электрики считали, что очередь собралась лишь по вине детектива. Джин отметил это, но не принял на личный счет. Еще в молодости Джин уяснил, что мнительность ведет к обидам, а они — к злости. Возможно, работяги просто торопились на очередной вызов по обрыву проводов электропередач, а может, у водителя просто был дурной нрав или близорукость. До всего этого Джину не было никакого дела.

Детектив мучительно пытался собрать мысли в нечто цельное, чтобы продвинуться чуть дальше в деле о Сладкоежке. Он чувствовал, что был близок. Ближе, чем кто-либо до него. Тело словно пронзали электрические заряды, отчего волосы на затылке и предплечьях стояли дыбом. Джин даже включил отопление в салоне, вдруг просто замерз или начало лихорадить от какой-то инфекции, сейчас вовсю шел сезон гриппа.

Сладкоежка где-то рядом, его след еще не успел остыть. Джинджер ненавидел это дурацкое прозвище, но не мог называть убийцу иначе. Вот она, сила желтой прессы, наделить страшного незнакомца красочным именем, привлечь побольше внимания и сблизить обывателей с убийцей. Ведь гораздо страшнее и увлекательней считать себя, хоть и отдаленно, знакомым с таким монстром.

Фургон темно-синего, почти черного цвета, плавно трогался и останавливался впереди. Его рессоры мелодично поскрипывали в унисон хрусту щебня под широкими колесами. Джин инстинктивно держал дистанцию немногим больше, чем требовалась. Наверняка этим он изрядно бесил электрика в грузовике позади. Но детектив хотел лишь, чтобы у него была возможность вырулить из-за древнего фургона, если тот вдруг заглохнет. А еще Джин мог видеть окошко выдачи и пытаться угадать содержимое коричневых пакетов с заказами. Вон тот весь промок от жира. Наверняка водитель заказал двойную порцию луковых колец. Вскоре темно-синий фургон поравнялся с окошком, и водитель получил свой заказ. Крохотный пакет с бургером, даже без фри, и стаканчик кофе. Фургон тронулся и резко затормозил. Наверное, проверяет свой заказ, тревожник. Вдруг Джин заметил, как водитель протянул обратно в окошко салфетку.

Там что, официантка плачет? Вот уж джентльмен нашелся. Неужели он на что-то надеялся, старый кобель. А может, вокруг забегаловки и образовался затор, что каждый мужчина желал успокоить грустную красотку и потешить свое самолюбие. Джин не был уверен, что поступит иначе, стоит ему увидеть заплаканное лицо молоденькой официантки, чьи грезы о карьере в Голливуде умерли после пары неудачных прослушиваний.

Фургон с бело-зеленым номерным знаком штата Вашингтон наконец тронулся, и настала очередь Джина забрать свой заказ и попытаться утешить юное дарование. Поприветствовав девушку в окошке, Джин не получил от нее ни свой заказ, ни дежурную улыбку, ни даже взгляда грустных глаз. Девушка с бейджем «Синтия» на груди казалась парализованной. Только нижняя губа едва заметно трепетала. Джин видел подобное множество раз. Синтия была до смерти напугана.

Адреналин загудел в ушах. Сердце азартно ускорилось.

— Вам дал это водитель фургона? – громко и твердо спросил Джин.

Девушка едва заметно кивнула, держа салфетку так, словно та могла ее укусить.

— Там сахар?

Еще один короткий, судорожный кивок.

— Как он выглядел?

Девушка коротко мотнула головой. От шока ей отшибло кратковременную память, такое случается. Джин выхватил из ее руки белый сверток и рванул за фургоном, напрочь позабыв о своем бургере с тройным сыром и большом ванильном коктейле.

Джин быстро нагнал подозреваемого и принялся его блокировать. Водитель фургона игнорировал предупреждающие маневры Джина, и детективу пришлось прибегнуть к жестким мерам. Это было не по протоколу и могло плохо сказаться на карьере, а то и вовсе оборвать ее позорным увольнением. Но если Сладкоежку удастся взять, то Джину все простят. Сейчас было важно не упустить фургон, кто бы ни сидел за рулем.

Заскрежетал металл, авто детектива лишилось правого зеркала, у фургона лопнул левый фонарь, озарив все вокруг ослепительными искрами. Обе машины изрядно помяло, но Джин умудрился вытолкнуть фургон на обочину, где тот увяз на пологой песчаной насыпи. Только стальной диск, слетевший на кочке с колеса фургона, продолжил катиться вниз по пустынной трассе. Под прикрытием пылевой завесы детектив выскочил из машины, выхватил револьвер и пригнулся возле борта. Он дважды предупредил водителя и велел ему выходить с поднятыми руками. Безрезультатно. Джин стал медленно обходить фургон, целясь револьвером в водительскую дверь.