Наталья Журавлёва – Плетельщица снов (страница 15)

Я бросила извиняющийся взгляд на Курта и нерешительно кивнула. Мне не очень хотелось иметь какие-либо дела с Томасом Фо, но если он мог помочь с арендой помещения, то почему бы этим не воспользоваться.

Позволяя капитану увлекать себя вглубь Высокогорного проспекта, я лишь надеялась, что сейчас не совершаю ошибку, о которой потом очень пожалею.

Курт с хмурым видом пошел следом за нами.

Мы вновь шли по Высокогорному проспекту, где я получила сегодня не один отказ. Томас лишь бросал взгляд на яркие вывески и мчался дальше. Здесь располагались не только всевозможные магазины, но и уютные кафе, салоны красоты, булочные, кондитерские и одна зелейная лавка, из-под прилавка которой торчала черная остроконечная шляпа.

– Вот это место отлично подойдет для небольшого магазинчика, – Томас резко остановился и указал на невысокое строение, зажатое между сыроварней и магазином украшений.

Это была небольшая лавочка с прибитой сверху вывеской «Аренда». Вход в помещение располагался сбоку. Впереди же огромное панорамное окно закрывалось большими деревянными ставнями. Я сразу представила, как каждое утро буду снимать эти ставни, пуская в лавку солнечный свет, и развешивать, точно в витрине, разноцветные сны, ожидая первых покупателей. Если бы не одно маленькое «но»!

– Томас, – проговорила я. – Мы уже справлялись об этом помещении – хозяин хочет за него сорок пять талантов, а это для меня слишком много! – потупилась я.

Капитан лишь прищурился.

– Оставайтесь здесь, – скомандовал он и исчез за скрипучей боковой дверью.

Я оглянулась и в растерянности посмотрела на Курта. Парень лишь закатил глаза и прислонился к толстому дереву.

Скептицизм Курта я разделяла. Хозяин этой лавчонки владел несколькими помещениями в городе, о чем не преминул нам рассказать сразу же, как только мы заикнулись о снижении цены. В срочных деньгах он не нуждался, и сдавать помещение меньше, чем за сорок пять талантов категорически отказался. Хотя лавочка явно требовала ремонта, да и желающих ее снять, кроме нас не наблюдалось.

Томас вышел обратно довольно быстро. Отметив такое скорое появление капитана, Курт не смог сдержать торжествующую улыбку.

Однако сразу за Томасом вышел и тучный хозяин помещения. Он на ходу отделил маленький ключик от большой связки и протянул его мне.

– Вот, – выдохнул он мне в лицо, – лавка ваша. По крайней мере, пока платите за нее арендную плату, – добавил толстяк.

– Сорок пять талантов? – я не спешила принимать ключ.

Хозяин помещения покосился на Томаса, стоявшего рядом, и нехотя произнес:

– Тридцать, – толстяк даже поморщился, произнося это. – Но, чтобы без задержек!

– Конечно, – воскликнула я, не веря в такую удачу.

– Господин Рурк очень рад, что оказался полезен городу, – изрек Томас. – Жителям Бергтауна очень нужны новые магазины. Не так ли, господин Рурк?

Толстяк промычал что-то нечленораздельное. Ключик оказался в моей ладони, и арендодатель растворился среди прохожих.

Я восхищенно уставилась на Томаса:

– Как тебе удалось? – выдохнула я.

– Чего не сделаешь ради красивой девушки, – довольно улыбнулся дозорный, не забыв вернуть торжествующий взгляд Курту.

– Если бы на мне был золотой нагрудник капитана городских дозорных, я бы тоже договорился, – произнес Курт.

У меня же внутри все ликовало. Мне не было никакого дела, что именно заставило хозяина помещения все-таки сдать его мне. Главное, что теперь я открою здесь лавку снов, начну самостоятельно зарабатывать и мне не придется возвращаться в Большие Котлы и выходить замуж.

Повинуясь какому-то безумному порыву, я поднялась на цыпочки и поцеловала Томаса Фо в щеку:

– Спасибо! – выдохнула я.

Губы капитана тут же растянулись в довольной улыбке.

– Услуга за услугу, Мия, – хитро прищурившись, заявил Томас.

Я замерла. Нужно было раньше думать! С чего я вообще решила, что такой человек, как Фо, будет что-то делать для других просто так?

Моя радость сразу поутихла.

– И какая же услуга от меня требуется, – осторожно спросила я.

– В ближайшее время ты поужинаешь со мной в «Двенадцати поварятах», – бархатным голосом промурлыкал Томас.

Я облегченно рассмеялась. Подумаешь, какой-то ужин! Зато теперь у меня есть помещение.

– Обещаю! – Мыслями я была уже далеко, представляя какой будет моя собственная лавка снов.

Курт громко вздохнул, но говорить ничего не стал.

Томас удовлетворенно кивнул:

– Что ж, мне пора возвращаться в штаб, – он щелкнул каблуками ботфортов. – До встречи, Мия. До скорой встречи!

– До встречи.

Я махнула рукой на прощание, а потом раскрыла ладонь и посмотрела на маленький металлический ключик.

– Как все-таки хорошо, что мы встретили Томаса, правда? – улыбнулась я. – Нам очень повезло!

– Очень, – эхом отозвался Курт.

Он отделился от дерева и подошел ко мне.

– Так ты идешь со мной в «Пещеру»?

Я постаралась изобразить на лице извинение:

– Курт, спасибо за приглашение, но я, пожалуй, откажусь. Теперь, когда у меня есть помещение, мне еще столько всего надо продумать, столько всего сделать.

Курт вздохнул, потом провел рукой по волосам.

– Ты не обижаешься? – спросила я.

– Нет, конечно. Я очень рад за тебя, – ответил он. – Тем более, что мне пора возвращаться в ресторан, нужно помочь Софии.

– Отлично, – кивнула я, думая совсем о другом.

Курт еще мгновение помешкал и зашагал в направлении гор.

Я же стояла и смотрела на низкую покатую крышу и старые деревянные ставни, а видела перед собой яркую лавку удивительных снов, которая скоро появится на этом месте.

Вторую половину дня я провела, копаясь вместе с Лусией в ее чуланах и кладовых. Матушка Бульк ужасно обрадовалась, услышав о том, что я открываю в Бергтауне лавку снов и уже нашла под нее помещение. Узнав же, что внутри оно пока еще совершенно пустое, Лусия предложила мне забрать утварь, которая ей самой уже была не нужна.

Правда, я думала, что матушка собирается отдать мне какой-нибудь чайник и пару чашек от давно разбитого сервиза или старые вылинявшие занавески, а может быть парочку видавших виды стульев. Но оказалось, что чуланы матушки Бульк вмещали в себя совершенно невообразимое количество предметов, которыми она была готова со мной поделиться.

– Мне это уже не нужно, но это слишком полезная штука, чтобы выбрасывать, – повторяла Лусия каждый раз, когда я уточняла, точно ли она готова отдать мне ту или иную вещь.

В результате я стала обладательницей магической горелки, всевозможных горшков, кастрюль и чашечек, одного довольно внушительного комода и нескольких шкатулок, вешалки для плащей, круглого настенного зеркала, нескольких гобеленов с яркими орнаментами, кресла-качалки, двух удобных стульев, низкого кофейного столика с мраморной столешницей и еще бог знает чего, включая огромную статуэтку кота.

Мне пришлось буквально оттаскивать Лусию от ее бездонных запасов, потому что я вдруг осознала, что, если старушка и дальше продолжит быть такой щедрой, я рискую просто потеряться в собственной лавке среди подаренных мне вещей.

Стоит ли говорить, что я была безмерно благодарна матушке Бульк за ее помощь и участие.

Уже совсем стемнело, когда мы сидели на кухне и пили какао, сваренное в кофейнике над очагом.

– Даже не знаю, как вас благодарить, – я посмотрела на Лусию, которая выглядела слегка уставшей, но очень довольной. – Не представляю, чем бы я обставляла лавку, если бы не вы.

– Моя дорогая, это такая мелочь, – отмахнулась матушка Бульк. – Я всего лишь скинула на тебя свой старый хлам.

Ответить я не успела. В прихожей хлопнула входная дверь, и через несколько мгновений в кухне появился Максимилиан Флем. На нем был элегантный костюм-тройка серебристо-серого цвета, волосы аккуратно зачесаны назад, в руке трость с круглым набалдашником. Этот элегантный мужчины был совсем не похож на своего сонного двойника в домашней одежде, с которым я завтракала утром.

– Доброго вечера, дамы, – пожелал Максимилиан. – Чудесный запах какао не позволит мне пройти мимо. Угостите бедного странника?

Он положил трость на свободный стул и сел за стол.

– Конечно, – Лусия достала еще одну чашку и до краев наполнила ее горячим напитком.